Лука.

Пенная, горячая вода щедро льется мне на голову, на плечи и руки, смывая пыль и мерзость этого дня с моей кожи. Пытаюсь остудить свое перегретое сознание, но пока что, не выходит…

Сегодня, я купил человека.

Впервые.

И это не кто-нибудь. Я купил ее. Ту, о которой не мог не думать последние двадцать четыре часа…

Но сам факт, что я сделал это, заплатил за живого человека и хлопнув по рукам забрал ее жизнь себе, словно вещь, меня выворачивает. Отвращает от самого себя.

Я не наивный. Жизнь не была ко мне мягкой и я отвечал ей взаимностью. Бывало всякое. Легко могу выбить дурь из любого. Не боюсь испачкать кулаки в крови или же, плачу чтобы вместо меня это делали другие. В моем мире, это нормальная практика.

Но эта молоденькая девчонка не быковатый мужик и не пахнущая псиной, лярва, что продает себя подороже…

Нет, Сабина хоть и с гонором, но обычная девчонка. Малолетка, которой не повезло с отцом… Увы. У меня не было выбора. Она дочь «Лютого», этого куска дерьма, что понимает только язык силы или денег.

Я первым делом, как только вернул ее домой, пошел к Дарушу:

— Есть серьезный разговор. Деловой.

Цыган удивленно хмыкнул, взглянул на мое лицо, пялясь на рану на щеке. Он сразу понял, кто именно оставил мне этот шрам. Его это позабавило.

— То что малая тебе физиономию украсила, обыграв взрослого мужика как ребенка, не моя вина. Я щедро с тобой расплатился… Или о чем, разговор?

— Не о чем, а о ком. Как раз о ней. О Сабине. Я забираю твою дочь.

— Что?

— Я забираю ее себе. Женюсь на ней.

— Ты меня разыгрываешь, мать твою⁈ А ты не хочешь, сначала, спросить отдам ли я ее за тебя?

— Отдашь. За эту неделю, слух о том, что она сбежала с мужчиной, разнесся далеко. Теперь, за нее ты не получишь даже десятую часть того, что хотел…

— Это мы еще посмотрим.

— Нет. Ты меня не понял. Я не спрашивал у тебя разрешения. Просто предупредил тебя. Как отца.

Цыган сел обратно в кресло и смотрит себе на руки. Затем, решительно хлопнул себя по коленям, встал и говорит:

— Чертов Лука, все у тебя не как у всех! Прав ты или нет… подумать есть о чем. Дурного я о тебе не слышал… Добро! За тебя, отдам… Но только, все по-людски сделай! Даже если она и не…

Он запнулся и понуро опустил голову, сжав кулаки… Пауза, вызванная не столько переживанием по поводу дочери, сколько мыслями, не прогадал ли он в бабках.

Я встал, показывая ему, что тороплюсь.

— Мое слово ты знаешь. Короче, не вижу смысла растягивать это. Как и оставаться Сабине, здесь, даже на сегодняшний вечер. Пусть собирается.

— Сейчас? Так просто, значит… Удивил ты меня. Что ж, впору радоваться… Но черт, привык я к ней… Ну решил, забирай тогда! Но, приданое ее, только после свадьбы получишь….

— Мне не нужно ничего. Оставь себе, как откуп за хлопоты.

Он нахмурил лоб и сжал губы. Не ждал и этого. Отвернулся от меня и тяжело ступая по лестнице, заорал громко, призывая сына.

— Степан! Веди сестру сюда!

— Она закрылась на замок, гадина!

— Вот, бесова девка, я сейчас…

— Оставь ее. Я сам с ней поговорю.

Я поднялся наверх и постучал в дверь ее комнаты. Она не открыла. Послала меня туда же, куда и братца. Я взял топор и высадил замок. Открыл дверь и вошел.

Сабина сидит на кровати и взволнованно смотрит на меня загнанным волчонком, снизу вверх. Переводит возмущенный взгляд с топора в моей руке, на меня.

Я кинул ей на постель ее рюкзак и сказал коротко:

— Собирайся.

— Что? Нет, отвали!

— Ты едешь со мной. Бери, что хочешь. Только в темпе.

— Иди к черту!

— Повторяю, последний раз. Ты, теперь, со мной. Я говорил с твоим отцом. Он согласен. Здесь, ты больше не живешь. Забирай все, что тебе дорого, сейчас. Ты не вернешься сюда, больше…

Смотрю как в ее глазах застыли недоумение, страх, возмущение. Дрожащие губы силятся сказать очередную брань. Но она сдерживается. Не из осторожности, от отчаяния. Осознала, что ее продали. То, чего она так боялась, произошло. И именно я стал тем, кто ее купил.

Да, уж… если до этого она меня просто не выносила. То теперь, она меня хорошенько так возненавидит.

Ведь, именно я прогнал ее зарвавшегося пиздюка, показав ей, чего его любовь стоит. Именно я нашел ее и вернул обратно к отцу.

И после всего, купил ее, словно вещь…

Сабина сжалась, опустив голову. Недоверчиво качает головой и глаза налились слезами. Отодвинулась к стене и кричит, возмущенно срываясь на слезы:

— Папа!

Вошел Степан.

Мгновенно ее личико преобразилось и она крикнула ему гневно:

— Иди к черту! Я не тебя звала…

— Отец не придет, Сабин. Он передал, чтобы ты слушалась Луку и шла с ним. Ты теперь, его забота. Собирайся…

Я смотрю как ее дрожащие, тонкие пальцы с силой впились в обод кровати.

Прощание затягивалось. Решил разом прекратить это.

Взял ее рюкзак, побросал в него все ее вещи, что видел. Через пару минут, сборы были окончены. Я подхватил ее под руку и решительно потянул за собой к выходу. Но путь это оказался непростым.

Девчонка орет, отбиваясь от меня как злобный хорек, но мне все равно. Не понимает, что я для нее, еще неплохой вариант. Все могло быть гораздо-гораздо хуже…

Выволок ее на улицу и буквально, затолкал в свою машину.

Когда пристегивал ремень мне пришлось, буквально, удерживать ее силой на месте. Руки проскользнули вниз, касаясь ее девичьих бедер. Ее тонкие пальчики мгновенно отреагировали. Взгляд по-прежнему испепеляет меня мрачно, но на щеках, вижу, вспыхнул румянец. С силой оттолкнула мою руку от нее, дышит глублоко и часто.

Мне понравился этот ее жест. Что-то в нем было целомудренное, если это вообще применимо к ней. После всего, что было…

Заметида что смотрю на нее и тотчас скрыла свое лицо за капюшоном и кепкой. Я позволил ей это. Только сейчас, ненадолго… Избавлюсь от этой ее мерзкой, мешковатой одежды, сразу как только мы приедем.

Я защелкнул замок, глядя ей в лицо. Мой подбородок прямо над ее взволнованной грудью. Задержал на секунду взгляд на ней. Девчонка отвернулась, но перед этим, ее взгляд задержался на моих глазах, отчего она покраснела. Я проверил ремень и заблокировал ее дверь, чтобы лишить ее искушения выпрыгнуть из машины на ходу.

Сел за руль. Она не смотрит в мою сторону. Отвернулась к окну, молчит.

Я тоже не говорю ничего.

Смысл? Нужно время. Причем, нам обоим…

Завел машину, поехали.

Привез ее домой. С тем, чтобы она вышла из машины, тоже пришлось повозиться.

Тяну ее наверх в ее комнату. Она сыплет проклятия и отказывается идти, лягаясь как припадочная телка. Пару раз, почти попала коленом в пах.

Мама Гуля выскочила из спальни на шум и крики. Увидела орущую девчонку со мной и нахмурилась.

Я сказал ей уйти обратно к себе. Впервые я говорил с ней так резко, вроде, как с прислугой.

Гуля послушалась. Ушла, обиженно отвернув голову.

«К черту! У меня сейчас, есть заботы и посерьезнее…»

Завел Сабину в комнату и закрыл дверь изнутри… Толкнул ее в кресло, кинув ее рюкзак рядом на пол.

Эта змеюка малая сидит и шипит на меня без остановки:

— Если ты меня пальцем тронешь, я убью себя или тебя!

Я провел рукой по волосам и сел в кресло у входа, отдохнуть и отдышаться. Делаю глубокий вдох и глядя на нее, произношу максимально спокойно, но твердо:

— Все сказала?

— Ты кто, извращенец? Не нашел тетки себе по возрасту⁈ Я не буду с тобой спать, лучше из окна выброшусь!

— Неа, не выйдет… На окнах этой комнаты, решетки. Перестань орать. Заткнись на секунду и выслушай меня.

— Я, Н Е Х О Ч У! Слышал меня⁈ Отвали, уже!

— Нет. Сначала мы поговорим. Я не враг тебе. Итак… Начнем с начала… Прежде всего…

— Ты оглох? Мне плевать! Я не слушаю твой бред! Ты не въехал⁈ Я не останусь здесь!

— Еще как останешься. И послушаешь. Так, вот… Сабина… Как я и сказал, меня зовут Лука. И теперь, ты будешь жить со мной в этом доме.

— Нет! Никогда!

Я подошел и наклонившись к ней, приложил пальцы к ее губам.

Она не ожидала этого жеста и наконец, замолчала.

— Вот, так лучше. Сабина… Я не горжусь тем, что мне пришлось забрать тебя из семьи, так… Но это в прошлом. Твой дом, теперь, здесь. Привыкай. Не дворец, но тебе понравится…

Сабина облизнула высохшие губы и снова зашипела на меня:

— Бла… Бла… Повторяю для тупых… Мне плевать на твой дом и тебя, вместе с ним! Сдохни! Гори в аду! Я тебя ненавижу!

— Мне все равно, что ты думаешь и говоришь, сейчас. Это ничего не меняет. Когда я говорю, что это твой дом. Значит, ты здесь хозяйка. Поняла? Что до остального… Я не извращенец и не сексуальный маньяк. Я не собираюсь насиловать тебя или приставать к тебе… Дам тебе время привыкнуть ко мне и наоборот… И напоследок, хорошо так, запомни. С той секунды как ты переступила порог этого дома, мое слово для тебя, закон. Ты не кричишь, не сквернословишь и не споришь. Я говорю, ты делаешь. Все просто.

— Я тебе не долбанная рабыня!

— Нет, ты — моя будущая жена.

Как только я произнес эти слова, ее глаза распахнулись и рот приоткрылся в изумлении. Она откинулась назад в кресле и вся сжалась, словно ожидала удара. Перспектива стать моей женой, явно не обрадовала ее. Ее лицо накрыла мрачная тень и глаза, словно потухли…

— Дом, покажу утром, а сейчас, отдыхай. Если что-то понадобится, говори моей домработнице, маме Гуле, она передаст все, мне. Гуля, знает об этом доме если не все, то многое. Она принесет тебе поесть, если ты голодна.

— Подавись своей жратвой, гад вонючий! Я не куплюсь на твой голос добренького дяденьки, извращенец чертов! Я не выйду за тебя, скорее, повешусь.

— Выйдешь. Фактически, ты уже, моя жена. Свадьба, что состоится очень скоро, это просто формальность. Так что, чем раньше ты привыкнешь к этому факту, тем проще будет нам с тобой общаться.

— Ни фига! Ты чокнутый маньяк, я сбегу от тебя!

— Нет, не сбежишь. Идти, тебе некуда. Но об этом, ты лучше меня знаешь.

Она смотрит на меня и вижу как в ее груди застряли слова и ее бьет истерика. Я сел рядом с ней, но она отвернулась. Произнесла лишь одно слово, скорее устало, чем в гневе:

— Уйди…

Я решительно покачал головой.

— Нет. Здесь, все решаю я. Помнишь? И вот еще, что…

Я протянул руку и надел ей на палец помолвочное кольцо с небольшим камнем. Сабина вырвалась и глядя на колечко на своем пальце, отшатнулась назад. Мгновенно сорвала кольцо с руки и отшвырнула его под шкаф.

— Нет! Ты меня не заставишь, гад!

Я встал и молча прошел к двери. Обернувшись, я сказал ей:

— Захочешь выйти из комнаты, найдешь кольцо и наденешь его обратно на свой палец или останешься в комнате голодная.

— Лучше, сдохнуть от голода!

— Нет… Ты избалованная и не привыкла терпеть. Могу поспорить, что завтра ты его наденешь… Мама Гуля очень вкусно готовит. Тебе понравится.

Обернулся и смотрю на ее бледное лицо и мрачный взгляд. Она все еще злится, но сейчас, она уже не в таком отчаянии, в каком пребывала еще час назад.

Вышел из ее комнаты и запер за собой дверь. В общем, я был доволен тем, как прошел наш первый разговор. Она успокоилась, это главное.

А вот я, напротив. Сейчас, я был уже совсем не так уверен в правильности принятого решения. Справлюсь ли я с этой капризной и дикой кошкой? Еще днем, мне казалось это более простым делом. Но теперь, чувствую невероятное сожаление, что так усложнил свою жизнь.

«Стоит ли она того?»

Я клял себя за минутную слабость и потерю связи с реальностью.

«Но был ли у меня шанс, поступить иначе?»

Тогда, днем, когда Сабина повернулась ко мне, распахнув огромные глаза и ее волосы тяжелой, золотой волной упали ей на лицо, я думал что брежу. Такой охуенный вид у не был в тот момент, я дар речи потерял…

Даже трогая пальцами ее волосы, не мог поверить, что она реально такая… Совершенно бесподобная. Невероятная, как мечта…

Хищное, непреодолимое желание обладать ею, возникло у меня, немедленно и пустило свои корни очень глубоко и серьезно.

Девчонка эта, словно алмаз, который я случайно вымыл в песке… Хотел без промедлений забрать ее себе. Никуда и никому не отвозить. Чтобы ни одна душа не знала, где она. Где мы оба… Утащить ее в свою пещеру и спрятать от всех…

Как только я увидел ее огненные волосы, для меня прежнего, все было кончено. Мои похотливые, хаотические мысли о ней и то желание, что она вызывала во мне все эти дни, соединились в конечный образ.

«Я забираю ее!»

Эта фраза прозвучала в моем сознании, как только пальцы коснулись ее красновато-рыжих прядей.

Я не хотел ее покупать, словно девку… Но это был единственный способ забрать ее из того проклятого дома. Теперь, я не мог ее отпустить. Не собирался с нею расставаться, даже на час.

Родион Даруш не зря волновался не прогадал ли он, отдавая дочь за меня… Если бы он только знал, что чутье не обмануло его.

За эту девчонку я отдал бы ему все…

Все.