Лука.

Я стою у широкой входной двери с кованым замком и жду когда хозяева этого дома, откроют мне. Сейчас, около восьми. Вряд ли они обрадуются мне. Но мой визит, это не вопрос их желания.

Дверь открылась и на пороге возникла Марина.

Она отшатнулась назад не ожидая встретить с утра, именно меня. Подошел Густав. Он все еще был в футболке и пижамных штанах. Салфетка у него под шеей намекала, что вероятно я прервал семейный завтрак. Густав перехватил мой взгляд, заметил салфетку и убрал ее в сторону.

Прошел вперед, улыбнулся и протянул мне руку в знак приветствия.

— Доброе утро, Лукьян, мы с женой как раз завтракаем, не желаете ли присоединиться?

— Доброе утро. С удовольствием.

Я прошел мимо Марины, вручив ей в руки цветы, что я принес с собой.

Она все еще пребывала в прострации и рассеяно взяла их, не совсем понимая что происходит.

За круглым светлым столом появились лишние приборы и тарелка для меня.

Густав подождал Марину и когда я сел, сел последним из нас.

Молчание продлилось пару минут, ровно до того момента когда в комнату вбежала босая и сонная Сабина, в светлой пижаме. Такой милой и по домашнему расслабленной, я никогда не видел ее за весь тот месяц, что она провела в моем доме.

— Доброе утро, всем! Не могу найти куда дела свои сапоги для верховой езды… Кто-то звонил в дверь или мне показалось?

Захватив на ходу тост, она остановилась у стола и наконец, заметила меня.

Ее реакция на мой приход, была один-в-один как и у ее матери. Она замерла там где стояла. Широко распахнув удивленные глаза, смотрит на меня. Нервно сглотнула и ее щеки стали розоветь.

Однако, плохо сдерживаемая улыбка, появившаяся через секунду на ее лице, сказала мне, что Сабина рада меня видеть.

Отчасти, ради этой ее, настоящей реакции на меня, я и пришел сегодня в этот дом.

Но не только ради этого…

…

Возможно, всего этого и не произошло, если бы не наш разговор с Сабиной три дня назад. Серьезный разговор.

Она поставила меня перед выбором и ушла. Вернее, не оставила мне выбора.

Это произошло в ту самую ночь, когда она сама пришла ко мне, обнаженная.

В ту секунду, когда свет ночника осветил силуэт ее голой груди, я захотел ущипнуть себя. Убедиться, что я не сплю и это все реально.

Ее нежные, мягкие губы, что целовали меня так часто и щедро. Откровенные прикосновения ее пальчиков и громкий чувственный стон, когда она кончала после моих ласк. Сначала в спальне и второй раз в душе, когда ее мягкая, скользкая от мыльной пены кожа, дрожала от прикосновений моих рук. Прижимаю ее к себе. Скольжу пальцами по ее киске, позволяя воде стекать с моей руки вниз по ее стройным ножкам.

Мое возбуждение не было скрыто от нее. С каким неподдельным интересом, все больше распаляясь, она смотрела на мой мокрый, пульсирующий член, инстинктивно облизывая губы. Через секунду ее рука уже скользит вдоль моей руки, легонько касаясь пирсинга на головке. Я убрал свою руку позволяя ей продолжить. Любуюсь тем, с какой умилительной серьезностью и интересом, она ласкает мой член.

Я сжимаю в ладони ее упругую грудь и зависаю взглядом на ее сияющей коже, усыпанной мерцающими каплями воды… Ощущать ее нежные пальчики, что скользят по стволу моего члена, невероятный опыт. Ее возбужденный взгляд вызывает во мне ответную реакцию и настойчивые ласки ее трепетных пальчиков на моем члене не оставляют мне выбора. Я сильно кончаю, бессознательно падая спиной на прохладную стену позади меня.

Сабина смотрит на семя, что стекая с моего члена скользит по моему животу и моим ногам. Погружает свои пальчики в сперму пробуя ее на вкус… Подняла глаза и смотрит, игриво улыбаясь.

Я серьезен, но лишь потому, что пытаюсь до последнего не поддаваться тому сумасшедшему влечению, что эта девочка рождает во мне.

В этот момент, Сабина обвивает руками мою шею. Ее пальцы скользят по моим мокрым волосам. Она целует меня, настойчиво завладевая моими губами.

Ее ласки становятся все более хищными. Она кусает мои губы, лаская их языком. Все более и более властно целует меня. Захватывает мои губы, своим мокрым чувственным ртом, так яростно, что у меня сбилось дыхание. Я отстранился, делая вдох, все еще приходя в себя.

«А девочка, быстро учится…»

Это наша первая совместная ночь. Каждую секунду думал, что вот сейчас сорвусь. Хотел подмять ее обнаженное, сочное тело под себя и затрахать ее до беспамятства. Смешать свою сперму с ее соками, ее стонами и ее оргазмами…

Каждый наш вздох с ней, был пропитан в ту ночь безумной и обоюдной жаждой секса. Хотел ее. Очень. Видел по взгляду Сабины, что это обоюдное желание и более чем взаимное.

Но не сделал этого. Намеренно. Не только потому, что берегу ее чувства. Нет. Я щажу и свои чувства, не меньше.

Темперамент этой девчонки не был тайной для меня задолго до того как она очутилась в моем доме. Ее манера обходиться с чужой жизнью так, словно все принадлежит ей, мне хорошо известна.

В последнее время Сабина очень лихо прошлась по моей жизни. Это тревожит меня. Ей уже не достаточно моего внимания или желания. Ей нужен я. Весь.

Но моя жизнь не принадлежит никому. И это единственное условие которое я не нарушаю. Я достаточно долго прожил доверяя лишь себе и не планирую менять это.

Сабина сексуальная, нежная, чувственная девочка. У нее вспыльчивый характер и мозги незрелой пацанки, но ее темперамент, что невероятно гармонирует с ее роскошной фигурой, все компенсирует. Сделаю ее своей женщиной, возможно, женой. Все что обещал, выполню. Но большего, не планирую. Чувства не входят в мои планы. А она, ждет именно этого от меня.

После душа, лежа на кровати Сабина ждала от меня гораздо большего, чем просто поцелуи или сосредоточенное молчание. Не только секса. Она ждала от меня проявления каких-либо чувств.

И один момент, чуть не заставил меня дрогнуть.

Когда она, мокрая и дрожащая, прижалась к моему обнаженному телу. Водит пальчиками по моей груди.

Я спросил ее:

— Что ты делаешь?

— Пишу кое-что… Попробуешь прочесть?

Она медленно ведет пальцем по моей коже и улыбаясь смотрит на меня.

Первая буква полукруг, вероятно это «С», продолжением, очевидно будет «А».

— Сабина?

— Не угадывай, доверься ощущениям. Кто знает, может я окажусь лучше всех твоих психологов и ты поймешь что я хочу сказать.

— Хм… Значит, тебе известно об этом?

— Да, Гуля мне рассказала.

Я молчу и смотрю на ее лицо. Она продолжает водить пальчиками по моей коже.

— Первое слово ты угадал. Второе, сложнее.

Медленно выводит первую букву. Похоже на «Л».

— Мое имя?

— Букву ты угадал, но нет, это не твое имя.

Она продолжает писать.

— И… третье слово.

Снова пишет. Угадываю по очертанию первую «Л» и после, «К».

— Ну, это точно похоже на мое имя.

— Да. Третье слово, твое имя. Лука.

— Так, что ты написала?

Она мотает головой и смеется, целуя меня.

— Тебе придется самому это прочесть.

Ее лицо в этот момент, вдруг, утратило детскую наивность и дурашливость. Она сосредоточенно смотрит на меня. Неожиданно серьезный взгляд ее серых глаз взволновал меня. Что-то в нем было недосказанное, хрупкое и одновременно грустное.

Сабина прильнула ко мне всем телом и обняв мое лицо ладонями, прижалась губами к моим. Не целует, а просто касается. Я одновременно тронут и растерян.

Ощущаю в голове горячий и стремительный жар. Внезапное желание, что уже несется к моему члену, накрывает меня и на секунду я теряю контроль. Этот порыв ее чувственной нежности, мгновенно завел меня.

Подминаю ее под себя и начинаю страстно целовать, скользя губами по ее шее, жадно захватывая ртом ее грудь. Сжимаю руками ее бедра, прижимая ее все ближе. Ласкаю ее всю так откровенно, как хочу уже очень давно. Она стонет, отвечая на каждый мой резкий, рваный поцелуй, тяжело дыша и повторяет тихое «да… да».

Я приподнимаюсь над ней и видя ее всю, возбужденную и раскрасневшуюся, понимаю что облажался и лечу в пропасть. Останавливаюсь, с силой сжимая пальцы…

«Нет…»

— Прости детка… Уф… Я виноват. Это не правильно…

Отстраняюсь от нее и встаю с кровати. Иду к бутылке с водой, что стоит на столе. Делаю глоток, даже не пытаясь скрывать от Сабины мой торчащий, возбужденный член. Всем своим видом подтверждая, как адски он хочет быть внутри нее, сейчас. Внезапное затмение сознания и возбуждение, сковавшее мой разум, постепенно ослабевало, растворяясь словно туман.

— Лука, посмотри на меня, прошу…

Я оборачиваюсь на нее, по прежнему тяжело дыша.

Сабина встала в полный рост передо мной. Стоит обнаженная и прекрасная. Прядь огненно-рыжих волос прикрывает ее лицо, но ее взгляд, решительный и гневный я отлично вижу.

— Запомни меня такой, Лука. Я ухожу.

— Постой, я же сказал, что отвезу тебя. Или ты не это имеешь в виду? Ты уходишь? В смысле — совсем?

— Да. С меня хватит твоих игр.

— С чего ты взяла, что я играю?

— Играешь. Может я не так умна как ты, но меня ты не обманешь. Я для тебя, как коллекционная модель. Играешь мной, меняя под свой вкус. Как ты хочешь и когда тебе удобно. Я не хочу притворяться и делать вид, что меня это устраивает. Я женщина, Лука, не машина. Меня нужно просто любить. Но ты, не знаешь что это такое.

Она прошла к шкафу и открыв его, бесцеремонно взяла одну из моих белых рубашек и надела на себя. На ее фигурке, огромная рубаха, словно платье. Застегивает. Я пытаюсь найти хоть какие-то слова. Говорю ей:

— Оригинальный наряд.

— Да. Ты против?

— А мой ответ повлияет на что-то?

— Нет.

Она решительно застегнула все пуговицы и идет к своей обуви, бросая мне на ходу резким тоном:

— Вызови мне такси!

— Хм… А твоя машина?

Она насмешливо хмыкнула, когда я это произнес.

— «Моя машина…» Серьезно? Ты не подарил мне ее. Нет! Ты как испуганный мальчик, откупился от напоминания о твоей слабости. Как и от всего, что напоминает о чувствах. От всего, что больше, чем тупо сексуальное влечение. Это так же, как и с моим опекунством…

— О чем ты?

— О твоем страхе принадлежать кому-то. Ты увидел меня с другим, почувствовал что-то и запаниковал. Воспользовался моментом и освободил себя от обязательств. Теперь, взбалмошная и вспыльчивая девчонка, не нарушит твоей безмятежной стабильности. Ты надежно пристроил ее.

— Это не так.

— Конечно… Ведь, это не весь план. Я же «та самая». Правильный цвет волос и фигура что надо, да? Происхождение жаль, подвело, папа мой барыга и цыган… Но ты наймешь мне шлюшного стилиста и она сделает из меня идеальную жену… К тому же, я явно зависла на тебе. Как удобно. Можно наговорить ерунды о душевных терзаниях и исчезнуть. Но не навсегда. Ведь у тебя большие планы на меня. После того, как сделаешь меня «трофейной женой». Собираешься потрахивать меня время от времени, но не более. В свою привычную, стабильную жизнь, ты меня не впустишь. Ведь я ее разрушу. Поэтому ты и держишь меня на расстоянии. Неплохо задумано. Но я пас.

Слушаю ее с ироничной усмешкой, но на самом деле я был озадачен ее недовольством. Я не скрывал какой я. Однако, девчонка неплохо анализирует, для ее возраста… «Шлюшный» стилист, это сильно…

Сабина распаляется, не прерывая свою речь. А я не столько слушаю, сколько любуюсь ею. В моей рубашке она выглядит очень горячо. Борюсь с желанием отнести ее обратно на кровать и сорвав все пуговицы, сделать с ее роскошным телом все, что захочу.

Наконец, она затихла. Стоим, молчим оба. Я не стал ни спорить с ней, не разубеждать. Натянул брюки и надев куртку на голое тело, произнес:

— Сабина, позволь мне отвезти тебя домой.

Она не смотрит на меня. Нетерпеливо и громко выдыхает, но соглашается.

Отвез ее домой. Ехали молча. Сабина всю дорогу просидела отвернувшись к окну. Когда приехали, вышла хлопнув дверью. Не попрощалась и не обернулась.

Я вернулся домой. Сколько ехал, столько образ Сабины в моей рубашке надетой на еще влажное, обнаженное тело, всплывал в сознании. Вспоминаю ее улыбку, ее дыхание и ее чувственный рот, что с одинаковой страстью как целовал меня, так и гневно высказывал мне это все…

«Черт! Я не должен вестись на ее манипуляции…»

Знаю себя. Завтра это наваждение выветрится из моей головы. Но сейчас, все мое сознание по хорошему отравлено ею.

Утром, проснувшись по привычке вышел во двор и сразу наткнулся на «мерс», оставленный Сабиной. Я завел его в гараж и накрыл тентом. Хотел позвонить Кузьме, чтобы он выставил его на продажу. Но передумал.

Пасмурная погода сделала мое пребывание на улице, тоскливым. Вернулся в дом.

Возле выхода, на столе, заметил связку ключей от дома. Их я отправил Сабине вместе с машиной. И рядом… Кольцо мое.

Оставила его.

Сабина не снимала его ни разу с тех пор. Хотя, я вел себя хуже. Значит, серьезно взъелась на меня.

Поднялся на кухню к Гуле, но не застал ее там. Позавтракал один, в тишине пустого дома, обдумывая все, что произошло накануне. Ничего не надумал. Откинул раздраженно ложку в сторону. Пролетев через весь стол, с громким звоном она отлетела к холодильнику.

«К черту это все!» Тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого образа в своем сознании. Как ладони Сабины касаются моего лица и ее мягкие, нежные губы прижимаются ко мне. Вспоминаю взгляд серьезных серых глаз. Такой искренний и проникновенный…

Настойчивый телефонный звонок, вывел меня из оцепенения.

Кузьма. Сказал, что ко мне на СТО пожаловал странный гость. Петр Яковлев. Тот самый друг детства, что предупредил о строительстве трассы. Я задумался о причине его визита. Почему он не позвонил, не приехал ко мне домой? Ведь, знал и мой адрес и мой телефон.

Такая манера вести дела, обычно используется быдлом, когда хотят «давить весом».

Яковлева, я считал своим другом. Но так ли это? Мы уже оба не дети.

Оделся и спустился в гараж. Это внезапный визит на время заглушил мои мысли о Сабине.

Через полчаса я был на месте. Мой друг был непривычно хмур и настроен на серьезный разговор. Не слушал меня, озирался с задумчивым видом, словно потерял что. Не шутил и не травил байки как обычно. Кивнув головой на мое приветствие, он не тратил время на долгие разговоры. Прямо спросил:

— Сколько хочешь за участок?

Я ждал этот вопрос. Яковлева заинтересовал мой участок с тех пор, как Даруш хотел провернуть сделку, в обход меня.

Смотрю на него и медлю с ответом. Яковлев расслабленно и вальяжно ходит вдоль всей территории, словно уже все решено и он отмеряет шагами свое. Мне не понравились ни его манера говорить со мной, ни весь этот визит — наезд.

Нервная скованность в его жестах выдавала в нем того, кому позарез нужны деньги. Словно, этот участок земли на отшибе, ему жизненно необходим. Странно. Петр довольно обеспеченный человек, занимает серьезный пост. Я был уверен, что кто-кто, а он, при его должности и связях, точно не нуждается в деньгах.

Я не стал тянуть с ответом, ответ был готов у меня сразу как я пришел. Нет. Отказал ему. И взгляд мой был такой, говорящий, что не передумаю. Если бы Петр сразу, нормально со мной говорил, я бы объяснил почему. Но не в это раз. Не удостоил его объяснением причин.

Он вспылил. Требовал, чтобы я передумал. Я спокойно выслушал его.

— Нет. Все что хотел, я сказал.

Яковлев поправив волосы на вспотевшем лбу и закурил.

— Скажу честно, Лука. Разочарован твоим решением. Это недальновидно и…

Он сделал паузу.

— … опасно. Я по-дружески хотел избавить тебя от гемора. Многие, в курсе планов на трассу. Они будут говорить с тобой, не так вежливо, как я это делаю. Подумай еще раз…

— Мой ответ, нет.

Он дернул плечами, повернувшись ко мне спиной. Сплюнул на землю и вяло махнув мне рукой в знак прощания, скрылся в своей машине. Через минуту он уехал.

Теперь, я точно знал, кто именно посылает проверку за проверкой на мое СТО. С Яковлевым стоит быть осторожнее. Он хорошо знает меня и против него не помашешь кулаками. Он может быть опасен.

Вызвал Кузьму и дал ему задание. Срочно закрыть эту точку СТО и даже охрану там не оставлять.

Вернулся домой. Гуля молча готовит на кухне. Съел сделанный ею сэндвич. Она спросила:

— Что планируешь делать завтра? Составить список блюд? Могу испечь торт, но ты же никогда не празднуешь…

Я усмехнулся и ответил ей:

— Завтра, дам тебе выходной, Гуля.

— Гостей никаких не позовешь?

— Нет. Сам поеду в гости…

Гуля посмотрела на меня серьезно и заметив мою улыбку, спросила, немного смущаясь:

— Как там наша девочка?

— Как всегда. Считает, что я бесчувственный гад. Вот, поеду завтра, разуверять ее в этом.

— Зачем? А вдруг поссоритесь? Да еще, в такой день…

— Какой, такой⁈ Обычный день. Всего то, тридцать два года исполнится, даже не юбилей…

Я весело подмигнул Гуле и пошел к себе в убежище.

…

Рано утром, надев свой лучший костюм и купив цветы для матери Сабины, я стоял у их двери требовательно нажимая кнопку дверного звонка.

То, что меня пригласят позавтракать было неожиданным бонусом. На сегодняшний день у меня не было никаких четких планов. Решил отдаться на волю случая. Единственным условием было провести этот день с моей девочкой. С Сабиной.

Ее улыбка дала мне надежду, что мой план может и сработать.

Сабина села напротив меня за столом и молча завтракала, макая тост с джемом, в свой кофе.

Молчание прервал Густав.

— Лука… У вас есть какие-то вопросы к нам или к Сабине?

— Да.

Он выжидающе посмотрел на меня. Я протянул руку к тосту Сабины и откусил его, при этом, перехватив ее взгляд.

— Сабина, я намерен провести этот день с тобой. Как ты смотришь на небольшую прогулку?

Малышка подняла на меня глаза и молчит. Вижу по ее взгляду, что сейчас ее сознание разрывает одновременно и гнев, и радость, и любопытство.

Внезапно, хоть и ожидаемо, мама Сабины подала голос:

— Я против! Говорю это вам, как официальный опекун.

Густав растерянно пожал плечами и сказал весьма здравую вещь:

— Ну… Прежде всего, думаю, девочка должна ответить. Сабина, ты хочешь этого? Ответь пожалуйста нам. Никто в моем доме не заставит тебя согласиться на то, чего ты не хочешь.

Вместо нее, снова ответила Марина.

— Без разницы, что думает моя дочь. Она никуда не поедет с этим человеком. Как опекун я имею право запретить ей. Напоминаю, восемнадцать ей все еще не исполнилось.

Я встал из-за стола и поблагодарил их за завтрак. Затем, обошел стол и сев рядом с Сабиной, смотрю на нее. Она повернулась и тоже на меня смотрит.

Взял ее за руку и крепко держу ее пальчики в своей ладони. Она не отняла своей руки, просто сидит молча и ждет, чем все это закончится.

Марина встала со своего места, явно намереваясь сказать очередной протест.

Я опередил ее. Встал и не выпуская руки Сабины из своей, говорю ее матери:

— Марина. Я пришел в этот дом открыто, в знак уважения к семье моей девушки. Но я не спрашивал у вас разрешения. Просто ставлю вас обоих в известность о моих планах, относительно меня и Сабины. Что до опекунства, не советую злоупотреблять моим щедрым жестом. Я могу отозвать опеку в любой момент. Мне известно о вас достаточно. Встаньте у меня на пути и я обеспечу вам завтрак не в этом милом доме, а кое-где похуже.

Мать села обратно на кресло и испуганно опустила глаза. Она правильно все поняла.

Я решил что нам с Сабиной, пора уходить. Говорю хозяину дома:

— Густав, благодарю за ваше гостеприимство. Обещаю, что верну Сабину домой не слишком поздно.

Густав ничего мне не ответил. Решительно встал со своего места и преградил нам путь. Спокойно повторил свой вопрос, глядя только на Сабину:

— Сабина, я хочу чтобы ты сама ответила. Ты хочешь пойти с Лукой или нет?

Она подняла глаза и закивала в ответ.

— Да, я хочу пойти с ним.

Густав отошел в сторону, вернувшись к жене за стол.

Я потянул Сабину за собой в коридор. Уже возле входа, она громко запротестовала.

— Лука, ты же не думаешь что я пойду на улицу вот так, в пижаме!

— Мне, все нравится…

Она закатила глаза и хлопнула меня по груди ладонью. Побежала наверх по лестнице, кинув на бегу:

— Буду через минуту!

Я перехватил ее возле перил. Схватил за руку и надел ей кольцо на палец.

— Ты потеряла его.

Сабина удивленно смотрит на свою руку с кольцом, затем, на меня.

— Это… другое кольцо…

Я киваю в ответ и улыбаюсь. Это кольцо, явно, понравилось ей. На большем не настаиваю. Даю ей самой решать, оставлять кольцо на пальце или нет. Вижу, хочет спорить, но промолчала. Не сняла кольцо, сжав пальчики крепче. Побежала наверх по лестнице переодеваться.

И та откровенная улыбка, что снова появилась на ее лице, сообщала мне, что день этот начался, как минимум, неплохо…