– Как я поняла, он какой-то мент, – морщила круглый лоб двадцатилетняя студентка Педагогического училища. – Когда я вошла в холл гостиницы «Ростов», он сидел за столом и заполнял квитанцию. Я спросила: «Мужчина, не желаете остановиться в квартире? Цена за ночь на порядок ниже, чем номер в гостинице». Он сразу заинтересовался. Спросил, что за квартира, где она находится.

У Насти были светло-рыжие волнистые волосы, собранные в пучок на макушке, высокий покатый лоб, вздернутый веснушчатый нос, сочные губы и острый, выпяченный вперед подбородок. «Типичная немецкая кукла, – думал Замятин, вглядываясь в ее темно-синие глаза. – Судя по упрямому лбу, она многого добьется».

– Вы находите клиентов только в гостинице «Ростов»?

– Да! Поскольку это самая дешевая гостиница в городе и в нее стремятся не очень денежные командированные.

Темно-синие глаза допрашиваемой слегка просветлели. Видимо, тема была для нее приятной. «В прагматичности ей не откажешь», – усмехнулся про себя Замятин.

– Вы каждый день приходите в гостиницу?

– Что вы! – улыбнулась Настя. – Только когда нужны деньги. Только вы не подумайте, что уломать клиента на ночь с инвалидкой так просто. А тот мент быстро согласился.

– Но почему вы решили, что он мент?

– Потому что во время заполнения анкеты он достал не паспорт, а красное удостоверение. Я подглядела. Там было написано РОБОП. А может, не РОБОП. Может, что-то наподобие РОБОПа. Но мне показалось, что именно РОБОП. Хотя я не настаиваю.

– А имя с фамилией вы не подглядели? – вмешался в разговор Степанов, исключительно для того, чтобы не рассмеяться.

– Нет! – хлопнула ресницами студентка. – Имя с фамилией, к сожалению, в глаза не бросились.

– Очень жаль, – покачал головой Замятин. – Опишите товарища.

– Он такой здоровый, мужланистый мужичина. Вот такая пачка, – показала на себе Петухова, поднеся растопыренные пальцы к щекам. – Ну, роста среднего. Приблизительно метр семьдесят. Глаза голубые. Стрижка короткая, под ежика. На вид лет двадцать семь, не больше. При разговоре немного бубнит. В общем, мы договорились с ним встретиться на улице Московской у подъезда дома. Договорились на шесть часов. На всякий случай дала ему номер своего мобильного телефона. В шесть я подошла к подъезду, но тут он позвонил и сказал, что раздумал ночевать на квартире инвалидки, поскольку сегодня ночью в гостиницу должно приехать его начальство. Ну, я, раз такое дело, пошла на свидание к другу. Мы с ним договорились встретиться в кафе «Шоколад».

– Жаль, что не в кафе «Тихий Дон», – не сдержал сарказма Степанов. – А почему вы не позвонили Юле и не сказали, что ночевка клиента отменяется?

– А ей какая разница? – пожала плечами Настя. – Мне это как-то в голову не пришло.

После того как Настя ушла, Степанов шаловливо подмигнул начальнику:

– Деловая девица! – Затем, стукнув себя по лбу, добавил: – Саныч, а ведь за день до убийства Фатимова к ним в квартиру тоже приходил сотрудник РОБОПа. Я тогда не взял во внимание, а сейчас, когда она описала клиента, я вспомнил. Описания совпадают.

– Ну-ка подробнее! – заинтересовался Замятин.

– Мать убитого рассказывала, что он приходил днем. В это время у нее были гости, две соседки сверху. В дверь позвонили. Валентина Петровна открыла. По ее словам, перед ней возник такой мордоворот бандитского вида, что она напугалась. Однако мордоворот достал удостоверение и сунул ей в нос. На словах сказал, что он из отдела по борьбе с организованной преступностью. Назвал звание и фамилию. Фамилию она не запомнила, а звание – капитан. Товарищ спрашивал, кто в подъезде держит квартирантов. Она, естественно, рассказала все, что знала. Затем он спросил: а вы, случайно, не держите? Валентина Петровна рассказала, что живет вдвоем с сыном и что сын часто ночует у невесты. Одним словом, Саныч, если это был наводчик, то он получил полный расклад.

Замятин задумчиво почесал бровь.

– Поскольку фамилии нет, проверить, работает ли таковой в РОБОПе, не представляется возможным. А с другой стороны, Володя, в Ростове всего несколько РОБОПов. В чине капитана также единицы. Попробуй пробить! Найди этого капитана. Пусть расскажет, что за квартирантов он искал на улице Московской?

Два часа спустя криминалисты сообщили сенсационную новость. На заднем сиденье машины Смирнова найдена мужская ветровка. В кармане находился паспорт на имя Сергея Якутова, уроженца Ростова, 1965 года рождения. Там же стоял штамп с Ростовской пропиской. Обладатель документа проживает на улице Ленина в доме № 12.

В тот же час был пробит домашний телефон Якутова. Однако позвонить по нему Замятин не рискнул, чтобы не спугнуть.

В десять вечера из областной прокуратуры выехали две милицейские машины, которые на огромной скорости понеслись в сторону улицы Ленина. В одной из них с серьезным лицом сидел Замятин.

Прибыв по адресу, следователь первым выскочил из машины, влетел в подъезд и нетерпеливо, по-мальчишечьи вбежал на четвертый этаж. Не раздумывая он вдавил кнопку звонка в дверной косяк. Оперативники едва успели встать по бокам с пистолетами наголо. За дверью послышались шаркающие мужские шаги. Замятин уже приготовился что-то соврать на вопрос «кто там», но дверь неожиданно открылась без всякого вопроса. На пороге стоял пузатый мужичок в спортивном костюме с висячими, как у сома, усами. Его вид был настолько простоватым, что Замятин сразу сообразил, что это не тот, кого они ищут.

– Добрый вечер! – как можно приветливей произнес следак. – Здесь проживает Сергей Якутов, 1965 года рождения?

– Здесь! – простодушно кивнул мужичок и только тут заметил, что по бокам вжаты в стены орлы с пистолетами в руках. Глаза его округлились, челюсть отпала, сомовьи усы стали еще более обвислыми.

– Спокойно, мы из милиции, – пояснил Замятин и для убедительности достал удостоверение. – Он сейчас дома?

– Да вот же я, перед вами стою! – возмутился мужичок. – А в чем, собственно, дело?

Следователь поднял брови. Опера переглянулись. Фотография в паспорте не имела ничего общего с оригиналом. Замятин вытащил из кармана документ.

– Это ваш паспорт?

– Мой! – дурашливо засмеялся хозяин, раскрыв его на середине. – Где вы его нашли? Я его посеял три года назад. Сейчас у меня новый паспорт.

Якутов открыл страницу с фотографией и вздрогнул.

– Боже мой! Это что за урод? Паспорт мой, а фотография не моя. Прошу вписать в протокол.

Последнее он мог не говорить. Оперативники попрятали пистолеты в карманы, следователь тяжело вздохнул.

– Точно ваш паспорт? И номер с серией совпадают? Проверили?

– Обижаешь, начальник. Данные старого паспорта я и на том свете вспомню. Как-никак, он у меня с восемнадцати лет…

Когда Замятин в первом часу ночи вернулся в прокуратуру, то наткнулся на Степанова. Его вид не внушал оптимизма.

– В гостинице уверяют, что пятнадцатого сентября никакие представители правоохранительных органов не останавливались, – отчеканил Володя. – Я пробил всех постояльцев, которые заселились в гостиницу в тот день. Того, кого описала Петухова, среди них не было.

– Это точно? – нахмурился Замятин.

– Точнее не бывает!

– А РОБОПы пробил?

– Так точно! Ни в одном из Ростовских РОБОПов капитана с такими данными не опознали.