Враг № 1 либерально-прогрессистской империи с тех пор, как президенты Обама и Трамп решили, что эта страна угрожает мировому превосходству США. С того времени у Китая обнаружились все возможные недостатки: он коммунистический и автократический, он угнетает тибетцев, уйгуров и мирных гонконгских демократов, он угрожает Тайваню, он загрязняет окружающую среду и выбрасывает в атмосферу слишком много CO2, он позволяет вирусам вырваться из своих лабораторий, он следит за своими гражданами и вербует их, он ест и продает что попало на своих базарах, он хочет захватить наши бизнесы и расширить свои сети влияния в международных организациях. Это означает, что Китай по сути порочен.
Мы не слышали подобных синофобских клише со времен великой эпохи «желтой угрозы» конца XIX века. Как писал еще в 1897 году один прозорливый наблюдатель, «о желтой угрозе сообщают со всех сторон. Теоретически китайцы могут поставить под ружье тридцать миллионов человек. В одно прекрасное утро они должны вторгнуться в Европу и покончить с западной цивилизацией. Желтая опасность исходит в основном от китайского рабочего, который довольствуется пятью центами»[63].
Этим доблестным пропагандистам и в голову не приходит, что китайцы, возможно, чувствовали себя униженными со стороны британцев, которые после двух жестоких войн в первой половине XIX века разрушили китайскую чайную экономику, перенеся производство чая в другие страны – в Индию и на Цейлон. Разве китайцы могли относиться без подозрения к жителям Запада, которые в конце XIX века расчленили Китай, чтобы вырвать у него концессии и колонии, которые оккупировали Китай в 1900 году, которые унизили Китай при подготовке Версальского договора, исключив его из мирных переговоров, не признав вклад Китая в победу союзников в Первой мировой войне и передав германские концессии не Китаю, а Японии?
Точно так же антикитайские пропагандисты делают вид, что не знают, что китайцы, возможно, были благодарны Мао и его преемникам за освобождение страны от разоривших ее сатрапов и полевых командиров, за перераспределение земель, захваченных крупными землевладельцами, за развитие доступного для всех образования и здравоохранения, за то, что всего за несколько десятилетий они вырвали 700 миллионов человек из нищеты и вернули Китай в центр мировой игры, – на то место, которое он занимал в течение двух тысяч лет.
Но как же можно только представить себе, что Китай с его 1440 миллионами жителей имеет основание претендовать на те же права и статус в мире, что и Франция или Великобритания, у которых население в двадцать раз меньше?