Сюзанну Столетову спрятали. Поэтому версия квартирной хозяйки, что Сергей сбежал с любовницей в Сочи, отпадала. «И все-таки, куда мог деться Аресов? – ломал голову следователь. – По логике, он должен начать разыскивать любовницу».

Но в том-то и дело, что восьмого января, когда Сюзанна не вышла на работу, никто из дирекции заведения не всполошился, как, впрочем, никто не повел ухом и из рядового состава ресторана. По словам работников «Робинзона», бармен Сережа в тот день был весел и беспечен, как никогда. По информации технической службы МУРа, герой-любовник восьмого января не сделал ни единого звонка своей возлюбленной ни на домашний телефон, ни на мобильный. И вот он спокойно дорабатывает смену и бесследно исчезает. «Куда, черт возьми? – недоумевал следователь, меряя шаги в своем тесном кабинете. – И еще вопрос: в какой день исчезли деньги, которые покойница сняла со счета?»

Если размышлять стандартно, то первое, что приходило в голову, – исчезновение Аресова связано с исчезновением денег. Дома Аресов случайно наткнулся на пачку долларов, и ему пришла мысль прибрать деньги к рукам. Почему нет, после стольких лет существования с затянутым поясом. Имея такую сумму на руках, он мог «заказать» жену, а затем временно исчезнуть. Жена к этому времени была уже ему в тягость. С ее гибелью решаются все проблемы. Он избавляется от опостылевшей бабы и становится законным наследником ее накоплений, пятидесяти четырех тысяч долларов, которые лежали на валютном счете жены. А у него самого, как установило следствие, никаких сбережений не было. «Вполне логично. Именно так могло и быть», – хмыкнул следователь.

Однако эта версия имела свои недостатки: во-первых, из-за своей чудовищности, во-вторых, из-за исчезновения заказчика. Если он действительно от страха пустился в бега, то тем самым себя выдал.

Впрочем, у следователя была еще одна версия, менее фантастичная: Надежде Аресовой чем-то не понравился киллер-кавказец. И она находит другого. Другой исполнитель пытается честно выполнить работу, однако не может найти жертву, поскольку ее надежно спрятали сотрудники МУРа. Он знает, что женщина сняла со счета семь тысяч долларов, и решает их присвоить. Чтобы замести следы, он ее убивает. Затем убивает ее мужа, поскольку муж мог заявить в милицию о том, что с убийством жены исчезли снятые со счета семь тысяч долларов.

Эта версия ближе к жизни, но и она имела недостатки. В первую очередь потому, что труп Аресова до сих пор не был обнаружен? Во вторую – потому, что Аресов исчез раньше, чем погибла его жена. А вот деньги, кажется, исчезли позже. Хотя возможно, что и одновременно…

Следователь знал об операции муровцев. Более того, он даже прослушал разговор мнимого киллера с заказчицей. Заказчицу можно было понимать двояко. Киллер позвонил ей девятого января в половине первого дня. У него уже было фото убитой Сюзанны. Она лежала в неловкой позе на снегу, уткнувшись щекой в асфальт. На ее лбу зияла черная рана, под головой – лужа крови, вытекшая изо рта. Рану на лбу сделали косметологи, кровь заменили томатным соком. Получилось настолько натурально, что Сюзанна вздрогнула при виде собственной фотографии.

– Дэло сдэлано, – произнес мнимый киллер, набрав мобильный Аресовой. – Фото ест. Прывазы капусту!

– Во сколько и куда? – спросила Аресова дрожащим голосом.

– Туда же, сэводна, к сэмы.

– Хорошо! – ответила Аресова и прервала связь.

Только в тот день к семи вечера к зданию Речного вокзала, где уже находилась в засаде оперативная группа с видеокамерой, она не подъехала и на звонки больше не отвечала. Телефон у нее был включен, это факт. По всей видимости, по определителю номера она знала, кто ей звонил, но сама не отвечала. Были у нее на тот момент деньги или их уже не было? По тем трем словам, произнесенным ею в трубку, определить было невозможно.

«Вот задали задачу супруги Аресовы», – подумал следователь, и в кабинет вошел оперуполномоченный со сводкой в руках.

– Что? – метнулся к нему Алексей Петрович. – Бесхозные трупы есть?

– Нет! – покачал головой опер. – Вот выписка за две недели, начиная с восьмого января. Ни в области, ни в Москве на данный момент неопознанных трупов нет. Были два трупа. Но их опознали родственники.

– Черт! – щелкнул пальцами следователь. – Неужели он смылся? Смотрел список авиапассажиров, улетающих за рубеж?

– Да, Алексей Петрович, – кивнул опер. – Каждый день отслеживаю. Аресов среди пассажиров не значится.

– Продолжай отслеживать, – приказал следователь. – Хотя интуиция мне подсказывает, что это не то направление, по которому нужно грести. Кстати, фоторобот того фигуранта, которого видела хозяйка, составлен?

Оперуполномоченный вытащил из папки лист и протянул начальнику. Тот долго с серьезным видом вглядывался в листок, затем расхохотался:

– По такому фотороботу можно задерживать каждого третьего мужика. Это не лицо – это среднестатистический мужской стандарт.

– А что вы хотите? – скривил губы оперуполномоченный. – Ну, не сильна тетка в фантазиях.

– Считаешь, Саша, что никакого мужика не было? – хитро сощурился следователь.

– Конечно не было! – радостно закивал опер. – Есть только ее эротические фантазии! Это надо понимать. Тетенька в возрасте, старая дева, мужики ей мерещатся везде. Ну, посудите сами, Алексей Петрович, описать его не может, только общими словами. Когда приходил – не помнит, то ли восьмого, то ли девятого. Но восьмого – это одно. В тот день Аресова была на работе, и она теоретически могла кого-то послать домой за документами, а девятого – это совсем другое. На работе ее не было. Тогда откуда она могла послать? И вот тут еще одна нестыковка: по другим данным, Мария Андреевна утверждает, что девятого квартирантка не приходила домой ночевать.

– Значит, это было восьмого, – произнес следователь. – Что говорят в «Комусе»? Каким мужчинам она доверяла ключи от квартиры?

– Да никаким! А знаете почему? Потому что у них нет в отделе мужчин.

– Я так и думал, – махнул рукой следователь и впился глазами в сводку. Быстро скользнув по ней взглядом, он внезапно замер. – О боже! Бывает же такое? – пробормотал он.

– Что-то не так? – насторожился опер.

– Ты, Саша, веришь в мистику? Обратил внимание на взрыв в Сергиевом Посаде? В ночь на четырнадцатое января от взрыва газа произошло разрушение одной из квартир на первом этаже. Погибли сорокадевятилетняя Карина Гефесова и ее двадцативосьмилетний сын-инвалид Геннадий Гефесов. Как установила экспертиза, смерть у обоих наступила от отравления газом примерно около двенадцати ночи. К моменту взрыва, который прогремел в час пятнадцать, когда в подъезд вошел сосед с горящей сигаретой, они уже оба были мертвы. Сосед, кстати, не пострадал.

– И в чем мистика? – удивился опер.

– В дате рождения этого инвалида! Посмотри, он родился пятнадцатого февраля 1976 года, как и Аресова. А умер в ночь на четырнадцатое января 2004 года, тоже как Аресова, можно сказать, минута в минуту.

– И что? – пожал плечами опер. – Случайность! Кстати, пропавший муж Аресовой тоже родился пятнадцатого февраля 1976 года. По вашей логике, он тоже должен умереть в ночь на четырнадцатое?

– Кто его знает? – почесал затылок следователь и задумался. – Аресов, Аресов… Гефесов… М-да, – пробормотал он себе под нос. – Послушай, Саша, кем был Арес в греческой мифологии? Богом войны, что ли?

– Вроде того, – зевнул опер.

– А Гефест типа кузнеца? Я вот не помню. Гефест с Аресом были как-нибудь связаны? Ну, Гефест ему меч какой-нибудь крутой выковал или доспехи.

– Насчет меча ничего сказать не могу, – усмехнулся опер, – но рога Гефесту Арес наставлял. Мне это запомнилось в пятом классе на уроки истории. Гефест был женат на богине Афродите. По ночам Гефест любил работать в кузнице, а Арес, видя такое дело, стал похаживать к его жене, ну, пока муж кует мечи и орала. Гефест об этом узнал и выковал какую-то хитрую сеть. Однажды Арес пришел к Афродите, подлег к ней в постель, и тут на них упала сеть. Гефест прибежал, поднял на ноги весь Олимп, но Зевс приказал выпустить любовников и запретил им мстить.

– Странно, – пробормотал следователь. – А мне почему-то в пятом классе ничего не запомнилось. Ну и чем закончилось? Гефест подал на развод? А Арес с Афродитой удрали на Канары?

– Нет! – покачал головой опер. – Арес, насколько мне помнится, после этого с досады развязал какую-то кровопролитную войну, а по поводу дальнейших отношений Афродиты и Гефеста мифы безмолвствуют.

Следователь с минуту молчал, погруженный в свои мысли, затем словно очнулся:

– Ладно, Саша, иди! Продолжай отслеживать трупы. Особенно в Подмосковье. Если появится бесхозный, сразу вызывай из Сергиева Посада родителей Аресова.