Сабина.

— Сабина, детка, через десять минут будем ужинать!

— Хорошо, я сейчас.

Голос Марины раздается из коридора. Ручка двери моей комнаты чуть прокрутилась и замерла.

Я в своем привычном стиле, заперлась на замок и теперь, она это поняла. Все затихло. Я выдохнула.

Марина старается, но слишком рано требовать от меня игры в дочки-матери. Не хочу врать. Не могу изображать то, чего нет. Она мне чужая. Возможно, время это исправит, но сейчас это так.

Сажусь в кресло и поджимая ноги под себя, включаю свой любимый трек в наушниках. Бросаю взгляд на свои руки и только сейчас замечаю его.

Кольцо.

Помолвочное кольцо, которое мне дал Лука в первый же вечер…

Я уже так привыкла носить его… Забыла оставить.

Невольно привыкла к этому символу потери свободы. Как окольцованная птица носила метку чужого дома потеряв надежду вырваться.

Касаюсь пальцами холодного белоснежного металла. Сияющие бриллианты переливаются, бликуя разноцветными огнями в свете ночника. Пытаюсь снять его и не могу. Не идет. Только с третьего раза получилось освободить себя от этой метки невольной невесты.

Задумалась. Не знаю где теперь его оставить. В этом доме для него нет места. И как вернуть, тоже, не представляю…

Снова звонок на мой мобильный. Я знаю кто это. Он в который раз звонит.

Это Андрей.

Ругаю себя за секундную слабость. Позвонила ему сразу, как только оказалась на свободе. Зачем? Не знаю.

Паника? Трусость? Попытка спрятать в прошлых отношениях мысли о другом мужчине? Возможно.

Я сама позвонила ему. Но как только услышала равнодушное с претензией «Да…» своего бывшего парня, пожалела о своем звонке, но все же выдавила из себя:

— Это я…

— Я догадался.

— Хм… это все что ты можешь сказать?

— Сабина, я писал тебе почти месяц. И ни единого, блядь, сообщения в ответ… Так с чего мне радоваться?

— Мне тебя пожалеть? Или ты заткнешься и девочкой, снова я буду?

В ответ он лишь хмыкнул. Я сбросила вызов и выругалась на себя.

«С чего я решила, что он обрадуется моему звонку? Почему ни разу не написала ему?»

У меня не было ответов.

За окном уже темно. Слушаю музыку, что на всю громкость орет в моих наушниках. Но я не слышу музыки. Я прячусь в ней. В моей душе сейчас такая путаница… И только в голове, все четко. Мои мысли ясны и в них только один человек. Но думаю я сейчас, не о своем бывшем парне. Совсем нет.

Я думаю о мужчине которого так привыкла ненавидеть, что уже свыклась с его постоянным присутствием в моей жизни.

Лука.

«Где он? Уже дома? Почему не звонит? Почему не ищет меня? Почему не стучит во все двери, требуя вернуть меня назад, в его дом…»

Смотрю на свой безымянный палец без кольца и касаюсь своих губ. Вспоминаю сегодняшний день и то безумие, что произошло между нами в его машине, неподалеку от ипподрома.

Вспоминаю хмурый взгляд его темно-зеленых глаз, что скользит по моему лицу. Его руки, что так цепко и не колеблясь обнимали меня, прижимая к его сильному телу. Его губы с легкой усмешкой… Мягкие и горячие, что целовали так нежно, что не ответить на его поцелуй я не могла.

Но не было в этом порыве и секундного ощущения неприязни. Мы оба поняли это.

Почти одновременно эта мысль пришла нам в голову. Сразу же, после первого поцелуя. Посмотрели друг другу в глаза и поняли. Все что было между нами недосказанного, исчезло. Но теперь, нечто неконтролируемое и пугающее, посильнее прежней вражды вошло в нашу жизнь… То что я увидела в его глазах напугало меня. Спешила поцеловать его, чтобы не думать ни о чем больше.

Мы оба были так заведены, что совершенно потеряли контроль. И без этого, все зашло довольно далеко…

Лишь громкий сигнал телефона привел нас обоих в чувство.

Лука нехотя ответил на звонок, по прежнему крепко прижимая меня к себе. Он был зол, что его прервали и отвечал кратко, стараясь восстановить дыхание.

Ответил: «Наберу чуть позже, ничего не предпринимайте» Выключил телефон и едва слышно, выругался в сторону.

Я сидела у него на коленях и мои руки по прежнему обнимали его шею.

Мне не было неловко. Мне было хорошо.

Но с каждой секундой после отрезвляющего сигнала телефона, я все больше думала о том, что именно здесь происходит, приходя в себя после временного помешательства.

«Я что, сошла с ума? Что я делаю у него на коленях? Зачем я позволила этому зайти так далеко?»

Чувствую его проницательный взгляд на моем лице, но отвожу глаза. Лука аккуратно пересадил меня обратно в кресло. Наклонившись ко мне, он нежно провел ладонью по моему лицу, поправляя мои непослушные волосы, что падали мне на глаза.

— Мне придется уехать ненадолго, но я очень скоро вернусь. Сейчас, я отвезу тебя домой. Взял бы тебя с собой, но там тебе будет очень скучно.

— Эта встреча, не будет… как тогда?

Лука понял что я имею в виду, ту его драку с бугаями на стройке.

— Нет, мне нужно заехать на одну из моих точек СТО. Там какие-то разбирательства с властями. Неожиданная проверка. Я собственник, без меня они не могут начать.

— Сейчас уже четыре, очень странное время для проверки…

Лука закачал головой, усмехнувшись. Сделал непринужденное выражение лица, но я ему не поверила.

Он выдохнул и молча завел машину. Мы ехали домой не глядя друг на друга и почти не разговаривая. Но и без этого, все наши мысли были таким громкими.

Прежде чем я вышла, почувствовала тепло его руки на своей. Лука намеренно коснулся кончиков моих пальцев когда я открывала дверь, задержав мою ладонь в своей.

Оглянулась. Секунду задержала свой взгляд на его лице, но смутившись, тотчас вышла из машины, так ничего и не сказав.

Он уехал, а я вошла в дом.

Зашла в свою комнату и не села, а рухнула в кресло. На минут пятнадцать просто зависла в воспоминаниях, закрыв ладонями лицо.

Я была смущена, сбита с толку и… ужасно зла. На себя.

«Какого черта я так все запутала?»

В кармане куртки завибрировал телефон.

Марина.

«Дочка, мы у ворот. У нас постановление судьи на право опеки. Все документы на руках, но нас не пропускает охрана этого Гасанова. Постарайся выйти ко мне. Я увезу тебя сейчас же!»

Смотрю на это сообщение и понимаю, что время для рефлексии прошло. Вот и решение.

«Остаюсь или ухожу?»

Долго думать я не стала. Схватила рюкзак с вещами, свои наушники и помчалась вниз по лестнице, во двор.

Мой прежний ход за ворота, через вольер Ахиллеса был все также актуален.

Обняла на прощание радостного пса, скормив ему мой бутер.

— Ты был лучше всех, малыш. Я буду за тобой скучать…

Поднялась по крыше вольера и перемахнула через забор. Одно касание перекрытия внизу и я за воротами.

Вижу Марину. Она стоит возле машины и с ней рядом какой-то седовласый мужик. Они увидели меня, улыбаются.

Я тоже выдала некое подобие улыбки. Подыгрываю, чтобы смягчить момент первой встречи. Мне совершенно не весело. В моем сознании сейчас землетрясение, разрушающее меня всю изнутри. В голове пожар из чувства вины и непонятной тоски…

Бегу к ним. Марина обнимает меня и спешно уводит в машину. Почти сразу мы срываемся с места и едем на большой скорости прочь. Смотрю в окно как дом, в котором я провела последний месяц все быстрее удаляется от меня. Падаю в омут забвения, стирая эту главу моей жизни.

Марина что-то говорит, но я не слушаю ее. Обрывки фраз долетают до сознания: «у тебя отдельная, самая красивая комната…», «Густав, молится за нас с прихожанами…», «большой двор с садом…».

Переспрашиваю ее:

— Прихожанами? Что за прихожане?

— Мой муж, Густав — пастор. Лютеранский священник, проповедник. Сейчас он со своими прихожанами остался в кирхе, чтобы молиться за исход нашего дела. Ты его увидишь, он очень хороший человек!

— Хм… Он священник⁈

— Да, но в лютеранстве, все проще. Любой достойный муж паствы может быть рукоположен в священники. Я и сама теперь принадлежу к его вере, разумеется.

— И ты, теперь, жена священника или как?

— Жена пастора. Да. Чем горжусь и очень счастлива. Всю жизнь сокрушалась, что не была замужем. Вот, дождалась свое счастье. Я же не вышла замуж за твоего отца. Иначе, Густаву не разрешили бы жениться на разведенной.

— Ясно и что это за… кер… кирка?

— Кирха. Наш храм. Хотя в нашем случае, это скорее, дом для духовных собраний. Небольшой, но светлый и просторный.

После слов Марины, я серьезно так разволновалась. Она оказывается теперь, в какой-то религиозной секте. И я, похоже, попала заодно вместе с ней к этому сектанту-пастору…

— И… что вы в этой… Кирхе делаете?

— Сабина… у тебя такой взгляд испуганный, словно мы секта какая-то! Лютеранская церковь одна из старейших. Обычный приход, где мы молимся, слушаем проповедь, поем, играем на музыкальных инструментах. Но главное, слушаем и слышим друг друга. Как захочешь прийти, мы будем рады.

— Нет-нет, я пас. Это не мое. Я не религиозна. А твой муж не будет против, если я не буду ходить, в эту… кирху?

— Густав, терпеливый, умный и очень добрый человек. Он все понимает. Мы — семья. Никто тебя ни к чему не собирается принуждать. Как я и сказала, у тебя своя отдельная комната, где тебя никто не будет беспокоить. Пошли, покажу тебе ее и заодно, весь дом.

Скромный, двухэтажный дом окруженный небольшим садом, был словно зажат с обеих сторон высотками и другими коттеджами. В конце улицы было невысокое каменное здание с высоким крестом. Вероятно, это и есть их кирха.

Прошлись с Мариной по дому. Небольшой, но уютный.

На полке в гостиной, фото мамы с этим Густавом. Выглядит лет на пятьдесят с небольшим. Высокий, светлоглазый и почти лысый. Везде улыбается. Обнимает Марину на всех фото. Выглядят счастливыми. Здесь и мои фото есть. Два. На одном, мне около года и я у нее на руках. На втором я в бассейне, здесь, мне около семи.

Через час пришел Густав. Марина права, он оказался довольно приятным в общении. Хорошо говорит по-русски, с акцентом, но совсем небольшим.

Он рассказал о них, я рассказала о себе…

Густава заинтересовали мои занятия плаванием. Спросил не хочу ли я продолжить это. Оказалось у прихода есть спортивный центр с огромным бассейном. Я ответила что подумаю, но призналась, что мне ближе конный спорт.

Он одобрительно закивал.

— Лошади прекрасные существа. Я рад что ты находишь время для саморазвития, это очень похвально.

В этот момент мой телефон зазвонил. Я взглянула на номер и сбросила вызов. Андрей не унимался. Густава заинтересовал мой хмурый взгляд.

— Прошу прощения, Сабина, это твой молодой человек?

Я переглянулась взглядом с Мариной. Она тотчас жестом руки остановила Густава от расспросов. Тот погладил ее по руке, но ждал моего ответа.

Я выдохнула и нехотя, ответила:

— Да, это мой бывший парень. Мы расстались месяц назад. Но он, видимо, не понимает этого.

— Значит, осталось недопонимание. Можно мне поговорить с ним?

— Нет, извините!

В этот момент телефон снова зазвонил.

Я раздраженно смотрю на экран и сдаюсь. Протягиваю Густаву свой телефон.

Тот поздоровался и перекинувшись парой фраз, неожиданно, пригласил Андрея к нам на ужин.

Я сижу бледная и раздраженная.

Густав вернул мне телефон и сказал:

— Иногда мы тратим годы, чтобы не замечать проблемы. Их скорейшее, мирное решение, поможет всем. Для этого, мы здесь с тобой.

Я пожала плечами и согласилась. Хуже, точно не будет.

Марина накрыла на стол. Андрей приехал через полчаса. Вошел в гостиную и сразу встретился взглядом со мной.

Густав вышел вперед и протянул ему руку.

— Я — Густав, отчим Сабины. Это ее мама, Марина. Я слышал, что вы, Андрей, спортсмен. Капитан команды. Волевой человек, способный объединить многих, это достойно уважения. Приглашаю разделить с нами этот ужин, приготовленный руками моей любимой жены. И вы, расскажете нам больше о себе.

Я стояла с офигевшими глазами, так же как и Андрей. Он топтался на месте и переводил взгляд с праздничного стола на меня, затем, на тех двоих.

Перед ужином Густав произнес краткую молитву и мы приступили к ужину. Первые минут десять, беседа не клеилась, но хозяин дома своевременно задавал темы для беседы. К концу ужина мы даже смеялись, слушая про его поход в горы.

После ужина, Густав отвел Андрея в сторону и о чем-то поговорил с ним.

Андрей вернулся назад, с покрасневшим лицом, но довольный.

Он поблагодарил Марину за ужин и позвал меня на улицу на крыльцо.

Мы вышли и он утянул меня подальше от окон, в угол.

— Сабин… Ты прости, что я повел себя как козел.

— Андрей, не стоит. Я все понимаю. Это был справедливый наезд…

Он взглянул на меня сверху вниз и покачал головой, улыбаясь.

— Ты офигенная с этим каре… еще горячее. Детка, я так скучал…

— Андрей… я тебе никогда не врала и сейчас, не буду. Пригласить тебя на ужин, была не моя идея. Не хотела бы…

Он закивал головой, пятясь назад. Побледнел, кусая раздраженно губы.

— Все норм. Мне и Густав этот сказал, чтобы я уважал «твое право на личное пространство…».

— Он так сказал?

— Угу… Не, норм мужик. Он мне понравился. И ужин этот, все было круто. Всегда хотел пообщаться с твоей семьей.

— Они мне не семья.

Андрей посмотрел пристально на меня и покачав головой, сказал:

— Ты уверена? А вот мне показалось, иначе. Извини, Сабин, но мне кажется ты слишком быстро принимаешь решения, боясь лишиться мифической свободы. Никто у тебя ее не забирает. Ладно, пошел я. Твой характер при тебе, как я вижу… Я чего звонил. У нас полуфинал будет в эту субботу. Этот твой Густав сказал, что они с твоей матерью, придут меня поддержать. Ну, а ты, если захочешь прийти… Буду рад.

— Когда ты успел им рассказать про полуфинал?

— Сабин, я за ужином только об этом и говорил…

— Уфф… Извини, видимо, я задумалась в тот момент.

— Ладно… Обнять я тебя могу перед уходом? Или это запрещено и гореть мне в аду?

Я усмехнулась и согласно закивала головой.

Андрей прижал меня к себе и я растаяла. Погрузилась в приятное тепло такого привычного мне запаха его парфюма, что у меня закружилась голова. Ощущаю как его руки все сильнее прижимают меня к нему и не останавливаю его. Прижалась щекой к его плечу и громко выдохнула.

Андрей наклонился ко мне и поцеловал меня в макушку, чуть задержав свои губы на моих волосах.

— Сабина, ты уверена, что не хочешь чтобы я…

Андрей не договорил. Замолчал, осекся.

Я подняла глаза на него. Вижу, что он смотрит поверх меня куда-то в темноту. Я не поняла что произошло и почему он так замер, вдруг. Повернула голову в сторону дороги и только в этот момент заметила его.

Лука.

Он вышел из своей машины и смотрит на нас двоих из темноты сумерек.

Поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Наш безмолвный диалог длится всего пару секунд.

Из дома вышла Марина. Следом, вышел Густав. Глядя на Луку и приехавшие следом автомобили, он произнес серьезным тоном:

— Сабина, детка, зайди пожалуйста в дом со своим другом…

Андрей не стал возвращаться в дом вместе со мной. Он махнул мне на прощание и поспешил к своей машине, мрачно оглядываясь на Луку.

Я вошла в дом и побежала в свою комнату. Хватаю ртом воздух, потому что от волнения мне нечем дышать.

Из моего окна как раз открывается вид на улицу и дорогу. Марина и Густав уже говорят с Лукой и его юристом. Подъехали еще какие-то люди, несколько машин.

Я смотрю с тревогой на улицу, опасаясь, что сейчас начнется нечто невообразимое. Но я ошиблась.

Все закончилось неожиданно быстро. Юрист взял все документы и закивал в ответ на то, что ему сказал Лука. Они оба скрылись в машине и через пару минут они уехали. Следом за ними, уехали и остальные. Никого не осталось, словно и не было их.

Марина выглядит растеряной. Явно не ожидала такого развития событий. Смотрит на мужа и удивленно пожимает плечами. Негромко что-то говорит Густаву, он ее обнимает. Через минуту они оба вернулись в дом.

Я вышла из комнаты и спустилась к ним в гостиную.

Марина увидела меня и подбежала ближе, говоря на ходу:

— Дочка, все закончилось! Это так странно… Гасанов, тот, приехал с новым решением судьи, отменяющим мое право опеки. Не один приехал, с участковым, адвокатами и своими головорезами… Я так испугалась, что он заберет тебя! Но внезапно, он почему-то передумал. Согласился подписать отказ от опекунства. Наверное, это от того, что Густав поговорил с ним. Он понял тебя, дорогой…

Густав закивал и обнял Марину, успокаивая ее.

Я развернулась и пошла в свою комнату.

Только когда закрыла дверь, я села на пол и закрыла глаза.

«Он отпустил меня…»

И я прекрасно поняла, почему.

Ну, что ж, как минимум, я свободна.

Но думаю я не об этом.

А о том, как Лука смотрел на меня… Тот его взгляд, когда он увидел меня в объятиях другого мужчины. Тяжелый, безумно тяжелый, тянущий в такую тьму, где нет надежды.

У меня сердце заполнило грудину. Нечем дышать. Делаю вдох. Еще один. Открыла поскорее балконную дверь, легла на пол и дышу холодным весенним ветром.

Пролежала так около получаса. Внезапно, в тишине ночи, я услышала едва различимый шорох колес автомобиля. Он остановился у нашего дома.

Я приподнялась взволнованная.

«Лука!»

Это его авто. Я не спутаю этот звук, ни с чем. Много раз я слышала его, когда Лука возвращался поздно ночью…

Выглянула вниз.

Он.

Но не выходит.

«Почему он не выходит из машины⁈»

Из дома снова вышел Густав. В халате поверх пижамы.

Лука вышел из машины навстречу. Передал ему папку и какой-то большой пакет.

Густав одобрительно закивал и прощаясь, протянул ему руку. После секундного колебания, Лука пожал его руку. Кивнул и пошел обратно. Скрылся в своей машине и через секунду уехал.

«Это и… все. Конец? Он просто отпустил меня?»

Смотрю вниз, стоя на балконе и меня душат слезы. Теперь их так много, что моим глазам не вместить их.

Слышу стук в дверь. Это Марина.

— Доченька, ты не спишь?

Я прошла к двери и нехотя открыла ее.

Она вошла и не сдерживая эмоций стала тараторить:

— Он подписал! Все подписал! Гасанов отказался от опекунства. Больше не увидим его бандитскую физиономию! Он позвонил Густаву сам. Привез документы и уехал. Ах, да… Гасанов, передал тебе какой-то пакет. Я хотела выкинуть. Чтобы ничто не напоминало тебе о жизни там. Но Густав настоял, чтобы я отдала его тебе. Сказал: «Сабина имеет право выбирать сама, каким путем ей следовать по жизни». Ни слова не дает мне сказать. Ох, люблю его…

— Ма, твой Густав, классный. Мне он понравился.

Марина удивленно смотрит на меня. Замерла и молчит.

Я не поняла что случилось, переспрашиваю:

— Что не так?

— Ты впервые сказала мне «Ма»…

Она осторожно коснулась моей руки и улыбнувшись, вышла.

Я закрыла за ней дверь и держу в руке пакет.

Открыла его.

Мои сапоги для верховой езды.

Смотрю на эти сапоги и отчего-то дурацкие слезы сами закапали из глаз, падая вниз.

Откинула пакет в сторону и как была, прямо в одежде легла на кровать. Включила телефон. Тотчас, замерла с улыбкой.

На весь экран морда Ахиллеса. Подборка от приложения. Лучшие фото месяца. Усмехнулась, вытирая слезы.

Помню как снимала это. Такой день был солнечный. Смеюсь, рассматривая его мордаху довольную.

На одном фото я задержала взгляд. Там, сзади. Мне кажется или… Нет, точно.

Лука.

Увеличила фото и смотрю на него.

Он, видимо, ненадолго вышел из своего любимого укрытия. Стоит в двери и смотрит на нас с Ахиллесом. Я и не заметила его, когда играла с псом. Сняла случайно.

Стоит в своей дурацкой футболке «с халком». Пьет кофе и… улыбается, глядя на нас с псом.

Невероятно. Никогда я не видела его таким. Искренним и счастливым…

Смотрю в темноту, делаю глубокий вдох и закрываю глаза. Прижимаю к себе телефон и засыпаю…