Ана почувствовала возвращение девушек раньше, чем увидела их. Зеркала вновь зашептали и тут же из черной глубины проступили призрачные лица.

Ана шагнула к ним.

— Вы нашли его?

Никто не ответил, и лишь Энисса опустила глаза. У Аны внутри все похолодело.

— Что случилось?

— Он был в своем доме, и мы говорили с ним. Она нас видел и слышал.

— Тогда почему он не пришел?

Девушки молчали. Ана подошла ближе.

— Что он сказал?

Энисса подняла на нее полный боли взгляд.

— Он сказал, что не знает тебя.

Ана не сразу поняла смысл слов.

— Что?

— Он не помнит. Сказал, что у него нет жены. Что он не знает никакой Аны.

Комната качнулась и Ана едва успела упереться рукой в зеркало.

— Нет.

— Мы показали на кольцо. Говорили о Жнице и о твоих розовых волосах, но он прогнал нас.

— Нет, — вновь повторила Ана.

Она посмотрела на собственное кольцо. Изумруд оставался темным.

— Он не мог забыть.

— На нем чужая магия, — вдруг сказала девушка в красном платье. — Мы почувствовали. Странная и золотая. Она сидит внутри головы и закрывает твой образ.

Ана закрыла глаза. Хотелось заплакать, но слез не было. Наверное, Коллекционер успел забрать и их.

— Последняя просьба. Найдите Бублика.

— Белого зверя?

— Да. Он мой фамильяр. Огромный белый волк с зелеными глазами. Иногда выглядит как маленькая пушистая собака. Он услышит вас. Найдите его и приведите сюда.

— Мы попробуем.

— Поторопитесь.

Ана прижала ладонь к стеклу.

— Пожалуйста.

Энисса накрыла ее руку своей с другой стороны. Прикосновения Ана не почувствовала, только слабый холод.

— Держись.

Девушки снова превратились в серебристые тени. Они почти исчезли, когда в комнате раздался медленный хлопок.

Один.

Второй.

Третий.

Ана обернулась.

Коллекционер стоял посреди комнаты. Серый плащ неподвижно спадал до пола. Лица под капюшоном не было видно. Только клубилась густая тьма.

— Как трогательно, — произнес он. — Мертвые девушки спешат спасать ту, которая скоро присоединится к ним.

Последние серебряные тени метнулись в зеркала. Коллекционер повернул голову, провожая их взглядом.

— Значит, ты их услышала.

Ана отступила.

— Не трогай их.

Он рассмеялся.

— Поздно. Я уже сделал с ними все, что хотел.

— Ты чудовище.

— Это слово слишком часто используют те, кому не хватает ума понять величие чужой работы.

Он поднял руку. На его ладони лежали знакомые черные часы с красной розой на циферблате.

Стрелки быстро двигались назад. Ана почувствовала знакомую слабость.

— Подойди, — приказал Коллекционер.

Она осталась на месте.

— Я сказал, подойди.

— А я сказала бы, куда тебе пойти, но ты там, похоже, уже давно живешь.

Под капюшоном стало тише, а потом мужчина усмехнулся.

— Даже сейчас пытаешься огрызаться. Именно это мне всегда в тебе нравилось.

Ана замерла. Его слова показались странно знакомыми. Даже не сам голос, а какие-то едва уловимые интонации.

Так уже кто-то говорил с ней раньше. Высокомерно, растягивая слова, словно делал одолжение самим фактом разговора. Но мысль ускользнула, когда Коллекционер сжал часы.

Из зеркального пола поднялись тонкие черные нити. Они обвили лодыжки Аны, поползли вверх по ногам и стянули запястья.

Девушка попыталась вырваться. Ее ладони вспыхнули серебром. Свет был таким слабым, что Коллекционер даже не отступил.

— Вот и все? — спросил он. — Это знаменитая наследница Морра? Жница, которой боятся убийцы и драконы?

Ана скрестила руки, пытаясь разорвать нити, но они затянулись сильнее.

— Отпусти меня.

— Нет.

— Каэр найдет меня.

— Тот самый Каэр, который только что сообщил твоим мертвым подругам, что никогда о тебе не слышал?

Ана из последних сил подняла голову.

— Что ты с ним сделал?

— Я? Ничего. Драконицы бывают очень изобретательны, когда хотят вернуть мужчину.

— Грисилла — Ана почти застонала — вы с ней заодно.

— Она работает на себя. Такие люди особенно удобны.

Он приблизился.

— Обычные яды на драконов не действуют. Заклинания подчинения их кровь сжигает еще до того, как они успевают коснуться разума. Но если взять чешую самого дракона, добавить каплю слюны той женщины, чей запах он знает много лет, и заключить все в золото…

Коллекционер показал пальцами крошечный шар.

— Получается прекрасное зерно забвения. Защита принимает его за часть собственного тела. Оно входит через слух и начинает нашептывать нужную историю.

— Каэр избавится от него.

— Возможно. Когда-нибудь.

Он поднял часы и красная роза раскрылась.

— Но ты этого уже не увидишь.

Стрелки завертелись быстрее. Черные нити дернули Ану вперед. Боль пришла сразу.

Она началась в виске и прошла по всему телу, словно тысячи тонких крючков впились внутрь и потянули в разные стороны.

Ана закричала. Из ее груди вырвался серебристый свет. Тонкая нить потянулась к часам. Коллекционер замер от удовольствия.

— Да, — прошептал он. — Вот так.

Серебро заполняло циферблат. Красная роза становилась ярче.

Ана пыталась сопротивляться, но ноги больше не держали. Она упала на колени. Черные нити удерживали руки разведенными в стороны.

— Удивительное ощущение, правда? — спросил Коллекционер. — Сначала кажется, что уходит сила. Потом воспоминания становятся тусклее. Затем исчезают желания.

Он наклонился к ней.

— А потом тебе становится все равно, будет ли завтра.

Ана с трудом подняла голову.

— Ты… проиграешь.

— Кому?

— Мне.

Коллекционер рассмеялся.

— Ты даже стоять не можешь.

— И все равно… проиграешь.

Он сжал часы сильнее, и боль девушки стала невыносимой.

Белая прядь у виска поползла дальше, захватывая розовые волосы. Ана уже не могла кричать.