Лука.
— Даруш Сабина Родионовна, это вы?
Низкий, женский голос громко и требовательно произносит имя моей девочки. Я не вижу ни черта. Хорошо держат бойцы. Едва головой шевелю. Сжал зубы от гнева.
«Почему она? Нашли, бля, преступницу века… Трое лбов малолетку держат!»
Достало все. Я устал и зол. Хочу разъебать все к чертям, думаю как защитить свою девочку. Но ярость от беспомощности, глушит все здравые мысли.
Слышу возмущенный голос Сабины. Но ни капли страха в ее голосе. Моя злючка верна себе.
— Я! Это я… Какого черта здесь происходит⁈
— За словами следите. С какой целью вы пытались получить доступ к аккаунту сотрудника министерства внутренних дел республики Хакасия?
Шорох гравия и суета сбоку. Слышу, что ее подняли с земли. Так лучше… То о чем говорит эта суровая мадам, меня удивило. Взлом аккаунта? Республика Хакасия? Это звучит как бред или ошибка. Слышу голос малышки. Снова дерзит:
— Что за чушь⁈ Я не делала это! Ваш аккаунт, мне сто лет не…
Внезапно, ее голос замирает. Сабина молчит пару секунд, затем, начинает вопить радостно:
— Э…. Это вы! Ничего себе! У меня получилось!
Я повернул голову и пытаюсь понять, что происходит. Сабина стоит спиной ко мне. Посмотрел вверх на ту которая ее допрашивала и у меня самого челюсть отвисла.
Сабина повернулась ко мне, улыбается. Счастлива как ребенок.
— Это она! Я нашла ее! У меня получилось!
Все тот же строгий, женский голос из-за ее спины, звучит уже не так уверенно:
— Что происходит⁈ Даруш, отвечайте на вопрос!
Ситуация дурацкая, но я и сам улыбаюсь, потому что уже все понял. У Сабины руки за спиной наручниками скованны, но ей все нипочем. Стоит по-деловому, словно не ее пять минут назад задержал спецназ.
— Вы — Лиля? Андреева Лилия Игоревна, верно⁈
Майорша бледнеет и растерянно делает шаг назад. Полицейские позади меня замерли. Не понимая, что здесь происходит, ослабили хватку. Я воспользовался их заминкой и немного приподнялся, пытаясь сесть. Меня тотчас остановили, возвращая в положение «мордой в пол». Делаю рывок и поднимаю голову. Набираю в легкие воздуха побольше.
— Ляйсан! Посмотри на меня! Это я, Лука! Я… твой старший брат…
Услышав это слово «брат», она делает шаг назад и удивленно ловит ртом воздух. Ее взволнованное лицо бледнеет. Подошла ближе и смотрит на меня словно на призрака, широко раскрыв глаза. С недоверием качает головой, но в темно-зеленых глазах, очень похожих на мои — слезы. Подняла голову в сторону бойцов и с трудом сохраняя твердость в голосе, произнесла:
— Снимите наручники…
А те, не особо торопятся. Застыли и смотрят на ее взволнованное лицо.
Она повторяет:
— Снимите, мать вашу, наручники с него!
Тот что был ближе всех, подсуетился и вместе с подоспевшим напарником подняли меня на ноги, размыкая наручники. Тру запястье и первым же делом девочку мою к себе прижал покрепче. Сабина ко мне прильнула и молча смотрит на них всех.
Майорша достала дрожащими пальцами пачку сигарет из кармана офицерского кителя и закурив одну, отвернулась в сторону, делая несколько быстрых затяжек. Обернулась, стирая слезы щек и негромко произнесла:
— Все, отбой. Оставьте нас, ребята. Ждите снаружи!
Один за другим парни в камуфляже неторопливо покидают наш двор, прикрывая за собой дверь.
Мы стоит втроем и молчим. Сабина пальчиками мою руку сжала и словно подталкивает меня вперед. Сама отошла в сторону, присев на каменное ограждение. Умница. Понимает, что поговорить нам будет проще, наедине.
Отряхнул брюки, пиджак поправил. Не хочу сомнительным внешним видом своим смущать ее еще больше.
Всматриваюсь в лицо этой невысокой, черноволосой девчонки в офицерской форме, что переминаясь с ноги на ногу, минуты две пялится себе под ноги. Сигарета в ее пальцах дымит, но она явно забыла о ней и не прикуривает.
Медленно подхожу к ней. Перехватываю сигарету из ее пальцев. Затянулся пару раз, затушил и отбросил в сторону.
Поднимаю взгляд на нее и выдохнув, говорю:
— Ямочки у тебя на щеках точь-в-точь как у мамы. Я и забыл о них… Совсем взрослая, стала. Вон какая вымахала, тыквочка…
Смотрю на нее и улыбку едва сдерживаю. Да, ни капли у меня сомнений, что это и есть моя младшая сестра, Ляйсан. Тут и теста ДНК не нужно. На свою точную копию смотрю. Только она ниже на две головы и волосы у нее вьются один-в-один как у мамы. Еще и ямочки эти…
Как только она это слово «тыквочка» услышала, ожила. Вспомнила свое прозвище детское. Только я ее так звал.
Сестра пытается ответить, сказать что-то, но губы дрожат, приоткрывает рот и ни звука…
Пора спасать. Прижал ее к себе. Она уткнулась лбом мне в плечо. Крепко так обнимает, словно боится, что я исчезну. Слышу, носом шмыгает. Слезы потекли рекой. Плачет.
— Все хорошо… Не держи это в себе. Это слезы радости. Где еще тебе реветь, как ни у старшего брата на плече…
Она выдохнула громко, на меня глазищи подняла с мокрыми черными ресницами. Смешная и трогательная. А у меня, сразу отклик в сердце — мое! Давно я этого отклика не слышал. Уже и не думал, что почувствую его. Усмехнулся, ладонь вытер и аккуратно с ее щек слезы вытираю.
— И как звать мне тебя, теперь, Лиля или Ляйсан?
Смеется, шмыгая носом и икая говорит на выдохе:
— К… Как хочешь, зови, мне в… все равно… Л… Лука… не верю что ты это…
— Я. Не сомневайся. Второго такого нет, уж поверь. Буду тебя Лясей звать, как в детстве, пойдет?
Она кивает и снова ко мне прижалась крепко, обняв меня руками.
Спустя час, сидим все за столом на кухне, в этом доме к которому никак не привыкну. Сабина рядом со мной, напротив сестра и один из ее коллег. Как я понял, это друг ее лучший — майор как и она.
Говорим обо всем и ни о чем, но главное, вместе мы теперь. Сэндвичи съедены, кофе выпито. Чуть коньяка пригубили за встречу.
Ляйсан улыбается мне, сидит по простому, откинувшись назад в кресле. Курит, обдумывая все, что я ей о своих мытарствах рассказал.
Сначала я не хотел ничего обсуждать. Не хотел грузить ее этим, ни сегодня ни позже. Но сестра сама все выпытала. Профессиональная деформация сказывается. Но зато как по близкой ей теме разговор пошел, расслабилась. Беседа пошла ровнее, без пауз. Понимаю, ко мне ей снова привыкнуть нужно. Не стал спорить. Все как есть, рассказал.
Сабина слушала нас, изредка отвечая, когда сестра ее спрашивала. В отсутствии мамы Гули, именно моя девочка хозяйничала. Я не просил ее, она сама все сделала. Стол накрыла, идеальный. Как в лучшем ресторане сидели. То кофе заварит нам свежий, то десерт с фруктами принесет к коньяку. Идеальная моя девочка, сам удивился. Не знал что она такой заботливой может быть, такой кроткой, нежной…. Не нарадуюсь. Общаюсь с сестрой, но сам, втайне любуюсь невестой своей…
Сестра как только узнала, что мы всю ночь на ногах провели, стала собираться.
— Отдыхайте! Не последний раз видимся. Сабиночка, спасибо родная, все очень вкусно. Беру тортик, беру! Лука, набери меня вечером как проснешься, хорошо⁈ Обязательно. Документы все что есть, хочу видеть. И Кузьму, юриста твоего, тоже. Все что есть, неси. У нас с прокуратурой вашего района неплохие отношения. Поспрашиваю, что это за хрен с горы, Яковлев… Я его не помню, маленькая была. Но найти его, точно, не проблема…
— Ляся… Я бы не хотел чтобы из-за меня, ты работой рисковала. Давай, ты прямо сейчас успокоишься и все забудешь. Побудешь мне младшей сестрой, а не майором. Договорились?
Ее коллега сощурил глаза и засмеявшись, закивал головой.
— Забыть? Наша Лилия Игоревна, не тот человек который легко что-то «оставляет». Тебе Лукьян еще предстоит познакомиться с характером нашего майора.
Сестра фыркнула и покачала перед носом друга указательным пальцем.
— Александр Николаевич… друг мой, я же и обидеться могу….
Сабина усмехнулась и добавила негромко:
— О, значит, упрямство, это у них семейное…. Проще выполнить, чем переубеждать. Лука, хоть раз в жизни, доверься сестре!
Ляйсан одобрительно кивнула на слова Сабины и встала из-за стола, надевая свой полицейский китель.
Я шлепнул Сабину по попке и взяв за руку, повел за собой на улицу следуя за гостями.
Ляйсан перед выходом обернулась, широко улыбнувшись.
— Не могу поверить… Десять лет искала тебя. Даже в Грецию ездила. Везде отказ. Нет данных. Если бы не Сабина… так и не увиделись бы с тобой, родной мой!
Я подошел к ней. Обнял, целую нежно ее в темноволосую макушку. Глаза отвожу в сторону. Режет в горле от ее слов и таких искренних, трогательных сестринских объятий.
— До вечера, сестренка.
Стоим с Сабиной и смотрим как служебная машина отъезжает от нашего дома. Закрыл ворота. Навестил Ахиллеса в вольере. После слоновьей дозы транквилизатора наш медвежонок еще сутки проспит.
— Он в порядке, Лука. Ого, уже почти десять утра. Я едва держусь. Сейчас в душ и спать. Нет, хочу ванную. У меня все тело ломит…
Я ополоснулся под душем и повернул вентиль. Потянулся за полотенцем и промокнув лицо смотрю на Сабину. Малышка лежит закрыв глаза в ванной полной ароматной пены. Подошел к ней, сел рядом и потянувшись за мочалкой, веду пенной губкой по ее гладкой ножке. Сабина открыла глаза, улыбается. Села и облокотила голову мне на руку. Смотрит на меня своими кукольными глазами с мокрыми ресницами.
Целую ее в щеки, в лоб, ласкаю губами подбородок поднимаясь к ее губам.
Она улыбается устало, но отвечает мне очень нежно и чувственно, захватывая своими горячими губами мой рот.
Улыбается, смотрит на меня так расслабленно, полностью доверившись мне. Я обнял ее и глубоко выдыхаю, чтобы сердце мое вернулось на место после всех этих мытарств.
— Сабина…
Она поднимает на меня глаза и смотрит вопросительно.
— Неправильно это.
— Что, неправильно?
— Жениться….
Сабина отстраняется и смотрит серьезно на меня, выпрямив спину.
Я забыл о чем говорил. Отвлекся на ее упругую, роскошную, мокрую грудь по которой стекает пенная вода в ванную.
— Лука, ты о чем?
— Нельзя мне жениться на тебе, пока не сделаю кое-что…
— Ну, да… Пока твой развод не оформлен…
Я отмахиваюсь от упоминания моей бывшей. Сабину этот мой жест рассмешил. Но я серьезен.
— Посмотри на меня малышка. Я не могу жениться, пока не сделаю одну вещь.
— Это что-то важное?
— Да. Самое важное. Ты же знаешь когда я вру, так?
Задумалась. Смотрит на меня нахмурив брови.
— Ну… обычно, ты говоришь правду. Думаю, я пойму если ты врешь.
— Хорошо. Тогда посмотри мне в глаза. Смотришь?
Сабина серьезно кивает и послушно смотрит, растерянно хлопая ресницами.
— Я люблю тебя.
Малышка охает и ее глаза после моих слов становятся круглыми, словно пуговицы. Улыбнулась, засмущалась и прикрыв лицо ладонями — бултых и ушла под воду.
Я смеюсь. Жду ее.
Выныривает. Вытерла лицо. Смотрит на меня, тяжело выдыхая и молчит. Улыбается, смущенно отводя от меня глаза, скрыла лицо в ладонях и смеется качая головой.
Я наклонился и привлек к себе ее горячий, мокрый рот. Целую, смущая ее еще больше.
Она меня обняла, прижалась губами к моей щеке и дышит взволнованно. Чувствую, решается сказать. Не тороплю ее.
— Лука… Я никогда не думала, что это ты. Мой мужчина… Не думала, что этим человеком, будешь ты. Ты помнишь? Как сильно я не хотела этого. Сделала все, чтобы этого не произошло. Ты и я. Никогда! Эти слова в моем сердце прожили так долго. Ты сам свидетель как долго я держалась. Но… Не знаю почему, вопреки всем моим стараниям, я… Я безумно люблю тебя, Лука Гасанов… Люблю, люблю, люблю тебя!
Ее признание, эти ее «люблю» оглушающим эхом повторяются в моем сознании, разрушая остатки моих предубеждений. Я улыбаюсь, хмелея от прикосновения ее губ, что нежно целуют меня. Держу ее руку, помогая покинуть ванную. Секунда и наконец, я прижал ее всю к себе, такую мокрую и чувственную. Покрываю ее лицо поцелуями.
— Мое счастье, ты мое счастье и мое спасение… Любимая моя девочка!
Я потянулся за полотенцем и укутал ее в него. Поднял на руки и понес в спальню. Опустил ее на прохладные простыни и рухнул рядом. Прижал ее горячее, чуть влажное, обнаженное тело к себе и укрыв нас белоснежным, воздушным покрывалом, выдохнул, улыбаясь собственным мыслям.
Из недр одеяла показалась рыжая голова и ее счастливое личико.
— Скажи еще раз…
— Не веришь?
— Верю.
— Я люблю тебя.
Сабина смущенно улыбнулась и скрылась под одеялом, смешно хмыкнув при этом. Чувствую как ее пальчики обнимают меня. Прижалась щекой к моей груди и закрыв глаза, произнесла:
— Сладких снов… любимый.
…
За окном была глубокая ночь когда меня разбудила вибрация телефона. Осторожно потянулся за ним, глядя на экран. Четыре пропущенных. Тру сонное лицо с трудом приходя в себя. Словно сон, вспоминаю события безумной ночи и не менее странного утра…
Миранда, соблазняющая меня, Эмиль с голым задом… Даруш со Степаном… Похищения… и позже, даже дома мне нет покоя. Люди в униформе…
Сабина — ее гнев и ее страсть украсили этот вечер… Безумный и прекрасный секс с моей девочкой под открытым небом… Ее страстные, громкие стоны и силуэт ее обнаженного тела на фоне звезд…
Долгая дорога домой. И внезапная встреча. Ляйсан… Моя сестренка.
Этих событий вполне хватило бы на месяц приключений. Как мы с Сабиной не свихнулись еще от постоянных испытаний — загадка…
Смотрю на экран телефона. От сестры пришло два сообщения. Написала, что она недалеко от меня и если я не сплю…
Ответил, что жду ее.
Натянул домашние штаны и накинув худи, бросил взгляд через плечо. Сабина крепко спала, закинув обнаженную ножку поверх одеяла. Улыбнулся, не в силах сдержать то счастье, что вырывалось из меня при одном взгляде на нее. Стараясь не шуметь, вышел из спальни, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Выпустил Ахиллеса из вольера чтобы тот размялся после вынужденного отдыха. Пес, виляя куцым хвостом, сонно кружил вокруг меня.
Я вышел за ворота и сразу увидел служебную машину с госномерами. Подошел ближе и открыв дверь, сел на переднее сидение.
Смотрю на родную улыбку с ямочками на смуглом лице. Так тепло на душе, что не один я теперь на свете. Есть она, сестренка моя.
Ляйсан меня за руку держит, не отпускает.
— Выспался? Слушай… Здесь есть кафешка какая-нибудь поблизости?
Я киваю. Показываю дорогу. Через пять минут мы на месте. Небольшое кафе с приятной музыкой. Сели в углу, взяв кофе. Перекидываемся короткими фразами с долгими паузами.
— Замужем?
— Да, восемь лет уже.
— Дети есть?
— Двое пацанят. Рустам и Илья…
— Рустам? Но… Ты же не могла его помнить…
Она кивает и сжимает мою руку.
— Я помню это имя лучше других из-за тебя. Ты так часто рассказывал мне маленькой о нем…
— А твои родители, опекуны, живы?
— Да. Живут за городом. Оба на пенсии. Отец подполковник в отставке. Именно из-за него я пошла в органы работать.
— Надо же как нас с тобой судьба развела в противоположные стороны…
— Да… Я когда тебя искала, узнала многое о своем идеальном, старшем брате, который мне сказки рассказывал на ночь… Серьёзно ты играл с огнем, Лука… Почти нашла тебя, но ты из страны уехал. Искала тебя в Греции и на Кипре… Но когда сказали, что ты, вроде как погиб и нет следов дальше, жизнь померкла. Вот, вроде бы не одна — любимый муж, двое маленьких детей, родители… Но все не то. Потерянной себя чувствовала все эти годы. Словно домой не могу вернуться. И надо же, твоя невеста… Сабина. Бойкая она у тебя девчонка, боевая. Понравилась мне. Молодая. Сколько ей?
— Восемнадцать, но да, зубастая не по годам.
— Серьезно все у вас?
— Да… Как только разберусь с прошлым, поженимся.
— Хорошо. Сабина девчонка красивая, видная, наверняка по ней многие сохнут. Но, видишь, ждет тебя, несмотря на все проблемы. Думаю, ты ей очень дорог.
Молчу. Не стал отвечать на это. Вспоминая тихое «люблю» согревающее мне душу.
— Лясь, хочу прояснить один момент. Со своим прошлым я завязал много лет назад. Считай, что тот человек — умер. Нет меня прежнего. Десять лет назад я все начал с нуля. В моих делах нет ничего противозаконного, можешь проверить. Это я к тому, что брат твой старший серьезный бизнесмен. Все что у меня есть, я заработал своим умом, а не мутными схемами. Краснеть за меня не придется. Если тебе что понадобится, мое плечо все такое же надежное как и в твоем детстве. Помни об этом, договорились?
— Лука. Ты не изменился. Вот этот твой характер я узнаю. Мог и не говорить. Да, ты чист, это я в первую очередь проверила и была приятно удивлена. Спасибо, что хочешь позаботиться обо мне. Но я лишь одного хотела — найти тебя. Это для меня важнее всего! Так… ты что и вправду, миллионер?
Я усмехнулся и приподняв иронично одну бровь, подмигнул ей. Сестра кинула в меня виноградом и засмеялась.
— Молчание, очень красноречивое. Ну, ты по прежнему крутой брат у меня… А если серьезно, Лука, я чего приехала… Поговорила с прокурором по поводу твоего дела. Не очень он был рад мне. Что-то мутное здесь творится. Отцу даже позвонила. Рассказала все, попросила подергать свои старые связи чтобы разворошить это осиное гнездо. Это уже не только тебя касается. Серьезные люди из госструктур проверят, как у вас правосудие работает. Гарантирую, будет громко. Мои коллеги заинтересовались этим твоим Яковлевым. Рано он своей неприкасаемостью стал упиваться. Та его подруга, иностранка, Миранда Диас, она что и правда твоя…
— Да, бывшая жена.
— Еще одна «зубастая»? Любишь ты женщин с ядреным характером, братец…
Смеюсь. Заказал нам еще кофе и десерт для сестры. Звонок на мой телефон прервал нас.
Кузьма, мой юрист.
— Добрый… Нет не занят… Что у тебя? Хочешь чтобы я сел, если стою? Ну, я сижу, говори! Получил ответ? Это точно? Аннулировали? Черт… С меня премия, Кузьма! Это слишком хорошие новости, чтобы в них поверить… До завтра, отдыхай.
Сестра растерянно вглядывается в мое взволнованное лицо. Сижу, замерев с дурацкой улыбкой и все еще не могу отойти от услышанного.
— Хорошие новости?
— Да… Сестренка, у тебя есть какие-нибудь планы на завтра, примерно на десять утра?
— Я планировала спать.
— В другой день поспишь. Завтра в десять жду тебя возле центрального ЗАГСа.
— Центральный ЗАГС?
— Да, свидетельницей со стороны жениха, будешь.
— Но… Я думала что ты, с той бывшей…
— Уже нет. Только что узнал от адвоката, что брак аннулирован. Я по прежнему холост, но это ненадолго…
Сестра засмеялась и обняла меня.
— Поздравляю, Лука! Я так рада. Конечно я буду! Мне твоя Сабина очень понравилась. Чувствуется, что вы на одной волне. Где ты ее встретил?
— Украл у цыган…
— Ты шутишь?
— Нет. Выкупил у ее отца.
— Она тебя любила, поэтому?
— Неа… Сабина меня ненавидела, по-настоящему.
— Кх… и сейчас, она… Вы с ней… Ну и ну!
— Да. Сейчас, она моя любимая девочка и на мое счастье, это взаимно.
— Лука… С тобой, точно не скучно… Ну вы оба даете! Стоп, так она же несовершеннолетняя была?
— Угу… Никакого криминала, товарищ майор полиции. Я был ее опекуном. Все законно. Я же сказал, что честно веду дела.
— Да-да… Честно. Не нужно рассказывать больше ничего… Мне и этого достаточно! Я просто порадуюсь за вас!
— Спасибо, Лясь. Давай остальное завтра, хорошо? Поздно. Не хочу малышку оставлять одну. Да и сам еле держусь, глаза слипаются. У нас с Сабиной не самый простой месяц был…
— Да, конечно. Поехали, отвезу тебя…
…
Мы у моего дома. Я вышел из машины.
— Завтра в десять, не забудешь?
— Приду… Такое событие не пропущу…
— До встречи, тыквочка…
Сестра улыбнулась мне, пожелав доброй ночи. Подождал когда огни фар скроются из виду и пошел к себе.
Вошел в дом и стянул с себя пайту, зевая. Пару чашек кофе не особо помогли. Безумно хотелось спать…
Мои глаза все еще не желали мириться с бодростью и я не стал с этим бороться. Скинул остатки одежды и занырнул под горячее одеяло к моей спящей рыжуле. Обнял, прижав ее горячее, обнаженное тело к себе. Закрыл глаза, прислушиваясь к ровному дыханию моей девочки.
'… Я безумно люблю тебя, Лука Гасанов…'
Ее слова… В темноте ночи, погружаясь в сон, чувствую как счастливая улыбка вновь появилась на моем лице.