Март. Южная Корея. Сеул.

Весна осторожно входила в город.

Прохладный ветер свободно гулял между стеклянными башнями Каннама, перебирая кроны деревьев, где только начинали раскрываться первые нежно-розовые цветы. Улицы постепенно наполнялись людьми — кто-то торопился на работу с бумажным стаканчиком кофе в руках, кто-то уже сидел в маленьких кофейнях, наслаждаясь спокойным утром, а где-то вдали слышалась тихая мелодия уличного музыканта.

Я наблюдала за городом через окно автомобиля и никак не могла избавиться от тревоги.

Телефон снова оказался в моих ладонях.

23 марта.

До дня рождения Айлы оставались считанные часы.

Палец сам коснулся её имени. Гудок. Ещё один. Я вслушивалась в каждый звук так внимательно, словно между ними могла прозвучать её тихая улыбка.

Тишина. Связь снова оборвалась. Я медленно опустила телефон на колени и прикрыла глаза.

Странно.

Айла никогда так долго не исчезала. Даже если полностью уходила в работу, всегда находила несколько секунд, чтобы написать короткое сообщение. Одно слово. Одну строчку. Этого хватало.

Сегодня экран молчал.

Я тяжело выдохнула и набрала другой номер.

— Алло?

Тёплый голос Нейели мгновенно согрел сердце.

— Ты смогла дозвониться до Айлы?

Несколько секунд молчания.

— Нет... Я тоже весь день пытаюсь.

В груди неприятно защемило. Ладонь сама потянулась к волосам — несколько русых прядей давно выбились из причёски, и я машинально начала распутывать их пальцами.

— Думаешь... она могла обидеться? Мы обе улетели к своим семьям, а она осталась одна в Бостоне...

В трубке прозвучал тихий смешок.

— Юна... Ты же знаешь Айлу лучше многих. Она никогда не станет обижаться из-за таких вещей.

Конечно. Я знала.

Наверное, именно поэтому тревога казалась ещё сильнее. Она появлялась без причины, без объяснений — словно инстинкт тихо предупреждал меня об опасности.

— Я забираю её подарок, — негромко сказала я.

— А я уже лечу в Бостон. Ночью увидимся.

На губах сама собой появилась улыбка.

— Хорошо. Береги себя.

Экран погас. Я ещё несколько секунд смотрела на собственное отражение в тёмном стекле.

Почему же мне настолько неспокойно?..

— Мы приехали.

Голос двоюродного брата вывел меня из раздумий. Автомобиль плавно остановился перед ювелирным бутиком. Высокие витрины отражали весеннее солнце, превращая фасад здания в огромное зеркало.

Стоило открыть дверь машины, как прохладный воздух коснулся лица.

Обычный человек почувствовал бы аромат кофе из соседней кофейни, свежей выпечки и влажного после ночного дождя асфальта.

Мир кумихо пах иначе.

Я вдохнула полной грудью — медленно, давая нюху время разобрать каждый слой. Золото и платина, холодноватые и немного острые. Под ними — мягкая сладость цветочной пыльцы фейри. А следом, едва уловимо, — тёплое сияние защитной магии, которая окутывала всё здание невидимой вуалью, как запах ладана, который чувствуешь ещё на подступах к храму.

Уголки губ сами поднялись вверх. Это точно был нужный магазин.

Дверь открылась почти бесшумно. Тихо зазвенел хрустальный колокольчик.

— Добро пожаловать.

За стойкой стояла молодая девушка в строгом чёрном костюме и белых перчатках. Её движения были настолько плавными, словно она репетировала их долгие годы.

Я приблизилась к стойке.

— Доброе утро. Моё имя Ким Юна. Я оформляла индивидуальный заказ.

Девушка легко поклонилась, провела пальцами по экрану планшета и почти сразу улыбнулась.

— Одну минуту.

Она подняла взгляд — и иллюзия рассыпалась золотистой пыльцой, осев на воздухе лёгким мерцанием. Передо мной стояла фейри. Длинные светлые волосы мягкими волнами лежали на плечах, за спиной мерцали полупрозрачные золотые крылья, а заострённые ушки выглядывали из причёски.

Красивая. Очень красивая. Наверное, поэтому люди так редко замечают фейри — их магия заставляет видеть лишь то, что кажется привычным.

— Госпожа Ким.

Я едва заметно кивнула. Моя собственная иллюзия тоже растворилась — из русых волос показались белоснежные лисьи ушки, а следом за спиной медленно раскрылись три пушистых хвоста.

Фейри тепло улыбнулась.

— Сегодня прохладно.

Я тихо рассмеялась.

— Всё-таки март.

Она хлопнула в ладони. В воздухе вспыхнули золотые искры, и через мгновение в её руках уже лежала бархатная коробочка глубокого синего цвета.

— Ваш заказ готов.

Я открыла крышку.

Внутри лежали серьги — небольшие, изящные. Платина тонко переплеталась вокруг бриллиантов в форме звёзд, напоминавших прозрачный лёд. Именно такими я их и представляла — здесь явно не обошлось без магии мастера.

Айла почти никогда не носила украшений. Сколько её ни уговаривала бабушка, всё заканчивалось одинаково.

«Без них удобнее».

Наверное. Но мне очень хотелось хотя бы однажды увидеть эти серьги на ней. Они удивительно подходили к её глазам.

— Спасибо... Они прекрасны.

Фейри улыбнулась так искренне, словно сама радовалась моему подарку.

Я рассчиталась, аккуратно убрала коробочку в подарочный пакет и вышла обратно на улицу. Весенний ветер мягко качнул мои волосы.

Впереди ждал аэропорт. А вместе с ним — Бостон. И встреча, которой я ждала уже несколько месяцев.

Только сердце всё ещё тревожно шептало одно и то же.

Айла... пожалуйста, ответь...

Брат уже ждал меня возле автомобиля.

Он, как и обещал бабушке, ни на шаг не отходил от машины — стоял, прислонившись плечом к двери, спокойно наблюдая за прохожими. В его руках дымилась чашка горячего кофе, а лёгкий мартовский ветер лениво перебирал тёмные пряди волос.

Увидев меня, он сразу заметил подарочный пакет.

— Всё получилось? — спросил он с мягкой улыбкой.

Я осторожно прижала коробочку к груди.

— Да.

Наверное, впервые за всё утро тревога немного отступила. Мне хотелось верить, что Айла улыбнётся, когда откроет подарок. Пусть совсем чуть-чуть. Пусть только уголками губ. Для неё это уже почти целая буря эмоций.

Брат открыл передо мной дверь автомобиля.

— Тогда поехали. До регистрации осталось меньше часа.

Я кивнула и устроилась на сиденье. Двигатель тихо ожил. За окном снова поплыли улицы Сеула.

Высокие здания постепенно сменялись широкими магистралями, развязками и мостами. Над рекой Хан медленно кружили чайки, набережная уже наполнялась людьми — одни спешили на работу, другие наслаждались прогулкой, совершенно не замечая, насколько удивительным был этот город.

Для обычных людей.

Я невольно улыбнулась. Стоило позволить своему истинному зрению проснуться, как привычный Сеул исчезал. По крышам домов легко перебегали ёкаи. Возле рекламных экранов спорили несколько молодых фейри. По мосту неторопливо шёл пожилой тролль в дорогом пальто, а прохожие проходили мимо, словно рядом никого не было.

Иллюзии Ассоциации работали безупречно. Люди видели только людей.

Я же ощущала куда больше.

Магия жила здесь повсюду — в воздухе, в камне, в пространстве между людьми. Запах каждой ауры был неповторим. Фейри пахли цветочной пыльцой и утренней росой. Вампиры — холодным железом, дорогими духами и ночным дождём. Оборотни напоминали запах хвойного леса после грозы.

А кумихо...

Наш запах невозможно перепутать. Белые лисы пахли первым снегом, жасмином и чем-то сладким, похожим на спелую грушу. Именно поэтому представители моего народа всегда легко находили друг друга даже среди миллионов людей.

Автомобиль плавно свернул к международному аэропорту. Стеклянное здание переливалось в лучах полуденного солнца.

— Юна.

Я подняла голову. Брат смотрел на меня непривычно серьёзно.

— Ты слишком сильно переживаешь.

Я тихо рассмеялась.

— Разве это настолько заметно?

— Очень.

Он немного помолчал.

— Интуиция кумихо редко ошибается. Но тревога ещё не означает беду. Иногда сердце просто скучает по дорогому человеку.

Я задумалась. Может быть. Очень хотелось в это поверить.

Мы остановились возле входа в терминал. Брат вышел первым и достал мой чемодан.

— Передавай всем привет.

— Обязательно.

Он крепко обнял меня — по-семейному, тепло, без лишних слов.

— Береги себя.

— И ты тоже.

Я ещё несколько секунд смотрела ему вслед, пока автомобиль не растворился в потоке машин. Потом поправила ремешок сумки, крепче сжала подарочный пакет и направилась к терминалу.

Стоило переступить порог аэропорта, как привычный шум большого мира накрыл меня целиком — голоса, шаги, объявления диспетчеров, смех детей, шум колёс чемоданов по гладкому полу. Где-то совсем рядом пахло свежей выпечкой, корицей и крепким кофе.

Люди жили своей жизнью. А между ними совершенно свободно двигались магические существа, скрытые тончайшими иллюзиями Ассоциации. Высокий дракон в человеческом облике разговаривал по телефону. Две русалки оживлённо спорили возле табло вылетов. Несколько молодых фейри смеялись, зависнув буквально в нескольких сантиметрах над полом. Никто из обычных людей даже не поворачивал головы.

Я спокойно подошла к стойке регистрации и протянула билет.

Девушка в форме приветливо улыбнулась — и глаза её едва заметно сверкнули серебром. Значит, тоже не человек.

Она быстро проверила документы и слегка поклонилась.

— Госпожа Ким, ваш рейс уже готов к посадке. Следуйте по зелёным навигационным огням.

Едва она закончила говорить, прямо передо мной в воздухе вспыхнула тонкая зелёная линия, которая мягко уходила вдаль, изгибаясь между людьми. Так Ассоциация направляла пассажиров магических рейсов.

Я поблагодарила сотрудницу лёгким поклоном и пошла вперёд.

Почему-то казалось, что этот полёт изменит гораздо больше, чем просто страну за окном самолёта.

Зелёная светящаяся дорожка мягко скользила над полом, огибая поток пассажиров, словно живая. Она вела меня через просторный терминал, где человеческий и магический миры существовали рядом настолько естественно, что порой казалось — иначе и быть не может.

Слева молодая семья провожала сына на учёбу. Женщина то и дело поправляла воротник его пальто, отец хлопал по плечу, стараясь скрыть волнение за улыбкой. Чуть дальше двое студентов оживлённо спорили, размахивая стаканчиками с кофе. Их смех смешивался с размеренным голосом диспетчера, объявлявшего посадку на очередной рейс.

Я снова улыбнулась. Люди всегда оставались людьми. Они не замечали, как совсем рядом, в нескольких шагах, проходила высокая драконица в длинном бежевом пальто, а над головами пассажиров бесшумно пролетала крошечная фейри, оставляя после себя едва заметные золотые искры.

Иногда мне казалось, что именно эта граница и делает наш мир таким красивым. Мы видим друг друга. Они — нет.

Я крепче прижала к себе подарочный пакет. Внутри тихо лежала бархатная коробочка с серьгами, и от платинового украшения исходило слабое, почти незаметное тепло — магия мастера ещё не успела окончательно рассеяться.

— Айла... — почти беззвучно сорвалось с губ.

Перед глазами всплыла её спокойная улыбка. Она наверняка снова скажет, что подарок слишком дорогой. Будет убеждать, что не стоило тратить столько денег. А спустя несколько дней я случайно замечу эти серьги на ней. Потому что Айла всегда так делала — сначала спорила, потом молча принимала заботу.

От этого воспоминания стало немного легче.

Зелёная дорожка привела меня к отдельному выходу на посадку. Здесь было удивительно тихо — никаких длинных очередей, лишь несколько человек ожидали приглашения на рейс. Все выглядели настолько безупречно, что обычный человек решил бы, будто оказался среди дипломатов или владельцев крупных компаний.

Наверное, отчасти так и было. Ассоциация редко отправляла магических существ обычными рейсами.

Я показала посадочный талон. Высокий мужчина в тёмно-синей форме внимательно посмотрел на меня, затем едва заметно поклонился.

— Добро пожаловать на борт, госпожа Ким.

Трап уже был готов. Весеннее солнце отражалось в серебристом корпусе небольшого самолёта, и прохладный ветер осторожно касался лица, пока я поднималась по ступеням.

Это был один из правительственных магических джетов — небольшой, изящный, практически бесшумный.

Стоило переступить порог салона, как меня окутал аромат дорогого дерева, свежесваренного кофе и лёгких цветочных духов. Внутри оказалось всего несколько кресел — просторных, отделённых друг от друга широкими проходами. Скорее уютная гостиная, чем салон самолёта.

Я на мгновение остановилась.

Дедушка... Кажется, ты снова решил меня удивить.

Тихо усмехнувшись своим мыслям, я сверилась с номером места и направилась вперёд. Когда подошла к своему креслу, шаг невольно замедлился.

Напротив уже кто-то сидел.

Женщина. На вид чуть старше меня. Фарфоровая кожа казалась почти прозрачной в мягком свете салона. Белоснежные волосы аккуратными волнами лежали на плечах. Чёрный брючный костюм сидел безупречно, подчёркивая прямую осанку. Она читала книгу, спокойно перелистывая страницы тонкими пальцами.

Я ещё не успела увидеть её лицо полностью, но нюх кумихо уже работал — медленно, внимательно, слой за слоем.

Холодный воздух. Чистый. Словно морозное утро после снегопада, когда ещё не ступала ни одна нога. И под ним — что-то совсем другое. Древняя магия, тёмная и спокойная, как глубокая вода. Очень сильная.

От этого запаха по спине медленно пробежали мурашки. Я осторожно заняла своё место, стараясь не привлекать внимания. В ту же секунду незнакомка закрыла книгу. Медленно подняла голову.

Наши взгляды встретились. Её чёрные глаза спокойно изучали меня — без угрозы, без улыбки, с таким неподдельным интересом, будто она уже знала обо мне гораздо больше, чем должна была знать незнакомка, впервые встретившая меня в самолёте.

— Ким Юна.

Мелодичный голос прозвучал спокойно, почти ласково.

Я только успела устроиться в кресле и подняла голову.

— Простите... Мы знакомы?

Женщина едва заметно улыбнулась. Улыбка была безупречной, красивой — но почему-то совершенно холодной. Она не согревала. Такими улыбаются люди, которые давно научились скрывать всё, что чувствуют.

В груди что-то едва заметно дрогнуло.

Этот запах... Я уже ощущала его раньше. Лёд. Морозное утро. Свежевыпавший снег. И ещё что-то — очень знакомое, почти на грани узнавания.

Думай, Юна. Думай.

Холод. Снег. Вода. Магия леса...

В этот момент рядом остановилась стюардесса и почтительно склонила голову.

— Госпожа Ли Сумин. Госпожа Ким Юна. Через несколько минут самолёт начнёт взлёт. Прошу пристегнуть ремни безопасности.

Ли...

Сердце пропустило удар.

Я медленно повернула голову. Женщина спокойно наблюдала за моей реакцией.

— Сумин, — произнесла она. — Да моё имя Ли Сумин.

Кровь словно отхлынула от лица.

Ли Сумин. Куратор Кореи.

Боже...мой...

Передо мной сидела женщина, имя которой знал каждый маг Азии. Спина сама выпрямилась, ладони легли на колени, голова склонилась в почтительном поклоне.

— Госпожа Ли... Для меня большая честь встретиться с вами.

Только не нервничай. Пожалуйста, Юна. Ты разговариваешь всего лишь с куратором.

Хотя... Это почти как встретить президента. Или даже выше.

Она тихо усмехнулась — будто прекрасно слышала каждую мою мысль. Я окончательно смутилась.

Взгляд госпожи Ли плавно остановился на подарочном пакете.

— Подарок?

— Да.

— Для кого?

На губах сама собой появилась улыбка.

— Для моей подруги.

Она некоторое время молча смотрела на меня — не пристально, скорее изучая, словно собирала детали, которых ей ещё не хватало.

— Скажи мне, Ким Юна. — Её голос оставался удивительно мягким. — Почему девушка, получившая приглашение в Гарвард, отказалась от него?

Я растерянно моргнула.

— Простите?..

— Ты получила прекрасные результаты экзаменов. Тебе предложили обучение, стипендию, прекрасное будущее. Многие в Ассоциации были уверены, что после выпуска ты займёшь должность стража порядка. — Она ненадолго замолчала. — Однако ты выбираешь Государственный университет Массачусетса.

Она слегка наклонила голову.

— Почему?

Откуда она всё знает? Даже отец никогда так подробно не обсуждал мою учёбу. Неужели кураторы действительно знают обо всех?

Я медленно опустила взгляд на свои ладони. Перед глазами возникли знакомые лица — Айла, Нейели, наши бесконечные разговоры, подготовка к экзаменам, обещание однажды вместе выйти получать дипломы.

Я тихо улыбнулась.

— У меня есть две лучшие подруги. Они учатся именно там. Мы всегда мечтали закончить университет вместе — надеть мантии, получить дипломы и одновременно подбросить выпускные шапочки в небо.

Я подняла глаза.

— Поэтому я отказалась. Отец предлагал мне другое будущее. Но это было моё решение.

Ли Сумин долго молчала.

— Семья... — Она произнесла это слово так тихо, словно пробовала его на вкус. — Пожалуй. Это достойная причина.

Я облегчённо выдохнула. И тут она спокойно спросила:

— Подарок предназначен Айле?

Я застыла. Пальцы сами крепче сжали ручки подарочного пакета.

— Откуда...

Она улыбнулась. На этот раз в её глазах мелькнуло едва заметное веселье.

— Юна. Ты только что сама подумала, что кураторы знают обо всех.

Я смущённо закрыла лицо ладонью.

— Простите... Совсем забыла. Ментальная магия.

— Верно. — Она слегка кивнула. — Причём одна из сильнейших.

После этих слов в салоне снова воцарилась тишина. Госпожа Ли открыла книгу и больше не произнесла ни слова.

А я смотрела в иллюминатор.

Под облаками медленно исчезала Южная Корея — стеклянные башни Каннама, петли рек, зелёные пятна парков между серыми кварталами. Всё это сжималось, становилось маленьким, уходило.

Мы летели в Бостон.

И с каждой минутой мне всё сильнее казалось, что эта встреча не была случайностью. Почему куратор Кореи направляется туда же, куда лечу я? Откуда она знает Айлу? Почему заинтересовалась именно мной?

Вопросов становилось всё больше. Ответов — ни одного. Я только крепче прижала к себе подарок и мысленно попросила:

Боже... пусть с Айлой всё будет хорошо.