За всю свою трудовую жизнь я всего два раза был в отпуске. Один раз съездил в санаторий в город Орджоникидзе, ныне Владикавказ, а второй… Вернее, это был мой первый отпуск.

Я работал в областной молодежной газете, мотался по области, собирая информацию, подрабатывал на радио и телевидении, писал для московских изданий: «Комсомолки» и журнала «Сельская новь», короче, вел бурную жизнь корреспондента областной газеты.

И вот в конце года мне предложили идти в отпуск. Была вторая половина декабря. Время, когда нормальные люди в отпуск не ходят. А я пошел, потому что законодательство велело: после одиннадцати месяцев работы должен наступить первый трудовой отпуск. Мне дали отпускные, и я пошел.

Сначала на вокзал, на пригородный поезд, потом пешком от станции в деревню Потеряйка, в которой вырос.

Это была большая деревня с почтой, клубом и магазином. За последние годы деревня еще больше разрослась за счет переселенцев из мест подтопления, когда поднимали уровень воды в водохранилище. Я завернул к тете Сане, прозываемой в деревне Горошиной за маленький рост. Тетка Саня жила одиноко, но неизменно держала большое стадо: корову, нетель, овец… В детстве я часто пас за нее скотину, когда подходил черед Горошины.

– В отпуск, значит, пошел? – спросила тетка Поля, оставляя бёрдо и принимаясь за самовар.

– Иду вот, – отвечал я довольный и гордый первым своим заслуженным отпуском, который мог использовать по своему усмотрению. – Как хотел…

Я напился чаю, прослушал последние деревенские новости, переоделся в валенки и полушубок и отправился дальше.

Мне нужно было пересечь поскотину, поросшую мелким можжевельником, под которым в грибные годы плотно мостились рыжики, потом по занесенной тропинке перейти реку Уломку, потом несуществующую деревню Заречье, от которой остались лишь несколько яблонь, все еще родивших летами мелкие кислые яблоки.

Потом нужно было пройти заливом в деревню Степаново, в которой многие годы был один-единственный жилой дом Вихревых. Деревня эта была окружена с трех сторон водой, двумя полноводными реками и одной маленькой речкой Почаевкой. И только узкий перешеек соединял Степаново с Заречьем.

Остальные домохозяева давно съехали из Степанова по причине его неперспективности, здесь не было не только дорог, но даже электричества.

Но зато была воля.

И видимо, она дорогого стоила.