Муромов

- Слушаю, Илья Романович.

- Тихонов, ты дежуришь?

- Я.

- Работа у вас там есть…

- Так а…

- Понял. Собери-ка мне досье на кое-кого. На электронку мою пришли. Зовут Василиса Ярославовна Мудрая. Реабилитолог. Заместитель в реабилитационном центре на Лесной.

- Что искать?

- Все стандартно. Семья, где живет, дети, мужья, бывшие, кредиты, косяки.

- Принял. Преступница какая?

- Нет.

- Вы роман решили завести, Илья Романович?

- Я тебе сейчас заведу дисциплинарку. Работай.

- Понял. До утра подождет?

- Не подождет, Тихонов. Вчера надо было.

- Горит. Понял. Сейчас сделаю.

- Горит ему! Делай, жду.

Открываю ежедневник.

У меня наперед уже расписаны два следующих дня.

Поэтому пишу вверху листа: “Ледовый дворец”.

И подчеркиваю.

Вопрос надо решить.

Хотя, если по чесноку, то мне это один звонок, а Мудрой с Любой надо будет работать не один месяц. Не очень равноценно. Попахивает подставой. Но сильно хорошо спланированной.

Или ты, Муромов, уже видишь подвох везде.

Очень хотелось бы, чтобы такая милота с сережкой в пупке оказалась агентом.

На электронку падает сообщение от Тихонова. Вот может же, когда хочет.

Поэтому открываю электронку, скачиваю присланный вечером файл “Досье Мудрой” и печатаю.

Не честно?

Да и похер.

Мне надо хорошо, со всем сторон знать человека, который будет ходить ко мне в дом каждый день.

Работа такая. Оправдание железное.

Пробегаюсь взглядом.

Мммм… Даже так.

Удаляю лишнее, что некоторым восприимчивым особам знать не надо и печатаю.

Живет в доме напротив. Может, даже окна сюда выходят. Как понять только?

Поворачиваю голову в сторону окна, смотрю на дом.

Ну-ну, Муромов. Вот ей больше делать нечего, как стоять у окошка и тебя пасти. Может, у неё вообще окна выходят на другую сторону.

Номер квартиры ее есть. Пытаюсь прикинуть расположение.

Но тогда ещё нужен план дома, чтобы знать, сколько квартир на этаже, с какой считают.

Ой, бля.

На хера мне вообще знать, где у неё окно?

Складываю лист пополам и выхожу из комнаты.

У Любы дверь закрыта, но свет горит внизу.

- Люб…

Стучу в дверь.

Тишина.

- Любк, а Любк… Глянь, чё делается! - подкалываю ее.

- Папа!

Это равносильно, что можно. Захожу.

У нас просто.

Если дверь открыта - можно входить.

Если закрыта - личное пространство.

Если молчат - считаем до десяти и все равно входим.

Ну мало ли.…

Люба стоит на руках вниз головой. Рядом спит Граф.

Да, семья у нас с придурью. У всех на стенах телевизоры, у нас турники. У каждого свой, потому нам нужны разные.

- Не помешал?

- Нет, если у тебя что-то важное, - опускает ноги в параллель с полом и продолжает стоять на руках.

Сажусь на кровать.

М-да. Так я не умею даже. И в этом она меня обошла. Но подтягиваюсь я пока ещё больше ее. Хотя скоро догонит такими темпами.

- По поводу твоей ноги.

- И что? - тут же опускает ноги и садится в позу лотоса. И ждет, как будто я судья и должен вердикт ей свой вынести.

- Василиса Ярославовна, к которой мы сегодня ходили, сказала, что ты будешь не только нормально ходить, но даже встанешь на коньки.

- Когда?

То есть для нее это вообще не новость, что будет.

- Она говорит, два месяца.

- Два? Да ладно. Она настолько крута? Мне же говорили полгода или год.

- Говорит уверенно. И… опыта у неё тоже немало, - протягиваю ей досье.

- Пап, да ты что, копался в ее личном деле?

- Папа у тебя кто?

Закатывает глаза.

- Ну вот и делай выводы.

- Семейное положение: разведена. Дети: сын - Мудрый Денис Борисович, семнадцать лет. Адрес… Пап так это же наша улица и наш дом, только корпус другой.

- Все правильно. Короче, план такой, - продолжаю сухо. - Через день ты ездишь в центр туда. Там тренажеры, ЛФК, инструкторы. Занимаешься по программе, что она напишет. А по вечерам занимаешься дома дополнительно с ней.

- Дома?

- Да. Она будет приходить к нам.

Чуть прищуривается и в глаза смотрит.

Ей бы не в фигуристки, а в дознаватели.

- Она будет делать массаж тебе, но после него нужен покой.

- Ты поэтому ее проверяешь?

- Ну конечно.

- Сколько за это будешь ей платить?

- Нисколько.

Снова прищуривается и сканирует меня.

- Просто так же никто не помогает.

- Не просто так, Люб. У неё сын…

- Вот этот Дмитрий Борисович?

- Денис только. Разрисовал Ледовый дворец. На него написали заявление. Цена вопроса: мне надо, чтобы дворец забрал свое заявление и с Мудрого или не очень сняли все обвинения. А она за это поставит тебя на ноги.

- И ты в это ввязался? - морщится Люба.

- Да.

- А если она специально и подставит тебя? Тебя же посадят.

- Да я проверил все, нормально у неё. Ты почитай. Там у неё медицинский университет, восстановительная медицина. Трудовая деятельность без нареканий.

- Нет, пап, я не хочу такой ценой. Я ей не верю.

- В кого ж ты такая…

Ведет бровью, ухмыляясь.

- Аааа… ну да, - киваю сам себе.

- Пап, нет! Я не хочу, чтобы ради меня кого-то отмазывали. Тем более ты себя подставляешь. И тем более этот бандит разрисовал Ледовый дворец. Это… это кощунство!

- Никто никого не отмазывает. Парень перекрасит стены, извинится, исправит последствия своих действий.

- Пап! Ты покрываешь преступника?

- Да какой из него преступник! Шпана.

- Медицинский университет… спортивная реабилитация… повышение квалификации… работа с травмами… спортсмены… отзывы…

Отрывает глаза от листка.

- А она знает, что ты ее пробивал?

- Зачем ей знать? Короче, мы работаем с ней или как?

- Думаешь, она хорошая?

Хорошая? Как кто хорошая?

- … ну как врач?

- Отзывы посмотри, вроде ничего.

- О! Смотри, она Смирнову поставила на ноги. Это было три года назад. Она потом чемпионат России выиграла.

- Это кто?

- Ну, пап.… Ну Смирнова! Катя!

- У меня Смирнов проходит по делу о скупке краденых автозапчастей. Это его дочка, что ли? - подтруниваю над Любой.

- Пап! Да не тот Смирнов!

- А у нас фамилии без уточнений не работают. Слишком много Смирновых и слишком мало совести.

- Фигуристка это. Из сборной.

- А-а-а. Тогда ладно. А то я уже представил заголовок: “дочь торговца бамперами выиграла чемпионат России”.

- Я Смирновой напишу сейчас, узнаю, про твою эту Василису.

Мою… Ну, узнай про мою.

- Ты только не затягивай, у нас завтра тренировка.

- Я уже, - берет телефон.

Я поднимаюсь, иду на кухню. Проснувшийся Граф тут же цокает по полу за мной.

Включаю на кухне свет. За окном уже ночь, поэтому сам себе отражаюсь в окне.

Нет, надо всё-таки что-то купить, а то как в аквариуме.

Что-то готовить лень, замешиваю себе протеин.

- Пап, - кричит Люба.

- Ну что?

- Да, Катька Смирнова написала, что занималась с Василисой, и ей понравилось. Она ходила на массажи через день и восстановилась за три месяца. Представляешь, если я за два месяца или за месяц?

- Так что, договариваюсь на завтра?

- Да.

Взбиваю протеин, потом набираю Василису с личного номера.

- Да, - настороженно отвечает.

- Гражданка Василиса Мудрая?

- Да.

- Ориентировка у нас. Разыскивается женщина, втянувшая в сомнительную сделку начальника полиции, на вид, - достаю ее досье. - Тридцать шесть лет, с характером повышенной сложности. Опасна в диалоге.

- Муромов, вы?

- Нет, это мужчина, которого вы сегодня отправили в холодную реку ради спасения домашнего питомца, - улыбаюсь сам себе, отпивая протеин прямо из стакана, в котором замешивал.

- Что вы меня пугаете? Я теперь не усну.

- Вас только это пугает?

- А что, ещё что-то должно пугать?

- Ну, например, вы мне должны за спасение вашей птички… У меня фантазия богатая, вы бы этого лучше боялись… - понижаю голос.

Мудрой - чтобы нагнать интриги, а по сути, чтобы Люба не слышала.

- Что-то противозаконное вы мне предлагать не станете, а…

- А посмотрим, - не даю ей договорить. Василиса, я звоню уточнить, когда Любе завтра и куда приходить?

- Я вам напишу в течение дня, мне надо расписание моих инструкторов, а я не взяла с собой планшет. Только вы звоните, мне сообщения некогда читать.

- А вечером ждать вас к нам?

- Да.

- Хорошо. Василиса, а вы во сколько собаку утром выгуливаете?

- А вам зачем, Муромов?

- Скучно одному.

- Я не аниматор, чтобы развлекать вас. Если это все, то спокойной ночи.

- Спокойной.… - подхожу к окну и смотрю на соседний дом.

Она же где-то тут живет.

И мне в принципе все равно где. Но задача стоит, и ее надо завтра решить. Мне надо знать, какие окна именно ее квартиры и куда они выходят.

Отключаюсь.

- Пошли, Граф, спать, - допиваю протеин, замачиваю в раковине стакан и выключаю свет.

Заглядываю к Любе, уже висит на турнике вниз головой.

- Ну все, порешал. Завтра напишет, когда тренировки, а вечером на массаж придет.

- Класс! Спасибо, папуль.

- Рано благодаришь. Вот когда тулуп прыгнешь - тогда поговорим.

- Тулуп? Тьфу, это не цель. Вот аксель прыгнуть, и это будет успех.

- Давай, я спать, долго не сиди.

Лежу в темноте в своей кровати и смотрю на дом напротив. Граф на полу вздыхает, собираясь спать.

Какие же окна твои, Василиса прекрасная?