Нелепо писать книгу о наивысших достижениях человечества и не упомянуть при этом начало освоения космического пространства. Казалось бы, об этом уже писано-переписано и сказано-пересказано. Только вот довольно часто приходится сталкиваться с тем, что «рядовые граждане» что-то, может, и знают, но им, занятым повседневными хлопотами, то есть, в сущности, выживанием, порою в самом прямом смысле слова, непонятно вовсе, зачем нужен этот космос. «Лучше бы пенсию повысили», – скажет иной вечный оппозиционер. «Земля плоская» или «Все скрывают, там полно пришельцев», – добавят вечные альтернативщики.

Распространять свои заблуждения или недостаточную компетентность на мир в целом – удобная позиция, беспроигрышная. Как ни поверни, остаешься в плюсе, а проблемы суть проделки недругов.

Но люди издавна мечтали оторваться от Земли и если не парить в свободном полете, то хотя бы глянуть на то, как все выглядит оттуда, с высоты намного выше парящих орлов. И выход на околоземную орбиту сначала спутников, а потом и человека, не говоря уже о последующем создании обитаемых орбитальных станций, вне всяких сомнений, великое достижение.

Не будем распространяться о том, что должны существовать некие возвышенные цели, мечты, для достижения которых нужны усилия тысяч людей. Освоение космических полетов – это еще и вполне конкретная, сугубо утилитарная польза. Когда первые романтики, как, например, знаменитый Константин Эдуардович Циолковский (1857–1935), скромный скромный калужский учитель, самоучка, чьи фантазии обосновали и стимулировали разработку оснований ракетно-космической техники, мечтали о космосе, – они заложили основу переоценки человечеством своего места в этом мире.

Один из последних руководителей советской ракетно-космической отрасли СССР Олег Дмитриевич Бакланов (1932–2021), с которым автору довелось некоторое время общаться, рассказывал, как в годы Великой Отечественной войны он, тогда совсем маленький мальчик в оккупированном Харькове, был вынужден жечь книги, чтобы не умереть от холода. Дров не было, он жег их, отрывая по одной странице. Среди этих книг попался и один из трудов Циолковского. Он тоже сгорел, но только после того, как замерзший и голодный подросток жадно прочитал при свете печки-буржуйки напечатанные на плохой бумаге строки. Так появилась мечта.

А в это время Сергей Павлович Королев уже проектировал свои ракеты. Мечта становилась реальностью – вопреки войне, разрухе, миллионным человеческим потерям и невероятному количеству трудностей.

И когда 4 октября 1957 года на орбиту впервые в истории вышел советский «Спутник–1», весь мир прислушивался к радиоэфиру, чтобы услышать его сигнал.

Почтовая марка СССР c изображением первого спутника. 1957 г.

Это было очень непросто, люди очень мало знали о космосе, о том, с чем там предстоит встретиться, как обеспечить безопасность и о великом множестве препятствий на пути наверх, пусть пока не к звездам, но…

И вывести на орбиту, пусть всего на один виток, корабль с живым человеком, с мгновенно ставшим знаменитым Юрием Алексеевичем Гагариным, спустя всего четыре года, 12 апреля 1961-го – это тоже был великий труд и великий подвиг.

Потом последуют новые удачи и неудачи. Не только советские люди научатся летать на ракетах и выходить на околоземную орбиту. Космонавты будут покидать корабли и выполнять работу в открытом космическом пространстве.

Но полеты в космос позволяли решить, повторимся, массу практических задач. Мы впервые увидели со стороны, как выглядит наша Земля на самом деле. Получили возможность получать сверхчистые материалы. Наблюдать за планетой и происходящим на ней. На деле список «плюсов» достаточно большой, и нужно быть квалифицированным специалистом, чтобы компетентно о них рассуждать. Увы, автор на это претендовать не вправе. Да и раздел этот получается не столько попыткой изложить хронологию событий, сколько эдаким эмоциональным выплеском.

Однако ведь столько уже о начале космической эры написано… Просто отметим для себя сам факт и восхитимся упорством и мужеством тех, кто добился этого.