Глава 56

— Это Калеб, — произносит Метс. — Но он уверен, что генерал ван Райден предал армию. Считает, что именно по вине его отца люди попали в котёл и погибли. Он отказался ехать.

Слова режут сердце.

Я ощущаю, как рядом напрягается Гаспар.

Будто натянутая до предела стальная струна.

Тишина.

Такая густая, что становится трудно дышать.

Я смотрю на Гаспара.

На застывшее бледное лицо, на резко выделившиеся скулы.

И вдруг понимаю страшное.

Ему сейчас больнее, чем когда демоны раздробили позвоночник.

Это удар прямо в сердце.

Родной сын верит в ту правду, что распространил Сол Бекфорд.

В то, что что отец — предатель.

Я осторожно кладу ладонь ему на плечо.

Под пальцами перекатывается напряжение.

Словно живой зверь заперт под кожей.

— Мы восстановим правду. Возможно, Калеб просто не помнит всего, — тихо произношу я.

Метс хмутся.

— Что вы имеете в виду?

— Думаю, память Калеба отказывается помнить шокирующие моменты: то, как он вошёл в штаб, как увидел предателей в форме, как в него выстрелили. Всё, что было до, он помнит. Всё, что было после, тоже. Но самое важное могло выпасть.

— Так бывает? — буркает Метс.

Я перевожу взгляд на Гаспара.

И вижу не генерала, а просто отца.

Просто человека, который хочет верить.

— Бывает. И он всё вспомнит, — произношу твёрдо. — Метс, предложи ему приехать. Не силой. А для того, чтобы разобраться. И скажи, что отец серьёзно болен. Может это сработает, как аргумент.

— Не надо, — бросает Гаспар.

— Я уже говорил, — хмурится Метс. — Он всё равно отказался.

Я сжимаю зубы.

Каждая день отсрочки обходится Гаспару слишком дорого. Он слабеет, его мучают боли.

— Хорошо. Везите силой, возьмём кровь, я должна спасти жизнь своему мужу. А потом уже будем разбираться с обидами.

Я ненавижу эту мысль.

Но на войне я привыкла действовать решительно — иногда это необходимо. Времени нет.

Медленно поднимаю голову и смотрю на Гаспара.

Вижу в его взгляде поднимающуюся теплоту.

Он накрывает мою руку на своём плече, сжимает крепко пальцы.

— Отдохни с дороги, Георг, поешь — Николас наверняка уже приготовил ужин. И отправляйся, — произносит Гаспар.

Я крепче хватаюсь за его плечо. Он смягчился, остыл, молодец.

— Есть, генерал, — Метс отдаёт честь, разворачивается и направляется к карете.

Мы остаёмся вдвоём.

Гаспар тянет меня на колени, обнимает, прижимается лбом к моему лбу.

— Никки, какая же ты командирша у меня.

— Нравится? — тихо улыбаюсь.

— Очень, — шепчет Гаспар и находит мои губы.

В этот момент во двор въезжает карета.

Колёса шуршат по гравию, лошади фыркают.

Гаспар первым переводит взгляд.

— А вот и помощник тебе приехал, как я обещал, — говорит довольно.

Я хмурюсь, оборачиваюсь.

Дверца кареты распахивается, и из кареты легко спрыгивает высокий мужчина.

Светлые волосы.

Широкая улыбка.

Знакомая походка.

На секунду мир сдвигается.

Я узнаю этого человека.

— Эдвард?

Поднимаюсь с колен Гаспара.

Вдруг становится неловко за столь откровенные объятия на глазах у чужих.

— Николь! — радостно кричит прибывший.

Лицо сияет улыбкой.

Размашистым шагом он идёт к нам.

— Николь!

Я даже не замечаю, как шагаю навстречу.

В груди что-то приятно вспыхивает.

Словно я вдруг вернулась на много лет назад.

Целительская академия. Лекции. Задняя парта.

Смех.

— Демоны… Николь… Сколько лет!

Эдвард быстро подходит ко мне.

Хватает за плечи.

— Ты ничуть не изменилась, такая же красавица.

Я улыбаюсь неожиданно широко.

— И ты всё такой же.

— Как увидел имя начальника целительского штаба и все его звания — сразу понял, что это ты! Одна такая Николь на свете! Сразу собрался.

Эдвард смотрит только на меня.

Будто никого вокруг больше не существует.

— Я слышал, ты развелась, Николь?

— Развелась. И снова вышла замуж. Вот мой муж — Гаспар ван Райден. Он начальник разработок.

— Очень приятно, лорд Эдвард Картер.

Мужчины жмут друг другу руки.

— Быстро ты, Николь. А я жениться так и не успел, всё служба, — Эдвард смеётся.

— Ничего, ещё всё впереди! — отвечаю я с улыбкой.

Мы старые друзья, учились вместе, были напарниками на практике, не спали ночами, зубря учебники.

— Ну, что покажешь мне вотчину? — Эдвард поднимает голову и смотрит на здание штаба разработки.

— С удовольствием, — киваю я.

Но вдруг раздался тихий удар.

Я оборачиваюсь.

Деревянная накладка на подлокотнике кресла Гаспара развалилась на две части и упала.

— Ваше кресло, кажется, нуждается в ремонте, — произносит Эдвард.

— Ничего страшного. Я сам вам всё покажу. Идёмте. Начнём с оформления документов и техники безопасности, — говорит Гаспар. — Николь, а тебе лучше вернуться в пункт.

Лицо его совершенно непробиваемо, а голос сухой, командный.