В середине девяностых, накануне выборов президента в России, стала актуальной тема анализа событий августа 1991 года. Коммунисты и демократы, либералы и государственники никак не могли разобраться с причинами, породившими развал СССР и крушение системы социализма в мире.
Демократам не нравилось, что опозиция в Госдуме препятствует быстрому и радикальному проведению в стране рыночных реформ, а коммунисты были недовольны американским диктатом в политике, экономике и, особенно, грабительской приватизаций, которая привела к колоссальному расслоению общества на десяток олигархов, присвоивших себе целые отрасли народного хозяйства, и остальное население страны, не получившее от рыночных реформ ничего.
В сентябре 2016 года информационное агентство INTERFAX.RU, близкое к СВР, опубликовало данные исследования консалтинговой компании New World Wealth, где говорится, что Россия заняла первое место в списке стран с самым высоким уровнем неравенства среди основных экономик мира. Почти две трети (62 %) благосостояния в РФ приходится на долю долларовых миллионеров, 26 % – на долю миллиардеров.
По оценке экспертов компании, «если миллионеры контролируют свыше 50 % богатств в стране, в ней практически не остается места для образования среднего класса». Минимум неравенства в Японии – там миллионерам принадлежит лишь 22-процентная доля совокупного благосостояния граждан. США в середине рейтинга с 32 %, что удивительно, так как по среднему благосостоянию в расчете на душу населения США занимают восьмое место в мире с показателем в 151 тыс. долл. На первом месте княжество Монако, где при населении 40 тыс. человек более 5 % обладают состоянием свыше 10 млн долл., а среднее благосостояние оценивается почти в 1,6 млн долл.
Также в 2016 году Счетная палата России приводит список «Зарплаты дореволюционной России» из семи профессий. Первым в списке указан дворник, он в 1913 году получал 18 руб. в месяц, что в переводе на нынешний рубль составит 27 242 руб. Красильщик получал 27,9 руб., или 42 234 современных рублей. Жалованье участкового составляло 50 руб., или 75 688 руб. Слесарь – 56,8 руб. 1913 года (85 981 современных рублей). Зарплата чиновника среднего класса составляла 62 руб. (93 853 руб.). Учитель гимназии получал 85 руб. (128 669 руб.). Последним в списке указан полковник, который получал 325 руб., или 491 тыс. руб.
Покупательная способность рубля в то время была гораздо меньше, так как цены на товары и продукты были «весьма высоки», отметили при этом в Счетной палате. «Средняя семья» тратила не менее 20–25 руб. на продукты (это примерно 30 275–37 844 современных рублей), кроме того, рабочий день длился десять часов, а отпусков в нынешнем их понимании не существовало, отметили в ведомстве.
В связи с этим на страницах газет и на телевидении снова стал актуальным вопрос о том, что случилось с СССР, который из великой державы в одночасье превратился в сырьевой придаток ведущих стран Запада. Этот вопрос беспокоил и аналитиков из профильных НИИ Минобороны и СВР, которые на базе Военно-исторического общества организовали проведение круглого стола с темой «ГКЧП: исторические и военно-политические уроки в контексте реализации западными идеологами цветных революций с помощью “мягкой силы”».
Первым обсуждался вопрос «Есть ли основания для выводов о том, что на рубеже 80-х – 90-х годов в СССР были реализованы нашими геополитическими противниками технологии “мягкой силы” и “цветной революции”»?
В докладе генерала из НИИ Генштаба Васильева было сказало, что это несомненно, однако разрушение СССР, ликвидация КПСС и советской системы произошли практически так, как намечалось еще в 50-е годы идеологами Запада в плане Даллеса и в директивах американского ЦРУ. Однако нельзя всё сводить только к конспирологии и теории заговоров. Произошедшее было не только следствием усилий Запада и англосаксов, но существовали и многочисленные внутренние причины и предпосылки, что также несомненно. Можно сказать, что СССР был разрушен вследствие комплекса объективных и субъективных причин.
Спустя 25 лет стало очевидно, что на рубеже 80–90-х годов прошлого века в СССР нашими геополитическими противниками были реализованы технологии «мягкой силы» и «цветной революции», но это явилось не только стопроцентной «заслугой» Запада, но и следствием внутренних причин, которые были очень многообразны.
СССР мог сохраниться в другом составе и в другом качестве – КПСС следовало реформироваться и принять условия многопартийности, а спецслужбы могли активно противодействовать враждебной деятельности Запада против СССР и предотвратить потерю суверенитета и проведение в стране антинародных реформ.
В этом плане можно говорить о своего рода точке невозврата. Все в стране видели, как развиваются события. Видели те, кто подталкивал события и кто им противодействовал.
Потом с репликой по поводу внутренних причин развала СССР выступил полковник внешней разведки Сергеев, который заметил, что серьезные аналитики разведки считают началом постепенного отхода СССР от принципов социализма и сползания на буржуазный путь развития реформы Хрущева и конкретно 1961 год, когда из программы КПСС был исключен пункт о диктатуре пролетариата и в стране стал усиливаться класс чиновничества, который по всем социологическим параметрам является буржуазным, так как ничего не производит, а только управляет.
При этом государственные промышленные и сельскохозяйственные предприятия фактически постепенно становились как бы собственностью их руководителей, а также партийных чиновников на местах. В это же время в стране была официально разрешена частная собственность для граждан. Поэтому ясно, что, несмотря на официальные заявления Хрущева о построении в СССР коммунизма к 1980 году, развитие страны шло в противоположном направлении.
Сергеев отметил, что, рассматривая вопрос о причинах провала плана ГКЧП, последующего развала СССР, надо назвать точки невозврата, которые прошла страна.
Первая – сразу после объявления ГКЧП казалось, что все идет по плану. Руководители регионов и население страны поддержат ГКЧП, Ельцина и около пятидесяти идеологов развала страны арестуют, Горбачева вернут в Москву и СССР будет сохранен.
Но был другой план. Горбачев сам корректировал списки руководителей ГКЧП и даже включил в него Стародубцева, как коллегу по прежнему руководству сельским хозяйством. Согласно этому варианту, Ельцин не должен был арестовываться, а во время отсутствия Горбачева и неразберихи в Москве должен был перехватить власть. Московская резидентура ЦРУ докладывала об этом в Вашингтон, поэтому Рейган не подписывал рапорт об увольнении тогдашнему директору ЦРУ вплоть до завершения августовских событий.
Действовали ли Горбачев и Крючков по этому плану, неизвестно, но произошло всё именно так. Крючков не дал команду на арест Ельцина, Ельцин прибыл в Белый дом и организовал отпор ГКЧП, реально узурпировав власть у Горбачева и у ГКЧП, который развалился как карточный домик.
По мнению бывшего председателя КГБ РСФСР Иваненко, одной из причин развала СССР стало то, что «руководство КГБ не решилось отдать приказ стрелять. Я знал Крючкова, он был интеллигентом, а не диктатором. В критической ситуации августа 1991 года он «завибрировал» и дал задний ход.
После увольнения в 1992 году с должности председателя КГБ РСФСР генерал Иваненко был председателем правления нефтяной компании «ЮКОС», вице-президентом Фонда развития парламентаризма в России, а сейчас – член Совета по внешней и оборонной политике и член московского Английского клуба.
Первой точкой невозврата можно считать сам замысел ГКЧП, когда его инициаторы приняли решение, что Горбачёва надо либо заставить сменить курс, или убрать от власти. Процесс шёл достаточно открыто. У Министерства обороны забирали две подмосковные дивизии, бригаду в Москве и передавали в распоряжение КГБ. Однако для зашифровки сотрудникам КГБ ставилась задача выявлять возможную подготовку к военному перевороту. Замысел ГКЧП был зашифрован так, что до последнего дня даже некоторые замы в КГБ об этом не знали.
Но очевидно и то, что введение ГКЧП не было ни заговором, ни попыткой переворота. Это была запоздалая попытка изменить предательский курс политического руководства, осуществленная легитимными руководителями страны в пределах их официальных полномочий (Янаев – вице-президент, а Крючков, Язов и Пуго – действующие силовые министры).
Одной из точек невозврата на пути к развалу СССР в 1991 году стала инициация Эстонией разработки и подписания проекта нового Союзного договора. (Союзный договор, образовавший СССР 22 декабря 1922 года, прекратил свое действие после принятия в 1936 году Конституции СССР, где Эстония, Литва и Латвия не упоминались.)
Несмотря на то, что в это время Институт государства и права АН СССР завершал разработку новой советской Конституции, в которой отменялась 6-я статья о руководящей роли КПСС и допускалась многопартийность, Горбачев согласился на разработку нового Союзного договора, где за Прибалтийскими республиками сохранялись не только экономические, но и политические права. Работа над проектом нового договора настолько озлобила все республики друг против друга, а особенно против РСФСР, который они обвиняли в унижении национальных окраин, что в декабре 1991 года 13 из 15 республик, кроме России и Казахстана, объявили о выходе из СССР.
Следующей точкой невозврата стало введение войск на танках и БТР в Москву, которое неожиданно для руководства ГКЧП вызвало активное противодействие со стороны недовольных политикой Горбачева москвичей. В большинстве регинов страны введение ГКЧП было поддержано и населением, и партийным руководством. Так было в республиках Средней Азии и Закавказья. Поддержали ГКЧП в Грузии, Азербайджане, Таджикистане, в Белоруссии, Латвии и на Украине. Заняли нейтральную, выжидательную позицию в Армении, Узбекистане и Туркменистане. Противниками ГКЧП объявили сразу себя Литва, Эстония, Молдавия, Киргизия и РСФСР.
Накануне ГКЧП руководством страны с одобрения Горбачева везде были назначены лояльные командующие военными округами. На Украине генерал Варенников контролировал ситуацию, в Прибалтике лояльность ГКЧП полностью обеспечила военная контрразведка. Питер не поддержал ГКЧП, хотя туда выезжал заместитель министра обороны по кадрам генерал Ермаков.
Но каждый хотел в той ситуации выжить. Генералы уже имели печальный опыт подавления межнациональных конфликтов на Кавказе и в Прибалтике, когда Горбачев свалил всю вину за кровопролитие на самих военных, выполнявших его приказ. Поэтому на второй день ГКЧП, 20 августа, два зампреда КГБ за спиной Крючкова дали указания сотрудникам органов никаких команд ГКЧП не выполнять. Министр МВД Пуго, как человек чести, до конца вел линию ГКЧП, вплоть до своей гибели.
Министр обороны Язов колебался. Он был поставлен на должность лично Горбачёвым, благодаря поддержке Раисы Максимовны, сначала замом министра, а потом министром. Его поселили в одном подъезде с Горбачевым, этажом выше. Их семьи дружили. При такой лояльности к Горбачёву со стороны Язова рассчитывать на успех авантюры с ГКЧП было нельзя. И первое, что сделал Язов после ареста – не покаялся перед армией, а заявил, что ему стыдно лично перед Раисой Максимовной.
Председатель КГБ Крючков накануне ГКЧП не только общался неофициально с сотрудниками ЦРУ и итальянской разведки, но также втайне от всех до последнего момента вёл двойную игру с Горбачёвым и Ельциным. Поэтому он не дал команду на арест Ельцина и штурм Белого дома. Фактически, как главный от силовых структур, он виноват во всём. Крючков был хитрецом, но слабым аналитиком и руководителем.
Насколько он не разбирался в людях и в ситуации, говорит его участие в суде с Яковлевым. Он пригласил на суд в качестве свидетелей генералов из КГБ, рассчитывая, что они честно расскажут о материалах на агентов влияния, но ни один из них не подтвердил даже роль главного агента влияния Запада – Яковлева. Единственным, кто признал, что было в списках, стал Горбачёв! Он сказал: «Да, были такие списки. И в них было сказано, что в Москве и в Ленинграде существовала разветвлённая сеть интеллигенции и партийных функционеров, которая готовила действия по изменению существующего строя». Но ни одной фамилии названо не было.
Официально ГКЧП возглавлял Янаев – честный гражданский человек, но алкоголик и размазня. Он был в ГКЧП главным, как вице-президент, но реально ничем не руководил и на второй день «заболел». В этой многоходовке Ельцин проявил хитрость, выдержку и умение использовать помощь Запада и предательство сторонников ГКЧП. Он переиграл всех.
Позже руководство России оценило события августа 1991 года не просто как попытку государственного переворота или авантюру ГКЧП – но как величайшую геополитическую катастрофу для всего мира.
Единственными, кто официально не признал себя побежденными, в Москве были генерал армии Варенников, партия «Трудовая Россия» во главе с Виктором Анпиловым и Союз писателей России с председателем Сергеем Михалковым!
Спустя годы Олег Бакланов на вопрос, почему Ельцин переиграл ГКЧП, ответил: «Дрогнули Язов и Крючков». Допустим, Язов дрогнул, но Крючков или запутался в своих интригах, или предал ГКЧП.
Вторая точка невозврата – ввод войск в Москву, который неожиданно для ГКЧП вызвал активное противодействие оппозиционного электората москвичей. Ночью под гусеницами танка, подожженного и ослепленного демократическими активистами, погибли трое. И эта сакральная жертва была максимально использована ельцинской командой для возбуждения толпы и деморализации ГКЧП. Язов отдал приказ о выводе войск из Москвы.
Третья точка невозврата – Горбачев, хотя и прибыл из Фороса в Москву триумфатором, но после ареста руководителей ГКЧП не смог или не захотел отбирать реальную власть у Ельцина. Поэтому сразу после того, как в Москве прекратила существование власть СССР, республики стали провозглашать самостоятельность от центра.
Четвертая точка невозврата – «Беловежский сговор» – это подписание 8 декабря в Беловежской Пуще президентом РСФСР Ельциным, президентом Украины Кравчуком и лидером Белоруссии Шушкевичем соглашения о распаде СССР и создании Содружества Независимых Государств, которые фактически оформили развал страны, предательски первыми доложив об этом президенту США.
В Беловежской Пуще лидер Украины Кравчук первый день был категорически против распада СССР и только на второй день его уговорили подписать декларацию о том, что СССР исчерпал свою легитимность. Заговорщики боялись того, что Горбачев может их арестовать, и были готовы бежать за границу, но Горбачев такого приказа не отдал, а КГБ Белоруссии не решился на самостоятельные действия.
Только приехав оттуда, они сообщили об этом Горбачёву, который оставался Президентом СССР и мог их обвинить в измене Родине и дезавуировать этот акт, но он этого не сделал, что привело в декабре 1991 года к юридическому оформлению распада Союза.
Подписывая декларацию о распаде СССР и отделении от него России, Белоруссии и Украины, каждый из лидеров этих стран ошибочно был уверен, что отдельно они выиграют политически, экономически и освободятся от необходимости дотировать другие республики, а Запад охотно примет их в качестве равных.
Присутствовавший на этом заседании полковник Дмитриев уже на следующий день понял, что в числе точек невозврата аналитики упустили первую и, возможно, самую главную точку невозврата – предательство и фактическую капитуляцию верхушки КПСС, которая задолго до ГКЧП и развала СССР из опасения развития событий, как в странах Восточной Европы, по личному распряжению Горбачева через резидентуры ПГУ КГБ начала выводить миллиарды долларов, золото и активы страны за границу и создавать заделы приватизации собственности и активов страны для себя и избранных из второго эшелона партноменклатуры, которые вскоре стали олигархами.
Наличие среди влиятельных политических и государственных структур агентуры влияния и собственной антипартийной оппозиции, которые часто были «в одном флаконе», позволяло спецслужбам и Госдепу США держать руку на пульсе событий и активно корректировать их ход и исход. Так, они снабжали деньгами, спецаппаратурой и информацией Ельцина и его команду и в критический момент отказались от поддержки своего верного сателлита Горбачева в пользу Ельцина.
Среди патриотов и государственников в КПСС, силовых и правоохранительных органах также нашлись колеблющиеся, перешедшие на сторону победившего Ельцина, которые посчитали, что исход противостояния с Западом решен и пора создавать собственные запасные аэродромы.
О предательстве региональных и национальных элит, ошибочно просчитавших, что они выиграют политически, экономически и идеологически после обретения самостоятельности, переориентации на Запад и отказа от гегемонии «Старшего брата» – России, стало понятно еще задолго до ГКЧП, в ходе межнациональных конфликтов в Прибалтике и республиках Закавказья.
Под лозунгами перестройки и демократизации КПСС Советская армия и КГБ необоснованно стали объектом дискредитации и нападок. Все советское общество было деморализовано, дезориентировано, унижено и озлоблено, в результате чего никто не встал на защиту КПСС и ГКЧП.
Результатом этих дискуссий при активном участии генерала Петрова стала разработка коллективом аналитиков Концепции вывода России из кризиса. Еще не остыли страсти после расстрела Белого дома. Поэтому, чтобы избежать гражданской войны и нового кровопролития, был разработан план «Концепция общественной безопасности России», которую попытались довести до Ельцина через начальника Службы безопасности Коржакова.
Чтобы доходчиво объяснить президенту суть концепции и её целесообразность, к этому привлекли помощника руководителя Администрации Батурина. Основными направлениями выхода из кризиса и обеспечения развития России были: отказ в экономике от ростовщичества и выдача кредитов без процентов, обеспечение разумного и достаточного потребления для населения и отказ от роскоши, создание условий для всеобщего доступа граждан к знаниям и формирование новых управленческих кадров государственного аппарата через их обучение и воспитание, а также противодействие западной идеологии путем владения опережающей информацией и её умелым использованием.
Самым удобным местом для этого была избрана баня. Казалось, что Ельцин понял и готов был отсрочить выборы и действовать по предложенному плану, но противостояние двух групп влияния в окружении президента обострило конфликт и привело к неожиданным последствиям. Группа Чубайса опасалась, что в случае отказа Ельцина от участия в выборах или его поражения их не просто отстранят от власти, но и привлекут к уголовной ответственности. Они активно начали информационную и финансовую подготовку к выборам, а группа Коржакова, чтобы воспрепятствовать этому, провела операцию, в ходе которой были задержаны активисты Чубайса с «коробкой из-под ксерокса» с нелегальными долларами для подкупа агитаторов в СМИ.
В результате Коржаков, Барсуков и Сосковец были уволены, а Ельцин встал на сторону Чубайса и пошел на выборы, которые ценой невиданных афер и подтасовок были им выиграны.
КГБ и армия не имели ни прав, ни самостоятельности, ни исторических прецедентов для силового противодействия незаконной политике руководства страны.
Если в Африке, на Ближнем Востоке и в Латинской Америке часто происходили и происходят военные перевороты, то в Европе военные приходили к власти только в середине ХХ века – Франко, Черчилль, де Голль, Маннергейм, Пилсудский, Тито…
В СССР судьба военных, заподозренных в заговорах с целью смены власти печальна – Троцкий, Тухачевский, Жуков, Крючков, Язов, Пуго, Баранников, Рохлин, Лебедь… Генерал Петров (автор концепции выхода России из кризиса) продолжил оппозиционную деятельность и в 2009 году, после встречи с сотрудниками ЦРУ, бравшими у него интервью под видом журналистов, скоропостижно умер от «воспаления легких».
Поэтому роль армии и спецслужб в августе 1991 года была пассивной и существенно не повлияла на развитие событий. Все решалось в противостоянии интересов и амбиций личностей в высших эшелонах власти СССР.
В исторической ретроспективе в СССР и России ХХ века самостоятельно (без переворотов) приходили к власти – Ленин, Сталин, Хрущев, Ельцин и Путин (во 2-й и 3-й раз), а Брежнев, Черненко, Горбачев и Путин (первый раз) – в ходе сговора элит. Андропов – особый случай. Он единственный из руководителей КГБ и армии лично добился власти.
Фатальной неизбежности победы Запада в холодной войне не было, и результат мог быть другим. СССР мог сохраниться вследствие реформирования КПСС и экономики, введения многопартийности, предоставления гражданам больше свободы для участия в экономической и общественной жизни, развития экономических и политических связей с капиталистическими странами на взаимовыгодной основе при активном противодействии агрессивным идеологическим диверсиям Запада.
Сегодня, несмотря на их неуемное желание, политические и военные провокации, экономические санкции и ложь в подконтрольных СМИ, у Запада нет никаких шансов на совершение в России «цветной или иной революции». Тухлое болото оппозиции не имеет никакой поддержки в народе и остается разрозненной и озлобленной кучкой оппозиционеров, продолжающих существовать только благодаря финансовой и политической поддержке Запада.
Россия уверенно укрепляет свой авторитет в мировой политике, преодолела попытку ослабить экономику с помощью санкций и демонстрирует паритет в области военного противостояния, а также явно побеждает в стратегии и тактике поиска выходов из сложнейших геополитических вызовов в современном мире.
Гарантом стабильности в России служит реальный суверенитет, политическая стабильность, мощный экономический и военный потенциал, патриотизм и единство народа. Армия, силовые и правоохранительные органы страны, в том числе и вновь созданная Национальная гвардия, демонстрируют высокий профессионализм и способность отразить любые военные авантюры со стороны возможных агрессоров.
Самая большая ошибка или, скорее, ложь аналитиков, исследующих события августа 1991 года, состоит в том, что они обвиняют ГКЧП в том, что его лидеры хотели оставить в СССР всё, как было. Наоборот – они не хотели, чтобы страна шла ни по пути Горбачева, ни по пути Ельцина и его прозападного либерального окружения. Они хотели сохранить СССР, завоевания социализма и реформировать в стране то, что можно и нужно реформировать.