Скопление Клана «Эммуш-Гир» .

Аэрион.

Небесный Дворец.

Тронный зал Властителя.

День атаки.

В лучах рассветных звезд Альтион и Валькор Башня из белого камня, добытого в мире эфирников выглядела еще более величественно. Камень, добываемый рабской силой на планетах этих самых эфирников имел вкрапления сияющих кристаллов — слишком мало, чтобы стать полезными, слишком трудоемко, чтобы их добыть и слишком красиво, чтобы Отец отказал себе в удовольствии построить из такого материала целый дворец в свою честь — самое высокое строение на планете Правления.

Чем ему не угодил предыдущий никто не знает, помимо самого Эхтана. Ведь, стены и полы этого дворца омылись кровью его отца Метара, брата Аннегли и даже племянника Эони, который посмел выразить свои подозрения насчет причастности Эхтана.

Эхтан был вторым сыном в семье правителей, а аэриты живут долго. Так что выбор для жаждущего власти мальчишки был очевиден. Что такое пара смертей, когда за ними тебе улыбается трон Правителя Великого Клана и при этом ты лучше знаешь, как управлять этим самым Кланом. Он всегда уступал брату по силе и специфике способностей — еще один жирный минус против того, чтобы именно младший стал наследником. У аэритов всегда признавалась именно сила. Потому и бои на Арене были событием, практически ежедневным, в отличие от мирных празднований.

Эхтан не понимал своего родного Отца, который карал за любые проступки бросанием на Арену. Бой до первой крови — такова была традиция его народа. И эти традиции поддерживались, как самим Метаром, так и старшим его сыном. Всех все устраивало. Кроме Эхтана. Ему было неприятно смотреть, что все решает только лишь сила, а не разум, сколько было аэритов на грани голодной смерти и душимых все новыми поборами. А еще он крайне опасался возможного внешнего вторжения, которое в отсутствие всяческой защиты могло стать для Клана первым и последним в истории. Если на соседних планетах были их союзники, то, где гарантии, что на других нет таких же разумных или еще более продвинутых? Именно. То, что маги сканируют своими силами области и замечают другие миры это понятно. Только всегда есть риск ошибки. Они же так и не могут теперь отыскать ту непонятную планету, чем-то напоминающую планеты Аэриона. А она была. Эхтан лично на ней побывал очень много лет назад. Не могла же она просто исчезнуть.

Эхтан проснулся и поднялся с мягкой постели, устланной воздушными белоснежными простынями, и направился на балкон, осматривать владения, наслаждаться видом и собираться с мыслями перед очередным нудным и рутинным днем его правления. Если бы он до конца понимал, на какую авантюру в свое время подписался, то ни за что бы не сотворил случившегося. Но ныне поздно что-либо менять. Семья из мертвых уже не возвратится.

Не смотря на прекрасный с виду день, настроение его в некоторой степени омрачено одним событием — сегодня его пасынок идет в бой, из которого уже не вернется. Заслужил ли он такой участи? Не совсем. За свои преступления он уже заплатил и продолжал платить славной службой в первых рядах. Хотел ли Эхтан этого? Не уверен. Мальчик был ему по-своему дорог, хоть и страшно раздражал своим нравом и принципиальностью. Откуда в нем только это? Может, от его матери, Небеса ей мирный дом. Как же она была прекрасна. Его замечательная и добрая Кайана… Он ни за что не забудет ее прекрасных серо-голубых глаз и очаровательной улыбки. А ее шикарные черные локоны, которые ветром развивал изящный полет никогда не дадут ему спокойно спать по ночам.

Эхтан стоял на балконе и перебирал в руке тоненький браслет из сплава с подвесом из небольшого бирюзового кристалла.

— Дорогой? — Эхтан провалился в свои мысли и не заметил, как к нему подошла его жена и положила свою ладонь на плечо, — Ты в порядке? Знаю, глупый вопрос. У самой душа разрывается.

— Я в порядке, — довольно резко ответил ей Эхтан и убрал ее руку, — Дел сегодня полно. Нужно быть готовыми отправить после Клинков Безумия Клинков Безмолвия, затем распорядиться просканировать мир на предмет выживших, отдать приказы о сборе новых рабов, их еще распределить. Думаю, отправить на планету неофабрикатов побольше рабов, чтобы активнее добывали материю и производили гиперкоры. Миров и планет становится все больше, всем нужна энергия, еда и вода.

— Я думала, ты волнуешься о сыне, — осторожно начала она, будто пытаясь достучаться до зачерствевшего сердца своего супруга.

— Он не мой сын! — взревел Эхтан и отошел от жены, сжимая в руках единственную ценность, что осталась у него от его Кайаны, — Никто ему не виноват, что он был сопливым дураком! Я не виноват в этом, ясно? И никто не просил его занимать место своей подопечной! Он сделал свой выбор сам. Не поумнел за эти годы — его проблемы!

Хина подошла ближе к мужу и все же рискнула его приобнять и не ошиблась. Супруг нервно вздохнул и повернулся к жене. Затем обнял ее, закрыл глаза и поцеловал.

— Понимаю, почему ты так ненавидишь его и при этом любишь, — Хина взглянула в глаза мужа, — он напоминание. Поэтому ты и рад, и крайне зол, что больше не увидишь его, верно?

— Сейчас же прекрати и не нагнетай мне с утра нервы, договорились?

Эхтан отошел от нее и направился в гардеробную зону спальни.

— У меня, ведь, не было и шанса, верно? — с грустью отвернулась она, обняв себя руками, после чего легкая полупрозрачная ткань ее накидки сползла с плеча.

— Что? О чем ты? — правитель начал раздражаться и нервничать.

— О том, что ты всегда будешь ее любить, — она оглянулась и посмотрела на него.

— Глупости, аэритэ! Нас с тобой связывают не только узы Небесного союза. Или мне напомнить, кто лучезарнее всех улыбался, умывшись кровью собственной младшей сестры?

Глаза Хины стали хищными и источали опасность.

— Уймись. И не забывай, что мы оба с тобой на одной паре крыльев летим. И только Предки знают, куда нас это приведет. Попробуешь настроить против меня сыновей или плести козни, и я не посмотрю, что ты мать моих детей.

— Угрозы? Еще и завтрак не настал, — сморщила Хина свой милый нос, — Думаю. Нет, уверена, ты полон страха получить воздаяние от Предков за все свои грехи. Так что мои оставь при мне, — она вышла на балкон и усмехнулась.

***

«Санлина.

Планета эолитов.»

День атаки.

Ангел входил в портал первым, как командир Клинков. Первым, соответственно, и оказался на планете эолитов. Клинки вышли следом и заняли свои позиции: Кэри сзади справа от центра в первой тройке, а по обеим сторонам на расстоянии нескольких шагов еще две тройки аэритов.

Планета мало чем отличалась от множества других: свет светила, в синем небе, белые облака, и приятный, но немного суховатый воздух. Земля была довольно пустынной, зелени почти не было на месте, куда вывел созданный магами портал. Только редкие деревья, изнывающие от тепла без должной влаги. С направлением движения определились довольно скоро — за холмами виднелся город в небе, а значит, им туда.

С пятью из девятки он не раз попадал в Клинки Безумия: Зарис, Алмар, Эрт, Кион и Линс — вечные не везунчики. Стоило раз оступиться и вот, ты уже в первых рядах атаки или защиты до конца своих дней. Что ж, для него это сегодня закончится.

Не смотря на концентрацию и ожидание атаки в любой момент, Ангел немного успел насладиться всем, что его окружало. Когда ты на пороге смерти, то и воздух кажется вкуснее, и небо голубее, и солнышко теплее. Но он снова тряхнул головой, чтобы не отвлекаться. Рассеянность недопустима на поле боя. Он шел впереди, за его спиной были его аэриты, те, кому просто также не повезло в свое время, и очень бы хотелось сохранить их жизни сегодня, так что нужно сфокусироваться и быть готовым к чему придется.

Всех Клинков отделяло расстояние в пять-десять шагов друг от друга. Если понадобится внезапно расправить крылья, то им потребуется для этого пространство.

Клинки Безумия продвигались дальше, в сторону города. Довольно живописный был вид: они шли через пустырь, а впереди прямо в воздухе плавали небольшие островки с приятными домиками поскромнее и более крупными, которые висели выше и имели уже куда более внушительный вид.

Клинки не останавливались, их тела были напряжены и готовы. «Для Кэри это первый, такого рода, бой, но ничего. Я сделаю все возможное, чтобы ты сегодня вернулась к Вирриону и смогла ему рассказать, какой славной вышла битва.» — думал Ангел, пока всматривался в горизонт, следил за небом и прислушивался к каждому шороху.

Они подошли к широким едва заметным полупрозрачным плитам, размещенным на земле. Ангел поднял вверх кулак, приказывая Клинкам остановиться. На земле перед собой он увидел узоры из пыли и песка. Он присел и осторожно провел пальцами по поверхности, смазав рисунок, но он не имел ни малейшего представления, что бы это могло значить, хотя, его чутье вопило, что впереди опасность. Отправлять кого-то из Клинков, чтобы проверить это он не стал.

«Что ж, надеюсь, я не сдетанирую прямо сейчас. Не хотелось бы унести с собой еще и ребят. На Аэрионе еще кому-то надо восстание поднимать. Наверное, Кэри возглавит или лучше Вир… Да соберись ты, олух!» — мозг Ангела словно старался обдумать все и сразу, пока еще может.

Обходить далеко, да и не имеет смысла — он увидел, что плит на самом деле куда больше, чем те, что ближе всего к ним. И они окружают этот город островков кольцом. Высота и длина этих плит такова, что даже полет теряет всякий смысл. На такой высоте будет просто нечем дышать. А по длине до конца плит метров триста пятьдесят. Блинкать опасно.

«Придется ножками. Знаю. Я слышу тебя, чуечка. Но надо идти.» — страх за соратников не отступал и вторил предчувствию. Ангел жестом приказал группе остаться на месте, затем, оглядываясь по сторонам, сделал медленный шаг вперед, наступив сапогом на зону узора и постепенно перенося на эту ногу вес. Пока ничего не произошло. Немного выждав, он сделал еще один шаг. «Потихоньку, осторожно и не спеша, вот так, шаг за шагом. Вперед.» — он продолжал продвигаться и осматриваться вокруг, когда, услышав внезапно вылетевшую из-за холма птицу за спиной, отвлекся на нее и наступил ногой на небольшую ветку, которая хрустнула под сапогом.

Бежать не выйдет, он продвинулся уже примерно на середину протяженности плит. Сердце Ангела забилось быстрее, и он замер на месте, заметив, как в одно мгновение в этих плитах открылись забрала.

***

Аэрион.

Башня Алхимика.

В то же время.

Виррион был совершенно один на сей раз в своей лаборатории, поэтому не стеснялся собственных слез. Он не успел! Не смог спасти своего друга! Кто теперь возглавит восстание и кого теперь посадить на трон Скопления? И всего-то нужно было найти Черный Звон, чтобы спасти парню жизнь! Не нашел! Где только он его не искал.

Алхимик пришел в ярость, взревел в голос и смел со своего рабочего стола все содержимое на каменный пол. Он был готов убить за то, чтобы суметь как-то помочь Ангелу, да пусть бы и ценой своей собственной жизни! По сему он сел на стул и просто стал молиться Предкам и Небу, чтобы его жизнь забрали вместо жизни его друга, когда заметил на полу странный сверток, которого раньше там точно не было. Он прервался и поспешил развернуть и осмотреть находку.

— Это что, шутка такая?! — алхимик рванул с балкона на крыльях в Башню Воителя.