Жжение в груди начало вытаскивать меня из клубящейся тьмы. Боль напоминала раскаленное клеймо. Неистовая и непрерывная. Я попытался отстраниться от нее, но чья-то рука крепко сжала мою.

— Боуден. Вернись ко мне.

Я знал этот голос. Но понадобилось несколько драгоценных мгновений, чтобы вспомнить, кому он принадлежит. Лейкен.

Темные волосы. Янтарные глаза. Золотистая кожа. Сила. Уязвимость. Огромное сердце.

Я сражался с тьмой, пытаясь добраться до ее света. Она стала для меня маяком почти сразу после нашей встречи. С того самого момента, когда я впервые заглянул ей в душу через фотографию.

Мои веки затрепетали, яркий свет резанул по глазам. Лейкен сильнее сжала мою руку.

— Боуден?

— Привет, — хрипло выдавил я.

В следующую секунду она поднесла к моим губам трубочку.

— Пей маленькими глотками. У тебя в горле была трубка, поэтому оно болит.

Прохладная вода казалась райским нектаром, но после нескольких глотков она убрала трубочку.

— Медсестра велела не давать тебе слишком много, иначе тебя может стошнить.

Мысли заметались, пока я пытался собрать обрывки воспоминаний. Перед глазами мелькали картины. Мы бежим с Лейкен. Прячемся в кабинете. Джилли. Пистолет.

— Ты цела? Тебя не ранили? — Я попытался приподняться, но ослепительная боль вырвала у меня ругательство.

— Не двигайся. — Лейкен положила руки мне на плечи, а ее глаза наполнились слезами. — В тебя стреляли. Ты закрыл меня собой. — Ее голос надломился, слезы покатились по щекам. — Ты чуть не умер. Твое сердце остановилось.

Черт. Все оказалось куда серьезнее, чем я мог представить. Но это не имело значения. Я поднял руку и коснулся ее щеки.

— Скажи, что с тобой все хорошо.

— Благодаря тебе. — Она прижалась лбом к моему и замерла на несколько секунд. Когда Лейкен выпрямилась, я заметил, как боль исказила ее лицо. На щеке темнел синяк, а рядом заживала рассеченная кожа.

— Тебе больно.

Она покачала головой.

— Я просто последние несколько ночей спала здесь на раскладушке. Вот и все.

— Почему ты не поехала домой?

Лейкен посмотрела на меня так, словно я получил травму головы, а не пулю в грудь.

— Я не собиралась тебя оставлять.

— Ложись сюда, — приказал я.

Она раздраженно вздохнула.

— У тебя в груди скобы. Я не полезу к тебе в кровать.

— Только с одной стороны. — Теперь я чувствовал, что боль сосредоточена слева. — Иди сюда.

Лейкен медленно поднялась и обошла кровать. Она двигалась скованно, и я понимал, что ей гораздо больнее, чем она показывает. Первым делом я позвоню Адди и попрошу отвезти Лейкен домой. Но только после того, как сам удостоверюсь, что с ней все хорошо.

Лейкен осторожно присела на край кровати.

— Ложись.

— Избалованная кинозвезда, — пробормотала она.

Я рассмеялся и тут же пожалел об этом.

— Не делай так, — сказала Лейкен. — Позвать медсестру? Тебе нужно обезболивающее?

— Мне нужна только ты.

Она сразу смягчилась. Медленно легла рядом и свернулась возле меня. Ее пальцы переплелись с моими.

— Мне было так страшно.

В груди запекло, но на этот раз рана была ни при чем.

— Прости меня.

— Тебе не за что извиняться. Это мне жаль. Я ничего не заметила. Ни разу не подумала, что Джилли может так сильно нас ненавидеть.

Я водил большим пальцем по тыльной стороне ее ладони.

— Не думаю, что это заметил хоть кто-то.

— Пока не стало слишком поздно.

— Хейз ее задержал? — После первого выстрела все расплылось.

Лейкен кивнула.

— Он ранил ее в плечо, но ничего серьезного. Сейчас она в тюремном медицинском отделении.

— Все остальные целы?

Она придвинулась немного ближе.

— Айзек лежит на несколько этажей ниже. Он полностью восстановится, но ему понадобится физиотерапия.

— А Грейнджеры? — Я заметил, что Лейкен не сказала о них ни слова.

— Они заходили узнать, как ты, но я просто не смогла… Я пока не готова.

Я наклонил голову и прижался губами к ее виску.

— Лейкен.

— Для меня это слишком. Ярость Джекса. Разочарование Кей из-за того, что я решила жить дальше. Все это только сильнее распаляло Джилли. Я скоро с ними поговорю. Просто сейчас не могу. И не могла, пока ты лежал здесь без сознания.

— Хорошо. Делай все в своем темпе. Только не затягивай слишком надолго. Такая злость может пустить корни, а они были тебе второй семьей.

Лейкен напряглась.

— Твои родители здесь.

— Черт. — Я совсем забыл об Илае и о том, что они собирались приехать. — Где они?

— Твой отец только что отвез маму в отель отдохнуть. — Она принялась теребить нитку на одеяле. — Они так сильно тебя любят. И очень переживали. Мне нужно написать твоему отцу.

Я сжал ее руку.

— Пусть отдохнут. Когда они вернутся, их будут ждать хорошие новости.

— Они будут так счастливы.

— Они виделись с Илаем?

— Твой отец встречался с Хейзом и один раз видел Илая. Но адвоката ему нанимать не стал. Илая уже везут обратно в тюрьму округа Лос-Анджелес.

Горло обожгло. Я не хотел такой участи ни для Илая, ни для родителей. Но ему пора было столкнуться с последствиями своих поступков. И, похоже, родители наконец решили ему это позволить.

Я снова коснулся губами виска Лейкен, наслаждаясь шелковистым прикосновением ее кожи.

— Это хорошо.

— Не могу поверить, что он пытался тебя похитить.

— Он окончательно утратил способность мыслить здраво. Остается надеяться, что ниже падать уже некуда и это заставит его взяться за ум.

Лейкен придвинулась еще ближе.

— Я тоже надеюсь. Ради вас всех.

Я позволил себе согреться ее теплом. Ничто не исцелит меня быстрее, чем осознание, что Лейкен рядом.

— Я люблю тебя.

Она подняла на меня глаза.

— И я тебя люблю.

Я смотрел, как в золотистом янтаре ее глаз вспыхивают и пляшут искры.

— Это любовь навсегда, Лейкен.

Она напряглась.

— Не надо. Пожалуйста, не обещай мне вечность. Однажды у меня ее уже отняли. И я едва не потеряла тебя.

Сердце болело за все, через что ей пришлось пройти. А еще я был в ярости на Джилли за то, что она заставила Лейкен страдать снова. Я проглотил все это и легко коснулся ее губ.

— Тогда я пообещаю тебе сегодняшний день. Завтра повторю свое обещание. И буду делать это каждый день, пока мы не состаримся и не поседеем.

Глаза Лейкен заблестели от невыплаканных слез.

— Мне нравится этот план.