Я точно вернулась в детство, прошедшее в таком же вот дворе, в однокомнатной квартире, где мы ухитрялись жить сначала вчетвером, потом впятером. Когда родилась Лера, отец продал однушку, машину и купил дом на окраине города. В принципе у него уже тогда наметились проблемы со здравым смыслом.

Пока шагала через заросший тополями и лопухами двор, наполненными детскими голосами и окриками бабушек, то все глубже погружалась в воспоминания. Даже не сразу поняла, что такое сверлит меня между лопаток. Потом оглянулась. Как раз, чтобы увидеть, как Марк заводит машину. Он кивнул мне и уехал, а я лишь поежилась. Имя…дурацкое имя.

И опять воспоминания. Как в мои семнадцать лет мы переехали в поселок, рядом с городом. Даже сейчас мурашки прошли по коже от ощущения ледяной воды утром. Котел повесили не сразу, да и то после криков мамы о том, что невозможно весь день греть воду для посуды и для помывки. В восемнадцать я не выдержала и сразу после поступления в университет, удрала в общагу.

Помню крики отца по этому поводу. И шлюхой я была, и дурой, и «феминисткой хреновой». И домой меня не пускали, заявляя, что сестрам дурной пример подам. Видимо поэтому я после пяти лет учебы сначала год отработала, снимая квартиру, а потом уже встретила Кристиано. И оно все завертелось.

И вертелось до сих пор. Хотелось верить, что не на определенном мужском органе.

Так, мне нужен третий этаж. В подъезд я прошмыгнула вместе с какой-то молодой мамой и ее чадом лет трех. Причем он болтал не переставая, звонкий голос отражался от стен и возвращался не менее звонким эхом. Я только хмыкнула, пробегая вперед. Прикольный пацан: говорит обо всем, что видит. Сейчас вон окурки обсуждает на лестнице.

Гулкий прохладный подъезд, стальные двери, от которых я успела отвыкнуть, узкие окна и фикус на одном из подоконников. Почти даже не засохший.

Еще с минуту я стояла перед дверью, выкрашенной в темно-коричневый цвет, тупо смотрели на серебристые цифры. Потом все же подняла руку и как-то испуганно нажала на звонок.

Мы почти не созванивались, но после развода мама написала мне сообщение: «Возвращайся, там делать нечего». К тому моменту я уже и сама это понимала.

Что-то мне резко захотелось укрыться в Юлькиной квартире, в обнимку с Лексом. Совсем не буду против если и Тимур присоединиться. Ну а что, посиделки по-соседски: с пивом, просмотром фильма и болтовней.

Ты сейчас точно про соседа говоришь или он тебе жутко понравился? Главное, чтобы без Насти пришел.

И тут дверь открылась.

Мама если и изменилась, то в лучшую сторону. Пару мгновений мы молча смотрели друг на друга, а потом она проговорила:

— Вот ты и дома.

Внутри оборвалось что-то, какая-то невидимая струна. Я шагнула и тут же ощутила, как меня обнимают, сама тоже обняла, зажмурившись.

Плакать не собиралась, но в горле немного защекотало. И снова запахи: мама всегда покупала одну и ту же туалетную воду, брызгала ее на волосы. Что-то не очень дорогое, с ароматом сирени. Вот и сейчас я опять с размаху окунулась в прошлое, вдохнув запах.

— Крис…

— Все нормально, — отстранилась я, радуясь, что научилась сдерживать слезы, — нет правда, все супер. Как вы тут?

На первый взгляд — неплохо. Главное, что обстановка в квартире выглядела вполне пристойно.

И спокойствие. Я вдруг поняла, что с детства привыкла к тому, что надо всегда быть настороже. Чтобы, услышав голос отца, прислушиваться и гадать: он злиться, нервничает или наоборот в благодушном настроении.

Сейчас же в квартире, обставленной мебелью из Икеи, пахло выпечкой, где-то едва слышно разговаривал телевизор. А отец в свое время выбросил наш на помойку, обозвав его «бесовским» отродьем. Впрочем, я тоже заслужила это звание.

— Заходи.

Я сделала два шага на деревянных ногах. Надо же, откуда это чувство неловкости? И мама смотрит виновато, словно пытается попросить прощения, а слов не находит.

— Кристина?

В коридор выбежала Лера, и я ахнула: младшая сестра вытянулась и превратилась в очаровательного, пусть и слегка нескладного подростка с короткими волосами и пирсингом в носу.

— Ого! — только и успела сказать прежде, чем меня буквально снесло визжащим вихрем.

— Вау! Супер! Криска приехала! Сама!

Лера говорила пулеметной очередью и все тискала меня. На ее ногтях я заметила блестящие наклейки.

— А я ту юбку, что ты прислала ношу не снимая! Она классная! Из самой Италии! Вау! Круть! Какая ты модная! А правда у вас там разноцветные волосы в тренде?

— Лера, иди выключи телевизор, — попросила мама мягко, но непреклонно.

— А потом чай! — заорала младшая сестра. — С булочками! В честь приезда Криски можно слезть с диеты!

Она унеслась в зал, едва не снося все на своем пути. А мама торопливо утянула меня на кухню, где прошептала:

— Ни слова про отца.

— Без проблем, а что?

Мама прислушалась, но, судя по всему, Лере кто-то позвонил. Я слышала, как она трещала о том, что к ней приехала сестра и гулять она выйдет позже.

— Я развелась и забрала Леру после того, как он начал поднимать вопрос о ее замужестве. Мол, пусть раньше, пока шлюшкой не стала.

Хорошо, что я ничего не пила — поперхнулась бы.

— Ей четырнадцать!

— Потому и не выдержала, — отрезала мама, — у него совсем с головой беда. Живет в своем поселке, нашел таких же подражателей. И бубнят что-то про химию, отраву, про то, что вот раньше они бы ух, а теперь идиоты кругом. Не смогла я, дочь. Все, просто последней каплей стало! А теперь забудь про разговор.

— Нина и Саша с ним? — спросила про старшую сестру и среднего брата.

— Саша да, а Нина не знаю. Она порвала со мной все связи, после того как я забрала Леру и сама вернулась в город. Вроде замуж вышла за одного из сторонников отца. Старше в два раза, живет в том же поселке.

— Они взрослые люди, это был их сознательный выбор.

Мама рассказывала, а сама ставила на небольшой стол чашки, блюдца, вазочки с вареньем и конфетами. Прибежала Лера, и у меня на миг закружилась голова от одной только мысли, что хотел сделать с ней отец.

Ублюдок.

Все, не хочу об этом думать. Тем более Лера забросала меня вопросами, упругими, как теннисные мячики. Я не успевала от них отбиваться.

— Мам, ты работаешь?

— Да, я вернулась в госконтору, где работала. Опять тружусь в сметном отделе, хорошо еще там остались знакомые. Помогли устроиться, а то сама понимаешь… столько пропустила. Ничего, прошла курсы по повышению квалификации, так что все хорошо.

— С деньгами тоже?

— Вывернемся.

Я отодвинула от себя чашку с остатками чая. Еще нюанс: в Италии я скучала по тому, как мама заваривает чай. Идеальная пропорция всего, у меня так ни разу не получалось.

— Мам, я серьезно.

— И я, Кристина, оставь вопрос о деньгах. После тех лет я чувствую себя миллионером, — мама тихо рассмеялась, к явной радости Леры, — мы можем тратить на себя, а не на возрождение натурального хозяйства. Тьфу ты!

— Нет, ну я люблю органик и все такое, — вмешалась Лерка, — но ради этого крышей течь не надо, как папаня. И всех остальных уродами и тупыми обзывать тоже не айс. Крис, а ты где живешь? Переедешь сюда?

Они обе замерли в ожидании ответа, а я сидела и ощущала себя скотиной. Уехала, вышла замуж и успокоила себя, что остальные тоже сделали свой выбор. Поругалась с мамой перед отъездом, не обняла Леру. Удрала, можно сказать.

А они меня ждали. И не навязывались, решив, что мне хорошо и так.

— Я сняла квартиру, — проговорила медленно, — первое время поживу там, пока не найду подходящее для покупки жилье. Мама, нет! — я подняла руку, останавливая ее порыв, — нет, я буду жить одна. Но ты дашь мне номер карты, куда я переведу немного денег. И еще, Лере уже надо подумать о том, куда она будет поступать. Мама, как твое здоровье? Запомни: на днях ты пройдешь полное обследование, поняла? Ты поняла? Ты должна о себе заботиться, ради Леры.

— Крис, — перебила меня мама, — расслабься, дочь. Мы с Лерой великолепно справляемся. Мы ждали тебя, ты же знаешь. Успокойся, я прекрасно себя чувствую.

— Суровая старшая сестра, — пропела Лера, похищая третью конфету, — приехала и давай командовать. А мне нравится! Ты это не занудно делаешь, не то, что Нинка. Вот уж та коза нудная. Зудит и зудит.

— Так вы общаетесь?

— Она сюда приходила как-то, — махнула рукой сестричка, — начала мне втирать про женскую долю, а я ее послала громко и внятно. Мама, извини. Но она так забавно визжать начала.

В итоге, я ушла от них часа через три, не раньше. Ушла с чувством, что у меня с плеч упала не просто глыба, а огромный валун. Гигантский, как самомнение моего бывшего.

Время подходило к пяти. По идее, я еще успевала заскочить домой, переодеться и потом поехать на встречу с Марком.

Настю что ли у Тимура попросить, для поднятия боевого духа? Бр-р-р-р…

И тут зазвонил телефон. Незнакомый номер. Я даже остановилась посреди улицы, за что немедленно поплатилась.

— Ходють тут, — сварливо сообщила сзади пожилая женщина, с виду вполне адекватная, — а потом стоят, как лошади. Мешают.

Я молча отошла в сторону, продолжая смотреть на разрывающийся телефон. Кого еще принесло? Поколебавшись, все же решила ответить.

— Слушаю.

— Да, да, я знаю, что ты не давала мне свой номер телефона, но решил проявить самостоятельность. В общем, я в восторге от твоего кота и хочу попросить разрешения угостить его стейком. Нет, ну ты тоже можешь присоединиться. Гриль, все дела. М-м-м?

— Тимур? — на всякий случай решила уточнить я, хотя голос с характерными низкими нотками узнала сразу. И ощутила, как изнутри поднялась покалывающая приятная волна.

— А есть еще кто-то, кто хочет угостить твоего кота?

— Серьезно думаешь, что кто-то настолько сумасшедший? — хмыкнула я.

— Значит я — уникум. Ну так что?

— Я бы с радостью, но у меня в семь часов собеседование в клубе. Я чувствую, оно будет крайне странным.

— О, так Марк тебя уговорил?

— На собеседование, — напомнила я, — пока просто пообщаться. Мы можем не сойтись, у меня может оказаться недостаточно опыта. В таких делах загадывать нельзя.

— А мне «Брайд» нравится, — сообщил Тимур весело. — Кого там только не встретишь. Сегодня там вроде свингеры собираются.

Я закашлялась от неожиданности: и правда, какое милое место. Самое то, чтобы проводить собеседование.

— А ты так хорошо осведомлен о том, что проходит в этом клубе?

— Ну там иногда крутые музыканты приезжают.

Я ускорила шаг, так как увидела, что меня обогнал автобус с нужным номером. Потом плюнула и перешла на бег, успев заскочить в салон в самый последний момент. Плюхнулась на одно из свободных мест и проговорила:

— Ну ладно, я подумаю над предложением Марка. Если смогу думать.

— Если ты уезжаешь в семь… эй, постой, а он тебя заберет?

Я опять едва не закашлялась. С чего вдруг возможный работодатель станет заезжать за мной, да еще в такую даль?

— Нет, конечно! Сейчас пока еду домой, то установлю мобильное приложения для такси. Ну и я деньги обменяла, так что все в порядке.

По салону разносилась веселая восточная музыка, окна по всей длине украшали короткие занавесочки с умилительной бахромой. Я аж засмотрелась на то, как она весело колышется в такт залетавшему из приоткрытого окна ветерку. Народу набралось немного: кто дремал, кто сидел, уткнувшись в телефон. Напротив меня висела табличка с огромным ухом и надписью «Водитель слышит и запоминает все».

— Кри-и-ис.

Я невольно дернулась, настолько интимно протянул мое имя Тимур. Потом сглотнула и осторожно поинтересовалась:

— Чего?

Бабуля, сидевшая у окна, пошевелилась и снова впала в дрему. На коленях у нее лежал телефон, от него тянулись проводки наушников. А ничего бабуля, продвинутая.

— Я давно в «Брайде» не был, — сообщил Тим весело. — слушай, а давай я тебя туда сам подкину.

— А ты там что забыл в семь вечера? Он вроде позже открывается?

— Ага, в десять, но это неважно. Тем более я давно хотел проверить, как там у них проги локальные работают. Все же свою работу надо иногда проверять.

— А ты кто?

— Мужчина.

Я красноречиво промолчала, как бы намекая, что шуточка так себе. Заодно ругала себя за забывчивость. Хотела же заехать в магазин за продуктами. Правда, потом тащить пакеты…

А что если…

— Я IT-специалис. Это такой зверь…

— Говорят, такие звери на компьютерах работать умеют, — усмехнулась я, — ну если тебе не в напряг, то соглашусь. Но не за просто так.

— Кристина…

— Ты не понял. Я тебя на ужин приглашу.

Сказала и замерла то ли от ужаса, то ли от волнения. Некстати вспомнились звуки секса буквально накануне. Явно ведь, что Тимур не одинокий свободный мужчина. Такие всегда нарасхват. Даже руки заледенели, хотя в салоне скорее стояла тропическая жара из-за работающей печки. Водитель — щедрая душа!

— Кристина, — медленно проговорил Тимур, и снова по коже кто-то прошелся иголочками, — ты просто ужасная женщина, которая крадет мои идеи. Я первый предложил стейк.

— Ты предложил его Лексу, но обещал выделить и мне кусочек. Пока у кота будет праздник живота, мы тоже перекусим. Только змей готовить не буду, так Насте и передай. Нет, если ты не против, конечно. Я не думаю, что мы задержимся в клубе.

Тимур издал хмыканье, а у меня зачесалась мочка уха.

— Ну, Кристина, вдруг ты проникнешься идеей свингрества и решишь там затусить. Ладно, — вдруг резко заторопился он. — мне надо еще поработать. Фриланс не означает безделье. Но в половину седьмого я тебя забираю. Будь готова.

На заднем фоне я услышала переливчатый звук домофона, торопливо попрощалась и бросила телефон в сумку. Почему-то на миг кольнуло внутри неприятное чувство.