На 67-й по счету день рождения своей матери Уокер подарил ей путешествие в Западную Европу. Это была ее первая поездка за границу, ставшая самым запоминающимся событием в жизни. 21 июня 1978 года Уокер и его мать прилетели в Рим. Потом они побывали в Неаполе, откуда переехали в Вену, где поселились в отеле «Хилтон». Уокер использовал посещение Вены с матерью, чтобы встретиться там со своим русским связным. Они совершили ставшую традиционной прогулку по венским улицам. Связной сказал Уокеру, что очень доволен качеством секретной информации, полученной от Уитуорта с тех пор, как его перевели на «Ниагарские водопады».

В декабре 1977 года Уитуорт передал Уокеру очередную порцию криптографических материалов на встрече в гостинице «Филиппинская площадь» в Маниле. Через трое суток Уокер вылетел в Чикаго, имея при себе фотопленки, на которых были запечатлены схемы шифраторов «KW-7», «KY-8», «KG-14», «KWR-37» и «KL-47», а также списки ключей к ним. В КГБ теперь могли читать военно-морские радиограммы, засекреченные с помощью этих шифраторов, в режиме реального времени.

По игривой манере поведения связного Уокер понял, что у того был приготовлен какой-то сюрприз. Получив обычный гонорар за шпионские услуги в 4 тысячи долларов для себя и столько же для Уитуорта, Уокер был ошарашен заявлением, которое торжественно сделал связной:

– В знак признания вашего выдающегося вклада в укрепление мира во всем мире вам было присвоено звание адмирала флота Союза Советских Социалистических Республик. Поздравляю вас, адмирал Уокер!

С гордой улыбкой связной крепко пожал Уокеру руку и в нарушение правил конспирации расцеловал его в обе щеки. На этом их встреча завершилась.

Следующим утром свежеиспеченный советский адмирал Уокер и его мать собирали вещи у себя в номере, намереваясь во второй половине дня вылететь из Вены в Нью-Йорк. Уокер решил, что настал подходящий момент времени, чтобы попросить свою мать об очень важной для него услуге:

– Ты же знаешь, что, занимаясь бизнесом, мне приходится перевозить большие денежные суммы. А в аэропорту и на борту самолета можно запросто встретить карманников и прочих мошенников. Поэтому я хочу попросить тебя о помощи. Ты могла бы надеть мой пояс с деньгами? Ведь никому и в голову не придет, что милая леди вроде тебя имеет при себе целое состояние. Как ты на это смотришь?

Естественно, что мать не могла отказать своему заботливому и любящему сыну в этой просьбе. Обрадованный Уокер тут же надел на нее пояс с деньгами, полученными от КГБ. Заметив, что мать в замешательстве поправляла топорщившийся свитер, он поспешил ее успокоить:

– Уже через минуту ты забудешь, что на тебе надет этот пояс.

Когда в нью-йоркском международном аэропорту таможенник спросил мать Уокера, будет ли она что-нибудь декларировать, то получил отрицательный ответ. Ей было позволено беспрепятственно миновать таможенный контроль. Уокеру, стоявшему в очереди за своей матерью, было приказано открыть чемодан для досмотра. Ему нечего было прятать, и он сделал это со спокойной душой и чистым сердцем. Мать и впрямь оказалась идеальным сообщником в шпионских делах сына. Не зря Уокер пригласил ее совершить совместное путешествие в Западную Европу.

13 августа 1978 года состоялась встреча Уокера с Уитуортом, прилетевшим из Сан-Диего в Норфолк, чтобы отдать фотопленки с криптографическими материалами, снятые на «Ниагарских водопадах». На сентябрь 1978 года была намечена тайниковая операция, в ходе которой Уокер рассчитывал передать русским фотопленки Уитуорта.

Во второй половине дня Уокер уединился с Уитуортом в кабинете у себя дома. С самого начала он знал, что рано или поздно настанет момент, когда Уитуорт заявит о желании завершить карьеру шпиона. Опасение быть разоблаченным должно было в конце концов возобладать над желанием крупно заработать преступным путем. Сложности шпионской жизни стали невыносимыми для Уитуорта. Но поскольку прежде он никогда с легкостью не принимал важные решения в своей жизни, то и сейчас медленно перешел к изложению сути дела. При этом казалось, что бело-сине-красные шторы в кабинете Уокера колебались в такт со сбивчивой речью Уитуорта под напором воздуха, выдуваемого кондиционером.

Неделю назад Уитуорт узнал, что «Ниагарским водопадам» предстоит заход в сухой док. Причина ему неизвестна, но он уверен, что это тайный знак для него. Нужно увольняться, пока не поздно. Срочно смываться со всеми полученными деньгами. Были для этого и другие причины. Уитуорт больше не хотел врать своей жене Бренде, что подрабатывает, участвуя в сверхсекретных военно-морских исследованиях. Эта ложь являлась для него источником страданий. А еще Уитуорту стало известно, что его друг Роджер Олсон собрался в кругосветное плавание. Может быть, следовало составить ему компанию? А вдруг это испытание, которое ниспослано Уитуорту свыше, чтобы познать жизнь во всей ее глубине? Поэтому он подал рапорт об увольнении в запас. В случае положительного решения Уитуорт покинет военно-морскую службу через год – в августе 1980 года. А вместе с ней оставит и свою шпионскую деятельность.

Уокер не стал спорить с Уитуортом, зная, что это только заставит его еще больше укрепиться в собственной правоте. Взамен он отдал Уитуорту толстую пачку пятидесятидолларовых банкнот на общую сумму в 12 тысяч долларов наличными – в качестве зарплаты агента КГБ за прошедшие 3 месяца. Уокер надеялся, что пачка будет выглядеть для Уитуорта еще более увесистой и внушительной по сравнению с его годовой зарплатой старшины, составлявшей 10 702 доллара.

Уокер холодно поинтересовался:

– Ну, и где ты теперь будешь служить?

– В центре военно-морской связи в Аламеде, – ответил Уитуорт.

– Я надеюсь, что мы продолжим наше сотрудничество до принятия окончательного решения по твоему рапорту?

– Только пока не будут оформлены документы о моем увольнении в запас.

Уокер прекрасно понимал, что пытаться с полной уверенностью предсказать, уволится ли Уитуорт с военно-морской службы или нет, было пустой затеей. Уокер уже давно размышлял по поводу поиска альтернативы Уитуорту и расширения масштабов своей шпионской деятельности с учетом сопутствующих рисков. Перейти к решительным действиям его побудило решение Уитуорта через год завязать со шпионажем. Но не только это.