Прошли сутки, но никакой новой информации о девушке так и не поступило.

Аны не было. Охранные кристаллы показали, как она вышла из приемной, повернула в старое крыло и исчезла за углом.

Следующий кристалл ее уже не увидел. Через два часа Каэр лично разнес стену в том месте, где ее видели в последний раз. За каменной кладкой обнаружились старые трубы, дохлая мышь и служебный проход, которым, судя по пыли, не пользовались лет пятьдесят.

Аны не было. Через четыре часа вернулся Бублик. Он обыскал крыши, переулки, мосты и городские разломы. Проверил квартиру Аны, их дом, любимое кафе Лиана и даже трактир «У голодного дракона».

Ничего. Следовик снова попытался почувствовать хозяйку. Закрыл глаза, замер посреди приемной. Серебряный свет пробежал по шерсти, зеленый камень на медальоне вспыхнул.

Потом погас. Бублик открыл глаза.

— Ее нигде нет.

Каэр стоял у окна.

— Она есть и она жива.

— Откуда ты знаешь?

Каэр сжал руку. На пальце было кольцо истинного. Изумруд казался почти черным, но в самой глубине оставалась крошечная зеленая искра.

— Знаю.

Бублик подошел к нему.

— Тогда мы ее найдем.

Каэр ничего не ответил. К вечеру Департамент перестал напоминать государственное учреждение и превратился в военный штаб.

В приемной толпились следователи, маги, стражники, специалисты по разломам и зеркалам. На стенах висели карты. По ним двигались светящиеся точки поисковых отрядов.

Тирс сидел за столом Аны и исследовал записку.

Он обложил ее пластинами, кристаллами, справочниками и тремя чашками холодного кофе. Рядом лежал протокол, в котором слово «исчезновение» было написано четырьмя разными способами и ни разу правильно.

Каэр ничего не сказал. Сейчас ему было все равно.

Подозрительно разумный гриб вернулся из вентиляции весь в пыли и паутине. Шляпка помялась, один ключ потерялся.

Он забрался на стол, сел рядом с чашкой Аны, и опустил голову.

— Не нашел? — спросил Бублик.

Гриб покачал шляпкой. Потом обнял чашку обеими руками. Бублик отвернулся, потому что не мог смотреть на это спокойно.

Ночь прошла без сна. Каэр выезжал с каждой группой, если появлялась хотя бы малейшая зацепка.

В одном из старых домов нашли зеркало, которое не отражало людей. Оно оказалось дешевой подделкой, купленной хозяином для сокрытия любовницы.

У Северных ворот обнаружили след хрономантии. Там жил старый часовщик, который незаконно возвращал клиентам по несколько минут молодости, вытягивая их из соседских котов.

В подвале «Семи лун» нашли закрытый склад зеркальных заготовок.

Ни одна не вела к Ане. К утру Каэр уже почти не разговаривал и лишь отдавал приказы.

Сотрудники старались не попадаться ему на глаза без веской причины. Когда один из младших следователей попытался сказать, что поисковые группы устали и людям необходимо хотя бы немного отдохнуть, Каэр посмотрел на него так, что тот сам вызвался проверить городские канализации.

Бублик больше не спорил с драконом. Он лежал на полу возле стола Аны, положив морду на лапы. Иногда поднимался, снова пытался почувствовать хозяйку, а потом ложился обратно.

Гриб сидел рядом. Время от времени он гладил волка по хвосту.

Начинались вторые сутки.

Ровно сутки с того мгновения, как Ана вышла из приемной.

Каэр стоял над картой города. На ней почти не осталось непроверенных мест. Только несколько серых участков под дворцами знатных домов и древние подземелья, куда нельзя было попасть без разрешения Совета.

— Проверим все, — сказал он. — Мне плевать на разрешения.

Тирс поднял голову от записки. Он выглядел так, будто постарел лет на десять.

— Господин Равеннар, я нашел еще кое-что.

Каэр мгновенно оказался рядом.

— Говори.

— Черная роза нарисована не чернилами.

— А чем?

— Я не знаю. Она вообще не находится на бумаге.

Тирс поднес к записке тонкое зеркало. В отражении лист был чистым. Ни текста, ни розы.

— Послание существует только тогда, когда на него смотрят прямо. В отражении его нет.

— Черное зеркало, — произнес Бублик.

Все повернулись к нему и волк медленно поднялся.

— В аптеке была зеркальная комната. Она тоже не отражала то, что происходило снаружи. И затягивала внутрь.

— Комната запечатана, — сказал Каэр. — Мы проверяли ее трижды.

— Значит, есть другая.

— Где?

— Не знаю.

Каэр стиснул край стола и дерево жалобно затрещало. В этот момент в приемную вошла Грисилла Принц. Как всегда безупречно одетая и причесанная.

Сейчас она выглядела почти скромно, без привычных разрезов и декольте.

Бублик сразу поднял верхнюю губу, показывая клыки. Гриб вскочил и спрятался за чернильницей. Каэр медленно выпрямился и зло посмотрел на нее.

— Что тебе нужно?

Грисилла остановилась у двери.

— Я услышала об Ане и хочу помочь.

— Весь город уже слышал. Мне не нужна помощь, я найду ее и без тебя.

— Каэр…

— Уходи.

Грисилла опустила глаза.

— Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть. И заслужила это.

Каэр молчал.

— Я вела себя отвратительно, — продолжила она. — Пришла сюда, угрожала Ане, оскорбляла ее. Пыталась доказать, что имею на тебя какие-то права. Это было унизительно и для нее, и для меня самой.

Бублик недоверчиво сощурился, а Гриб выглянул из-за чернильницы.

— Я не прошу забыть все, что сказала, — продолжила Грисилла. — Но сейчас пропала твоя жена. Мои люди могут помочь. У отца есть доступ к закрытым подземельям знатных домов. Я могу поднять драконьи патрули и договориться с дворцовой стражей. Несмотря на то, что ты наследник, без Совета это займет несколько часов, а отец может попросить аристократов добровольно пустить к себе твоих сотрудников.

Каэр посмотрел на карту. Серые области под дворцами оставались единственными местами, куда его люди еще не попали.

— Хорошо, — сказал он.

Грисилла подняла глаза.

— Ты принимаешь мою помощь и извинения?

— Принимаю.

Каэр устало провел рукой по лицу. Ему не хотелось говорить с ней. Не хотелось разбираться в старых обидах, угрозах и нелепых планах их родителей.

Где-то была Ана, где-то в руках у маньяка и если до сих пор Жница не убила его и не появилась в приемной, значит, ей самой требовалась помощь. Каждая минута могла стоить ей жизни.

— Считай, что я тебя простил.

Грисилла вздрогнула, словно не ожидала услышать это так легко.

— Правда?

— Мне сейчас не до нашей ссоры. Хочешь помочь — помогай. Не хочешь — не мешай.

— Я помогу.

Она шагнула ближе. Бублик тихо зарычал.

Грисилла покосилась на него, но на этот раз ничего не сказала. Только достала из сумочки список фамилий и положила на стол.

— Здесь командиры патрулей, которые подчиняются моему отцу. Я уже отправила им сообщение. Через полчаса они начнут осмотр.

Каэр взял лист.

— Спасибо.

— Я не хочу быть твоим врагом, Каэр.

Он снова посмотрел на нее.

— Чего ты хочешь?

— Просто остаться твоим другом. Хотя бы другом. Мы слишком давно знакомы, чтобы все закончилось ненавистью.

Каэр усмехнулся без веселья.

— Друзья не угрожают.

— Я знаю. И мне стыдно.

В ее голосе дрогнуло что-то похожее на искренность. Но Каэр был слишком уставшим, чтобы разбираться.

— Хорошо. Больше никаких угроз, разговоров о браке и вмешательства в мою жизнь.

— Обещаю.

— Тогда на этом все.

Грисилла кивнула.

— Ты ужасно выглядишь. Ты спал, ел?

— Нет. Не помню. Это не важно, пока я не найду ее.

— Ана убила бы тебя за такое отношение к себе.

Имя жены больно ударило по сердцу. Каэр отвернулся к карте.

— Когда получишь ответ от патрулей, сообщи Тирсу.

Грисилла сделала шаг к двери, потом остановилась.

— Каэр.

Он раздраженно обернулся.

— Что еще?

— У тебя воротник завернулся.

Она подошла прежде, чем он успел отстраниться.

Тонкие пальцы коснулись черной ткани. Каэр хотел перехватить ее руку, но Грисилла уже поправляла край воротника.

— Я сам.

— Уже все.

Что-то тихо щелкнуло. Совсем незаметно.

Никто не заметил, как под тканью камзола появилась тонкая серая булавка, похожая на крошечную часовую стрелку. На ее конце на мгновение блеснул черный камень. На будто живая быстро поползла дальше и залезла под воротник.

Грисилла провела пальцами по его плечу и отступила.

— Береги себя.

Она развернулась и направилась к двери. Бублик внимательно смотрел ей вслед. Что-то в ее запахе ему не нравилось.

Каэр остался стоять у карты. На несколько мгновений все вокруг затихло, потом он медленно моргнул и зеленый свет в его глазах стал как-то тусклее, а потом и вовсе погас.

Разломное пламя, которое все это время едва заметно дрожало вокруг его пальцев, исчезло.

Каэр оглядел приемную, безразличным взглядом прошелся по Бублику, по грибу. Все смотрели на него.

— Что? — спросил Каэр.

Бублик наклонил голову.

— Ты в порядке?

— Разумеется.

Каэр вдруг улыбнулся. Совершенно спокойно и обычно.

Он аккуратно сложил карту, убрал ее в папку и застегнул камзол.

— Продолжайте поиски.

— А ты куда?

— Домой.

В приемной стало тихо. Бублик медленно выпрямился.

— Куда?

— Домой, — повторил Каэр. — Я не спал больше суток. Мне нужно отдохнуть.

— Отдохнуть? — переспросил Бублик.

— Да.

— Сейчас?

Каэр посмотрел на него с легким недоумением.

— А что тебя удивляет?

Волк сделал шаг вперед.

— Как же Ана?

Каэр на мгновение задумался, будто пытался вспомнить, о ком идет речь. Потом улыбнулся еще раз.

— Найдется.

Бублик застыл, а гриб даже от удивления выронил связку ключей.

В это время, Каэр спокойно направился к выходу.

— Сообщите мне, когда появятся новости.

— Каэр, — позвал Бублик.

Мужчина не обернулся, лишь негромко хлопнув дверью.

Несколько мгновений никто не двигался. Потом гриб сорвался с места. Подбежал к Бублику, схватил его за шерсть на щеке и второй рукой указал на дверь.

— Я видел, — тихо произнес волк.

Гриб замотал головой и принялся торопливо показывать на собственную шляпку, потом на шею, словно что-то прикалывал.

Бублик нахмурился.

— Она что-то прицепила к нему?

Гриб яростно закивал. Зеленые глаза Следовика вспыхнули. Он втянул воздух, снова пытаясь почувствовать неприятный запах. Отчетливо пахло сырым железом и чем-то еще. И чужой магие, которая заставила истинного дракона, не поддающегося на всевозможные привороты и воздействия, спокойно уйти домой, забыв о любимой жене.

— Вот же чешуйчатая дрянь. Ну ты пожалеешь, что явилась сюда.

Серебряный свет вспыхнул в приемной. В следующую секунду Следовик исчез.