В голове гулко пульсировала злая боль. Во рту было сухо, словно я наелась ваты. Я пыталась открыть глаза, но они не желали слушаться.

Ныла шея, и я поняла, что голова склонилась под неудобным углом. Я напряглась, пытаясь выпрямиться. Когда это наконец удалось, веки затрепетали и открылись.

Я заморгала от света под потолком. Он не был особенно ярким, но казался ослепительным. Зрение возвращалось отдельными кадрами. Вспышками образов. Чип, безвольно обмякший в кресле. Серена с широко распахнутыми глазами. Кей, по щекам которой текли слезы.

Я попыталась сесть на диване, но почувствовала путы на запястьях и лодыжках. Руки были связаны за спиной. Внутри вспыхнула паника, дыхание стало поверхностным. Воздух короткими частыми толчками врывался в легкие и вырывался наружу.

Пытаясь собрать происходящее воедино, я вспомнила последнее, что осталось в памяти. Я пришла на ужин. Сангрия Серены. Головокружение после нескольких глотков из бокала, который подал мне Джекс.

— Лейкен, ты в порядке? — голос Серены дрожал.

— Что случилось? Где он?

Не успела она ответить, как задняя дверь с грохотом ударилась о стену. В проеме появился Айзек. Из виска у него текла кровь, взгляд был мутным. Он обвел комнату глазами, и на его лице проступил ужас.

Кто-то толкнул его вперед.

— Иди.

Этот голос. Я знала его почти так же хорошо, как собственный. Но никогда прежде он не звучал настолько жестко.

Айзек споткнулся, врезался в диван и с трудом уселся на подушки рядом со мной. Джилли шагнула вперед. Ее лицо исказила ярость. Она бросила Айзеку кусок веревки.

— Свяжи ноги.

— Джилли, что ты делаешь? — тихо спросила я.

Она резко повернула ко мне голову.

— Заткнись. Я не хочу слышать от тебя ни слова.

Сердце колотилось о ребра. Женщину, которую я любила столько лет, было не узнать. Все в ней исказилось и сплелось в нечто пугающе темное.

Джилли направила пистолет на Айзека.

— Свяжи ноги.

В его глазах мелькнуло упрямство.

— Зачем? Ты все равно меня убьешь.

Она подлетела к нему и ударила по лицу рукой с пистолетом. Раздался хруст металла о кость. Кей издала сдавленный звук. Джилли лишь презрительно усмехнулась, пока Айзек держался за челюсть.

— Я могу сделать твою смерть безболезненной. Или превратить ее в агонию. Я бы предложила тебе спросить Роберта Аарона, как проходит второй вариант, но сомневаюсь, что он скоро ответит на звонок.

К горлу подступила желчь, и я с трудом ее проглотила.

— Что ты натворила? — Кей смотрела на сестру полными слез глазами.

Джилли повернулась так, чтобы по-прежнему держать Айзека на прицеле, но видеть Кей.

— Мне пришлось все исправить. Ты ведь знаешь. Ты так страдала. Я должна была покончить с теми, кто причинил тебе боль. Я все надеялась, что этого хватит, но тебе становилось только хуже.

— Это… это неправильно. Так нельзя…

— Им было плевать, что они отняли у тебя Джейса, — отрезала Джилли. — Им было наплевать. Я должна все исправить. Должна защитить тебя.

— Джилли…

— Нет! Поэтому ты тоже связана. Я знала, что ты можешь не понять. Что твое сердце окажется слишком добрым. Но иначе нельзя. Мы должны вырвать зло с корнем. Уничтожить причину его смерти. Тогда ты станешь свободна. Они не любят его так, как мы. Они забыли. Живут дальше. А мы никогда не забудем.

Кей разрыдалась, а Серена побледнела. Чип по-прежнему не приходил в себя, но его руки и ноги тоже были связаны. Никто в гостиной не мог свободно двигаться.

Джилли сняла с плеча последний кусок веревки и бросила Айзеку.

— Теперь руки. Свяжи крепко. Если схитришь, я пойму.

Айзек тихо застонал, но подчинился. Я наблюдала, как он, насколько мог, обматывает веревкой запястья. Потом он поднял взгляд на Джилли.

— Я не могу завязать узел.

Она нахмурилась, но подошла к нему.

— Пистолет снят с предохранителя. Будет жаль, если ты дернешься слишком резко и произойдет несчастный случай.

Айзек напряг челюсть.

— Я никуда, блядь, не двинусь.

Она ударила его ладонью по лицу.

— Следи за языком.

Я внимательно наблюдала и заметила, как Айзек поворачивает запястья, пока Джилли затягивает веревку. Отступив, она принялась разглагольствовать о том, какой он никчемный. Айзек расслабил кисти, и петли немного ослабли. Я встретилась с ним взглядом, и он едва заметно кивнул в сторону Джилли.

Ему было нужно, чтобы кто-то занял ее. Отвлек. Тогда он сможет заняться веревками. Я сглотнула и посмотрела на Джилли. Она ходила взад-вперед.

— Где Джекс?

Это был первый вопрос, который пришел мне в голову. Но теперь мне отчаянно хотелось услышать ответ. Желудок скрутило от возможных вариантов. Он ей помогает? Или она причинила ему вред?

Джилли хихикнула.

— Возможно, я переборщила с дозой своего особого напитка для мальчиков.

Она подошла к Чипу и похлопала его по щеке. Его веки даже не дрогнули. Потом Джилли направилась ко мне. Я резко вдохнула, не зная, чего ждать. Но вместо того чтобы подойти, она нагнулась за диван.

Кряхтя, Джилли потянула что-то на себя.

— Вот и твой лучший приятель, Лейкен. Соскучилась?

Она вытащила его за руку на середину комнаты и отпустила. Рука безжизненно упала на пол. Серена заплакала. Я не сводила глаз с груди Джекса. Не двигалась и не дышала, пока не увидела, как она поднимается и опускается. Не мертв. Просто без сознания.

Я заставила себя сосредоточиться на Джилли. Нужно было разговорить ее.

— Почему?

Мышца на ее щеке судорожно дернулась, а пальцы крепче сжали пистолет.

— Все происходит по цепочке. Стоило хотя бы одному из вас сделать другой выбор, и ничего этого не случилось бы. Поэтому вы все должны заплатить.

Я сглотнула, пытаясь унять жжение в горле.

— Ты тоже сделала выбор в ту ночь. Если бы ты не оставила Джекса одного устраивать вечеринку, нам бы не пришлось возвращаться на ферму…

Джилли бросилась ко мне и с размаху ударила по лицу.

— Заткнись, шлюха! Ты предательница и изменница. Раздвинула ноги перед первым мужчиной с деньгами и властью. Ты никогда не любила Джейса. Иначе не предала бы нас всех.

Моя голова упала на подлокотник дивана, перед глазами заплясали звезды, а во рту появился вкус крови. Я сосредоточилась на дыхании и ждала, пока боль отступит, а Джилли продолжала яростно обвинять меня в предательстве.

Краем глаза я уловила движение. Пальцы Джекса шевельнулись на ковре передо мной. Его веки дрогнули, но так и не открылись. Я мысленно взмолилась, чтобы он очнулся и нашел способ позвать на помощь.

Джилли вцепилась мне в волосы и рывком подняла голову.

— Ты меня слушаешь?

Она встряхнула меня, и по позвоночнику полоснула обжигающая боль.

— Слушаю, — прохрипела я.

— Сначала я не понимала. Думала, тебя нужно спасти, пока ты не показала свое истинное лицо. Но виновата всегда была ты. Ты заставила всех вернуться сюда и проверить Джекса. Вечно строила из себя правильную спасительницу. Если бы не ты, ничего этого не случилось бы. Ты должна умереть, чтобы мы все стали свободны.