Юля быстрыми темпами шла на поправку и уже готовилась к выписке. Сергей каждую свободную минуту старался проводить в ее палате, что ей только добавляло сил. Единственное, что ее огорчало: она никак не могла дозвониться до Тамары. Ее телефон был отключен. Сергей только разводил руками, когда Юля спрашивала его, что случилось с Тамарой? Он сам давно ее не видел, она ведь очень занята, помогая в расследовании убийства Натальи Евгеньевны.
На самом деле все было не так. Сергей прекрасно знал, что Тамара пропала. Она уже больше суток не выходила на связь. Ее уже активно искали, так как Дорожкин пустил в дело все свои связи, но пока безрезультатно. Тамара Грибаева словно сквозь землю провалилась. Даже вездесущие Денис и Леонид пока ничего не смогли раскопать.
Саня-Китаец места себе не находил, почему-то считая, что ее пропажа напрямую связана с теми, кто убил Величкину. Переживал, что после встречи в кафе не настоял на том, чтобы ее подвезти. Тогда бы ничего не случилось. В большом городе, где повсюду много камер, Тамару легко можно было бы обнаружить, но в Сосновске такого не было. Если только у здания администрации да возле крупных банков…
– Ох, какой же я дурак! – вскрикнул он, догадавшись о том, что причиной пропажи Тамары могли бы стать ее деньги. – Надо срочно проверить все банки.
Он позвонил Дорожкину, и тот незамедлительно поехал в полицию. Удивлению Олега Анатольевича не было предела, когда на записях с камер наблюдения, которые они стали просматривать вместе с Андреем Ивановичем, возле Центрального банка он увидел Наталку и Леонида Сергеевича Казьмина. Его он хорошо знал еще со времени дружбы с Геннадием Грибаевым.
– А он-то как оказался в Сосновске? – недоумевал Дорожкин. – И почему он с девочкой пошел в банк?
Теперь уже вопросы возникли у Андрея Ивановича:
– Да у нас, похоже, целый десант из Питера высадился. Что вообще происходит, Дорожкин?
– Сам ничего не понимаю, надо срочно узнать у директора банка, что Казьмин там делал.
Добравшись до автотрассы, Тамара выскочила на середину дороги и принялась махать руками перед проезжающими автомобилями. Игорь остался стоять на обочине. Машин было крайне мало, две на большой скорости пронеслись мимо, объехав машущую перебинтованными руками женщину.
– Ну что за люди? Почему не остановились? – возмущалась Тамара.
– Боятся, вот и не останавливаются. Мало ли что у нас с тобой на уме. Давай лучше я буду голосовать, а ты пока отойди подальше.
Игорь оказался прав. Не прошло и пяти минут, как возле него притормозили видавшие виды «жигули». Сидевший за рулем дедок согласился подбросить до отделения полиции молодую пару, лишившуюся и автомобиля, и барсетки с документами.
Тамара влетела в здание полицейского участка, ни капли не сомневаясь, что ей удастся немедленно связаться с начальником полиции Андреем Ивановичем, фамилии которого она, к сожалению, не знала. Однако дежурный, оценив ее довольно помятый вид и перевязанные бинтами ладони, не спешил:
– Гражданка, вы, часом, адресом не ошиблись? Вам, может быть, сначала в больницу обратиться, чтобы руки ваши осмотрели. И успокоительного бы дали…
– Да говорю же я вам, что меня похитили. А у этого парня, – Тамара указала пальцем на Игоря, скромно сидящего на стуле в углу коридора, – вообще машину угнали. Я сама из Петербурга прилетела недавно, моя фамилия Грибаева. Вызывайте Андрея Ивановича, побыстрее.
– А документы где? – дежурный начал закипать. – И вообще, проспитесь, гражданочка, для начала. От вас сивухой за километр разит…
– Да украли у меня все!!! И документы, и телефон, да еще и связали. Вы вообще работать собираетесь?
Тамара начала терять терпение и уже готова была перемахнуть через турникет, чтобы, минуя дежурного, самостоятельно найти кабинет начальства. Но тут дежурный поднял телефонную трубку и перевел взгляд на Игоря:
– Какой номер был у твоей угнанной машины?
Игорь ответил. И по вытянувшемуся лицу дежурного он сразу понял, что с его любимой тачкой что-то случилось.
Доехав на такси до Большого камня, Казьмин вышел из машины, погрозив Наталке пальцем. Они договорились, что девочка поедет в гостиницу и будет ждать его там. И как ни просилась Наталка выйти вместе с ним у Большого камня, он категорические запретил ей это делать.
Оглядевшись, Леонид Сергеевич прошел по узкой тропинке в сторону леса. Большой камень находился метрах в трехстах от дороги. Это, по сути, было целое каменное нагромождение. Самый большой – серый валун – намного выше человеческого роста, а в ширину еще крупнее. Рядом с ним находилась россыпь камней поменьше, сквозь них торчали кусты колючего кустарника, названия которого Казьмин не знал. Обойти вокруг этого природного скопления горной породы оказалось делом непростым – хаотично разбросанные камни, оплетенные ветвистым кустарником, представляли собой непроходимый участок. Нигде никого не было видно.
– Я на месте, где Тамара? – крикнул Казьмин в надежде, что его услышат. Если Тамара узнает его голос, то обязательно ответит. Или подаст какой-нибудь знак. Но вокруг было тихо.
Леонид Сергеевич присел на камень так, чтобы со спины к нему невозможно было подойти незамеченным, весь обратившись в слух. Понял, что Тамары рядом нет, но решил ждать. Достал из кармана телефон, чтобы свериться с картой, где находится. Но его ждал еще один неприятный сюрприз – мобильник был разряжен…
Глядя, как ловко медсестра орудует пинцетом, удаляя занозы из ладоней Тамары, Сергей подумал, какая же она терпеливая. Не поморщилась даже, когда пришлось обработать руки антисептиком, от которого щиплет раны.
После всего того, что ей пришлось пережить, решено было, что она полежит пару дней в больнице. Сергей настоял на том, чтобы ее разместили вместе с Юлей. Им это обоим будет только на пользу – Юля успокоится, что Тамара нашлась, а лихая амазонка отдохнет и наберется сил после недавно пережитого.
Машину не в меру доверчивого Игоря объявили в розыск, но пока никаких результатов это не дало. Судя по описанию, угонщиком был Викулов. Он же пытался убить Горниста, к счастью, ему это не удалось: несмотря на тяжелое ранение, тот уже пришел в себя после операции. Лежа в палате, он смотрел телевизор и с большим удовольствием поглощал пирожки, которыми всех трех пациентов подкармливала Нина Антоновна. Еще она приносила в термосе удивительно ароматный настой из алтайских трав, которым Горнист запивал пирожки, а потом погружался в спокойный продолжительный сон.
Но идиллия царила только в больнице. В кабинете начальника полиции Андрея Ивановича атмосфера была накалена до предела. Пока Викулов остается на свободе, он представляет собой серьезную опасность и его необходимо найти как можно быстрее. Кроме того, визит внезапно объявившегося в Сосновске и непонятно куда исчезнувшего Казьмина вызывал много вопросов. Он снял со своего счета десять миллионов и пропал. И вместе с ним пропала пятнадцатилетняя школьница, соседка Горниста, которую Тамара еще до своего похищения забрала в гостиницу. Все это наводило на мысль о том, что все события связаны между собой.
Денис с Леонидом носились по городу в поисках хоть какой-то зацепки: после объяснений директора банка стало ясно: деньги Казьмин снял для того, чтобы выкупить Тамару у Викулы. Но тогда почему он пропал? Тамара, к счастью, нашлась и находилась теперь под охраной, но что стало с Леонидом Сергеевичем и Наталкой, неизвестно. Его телефон был вне зоны действия сети, от Наталки также не было никаких известий.
Самая очевидная версия сводилась к тому, что Викула расправился с обоими, но, учитывая афганское прошлое Леонида Сергеевича, в это не особенно верилось. Если Викула смог раздобыть машину, значит, он мог увезти их в любом направлении, но угнанная машина ни разу не попала ни под камеры, ни в поле зрения сотрудников ДПС. Тогда где же их искать?
Дорожкин предположил, что Казьмин не связался с полицией, опасаясь, что Викула сможет расправиться с Тамарой. Он ведь не знает, что Тамара уже в безопасности, следовательно, выполняет инструкции похитителя, а тот просто водит его за нос. Оставалось только ждать известий. Очень хотелось, чтобы они были добрыми.
Сидеть на камне Казьмину надоело: он начал прохаживаться взад-вперед, боясь далеко отходить от условленного места. Позвонить вымогатель ему теперь не может, значит, явится на встречу именно сюда. Место было довольно пустынным, автомобили проезжали мимо, поэтому Леонид Сергеевич сильно удивился, когда на трассе остановился небольшой микроавтобус, из которого стали выходить люди, ведомые громкоголосым экскурсоводом. В группе было человек десять с небольшим, среди которых двое мальчишек младшего школьного возраста. Они сразу оторвались от группы и проскочили мимо Казьмина к зарослям кустов, видимо, захотели в туалет.
У бывшего спецназовца екнуло внутри – вот сейчас-то похититель и объявится. Он отошел подальше от объекта поклонения путешественников, чтобы получше их разглядеть. Но это оказалось непросто: говоривший без умолку гид ходил кругами вокруг каменных валунов, а вся толпа беспорядочно передвигалась вслед за ним. Вдруг Леонид Сергеевич почувствовал, что кто-то дергает его за рукав:
– Дяденька, вас там зовут. Вон, за тем большим кленом, – сказал один из мальчишек, выскочивший из кустов.
Казьмин посмотрел в ту сторону, куда указал парнишка, но никого не увидел. Заманивает, значит. Он подошел к дереву – никого. Оглянулся вокруг и увидел только качающиеся ветки большой разлапистой елки.
– Да выходи уже, хватит в партизан играть, – произнес он, тем не менее сомневаясь, что похититель слышит его.
– Положи деньги там, где стоишь и отойди на десять шагов, – услышал он мужской голос у себя за спиной. – И не оборачивайся.
– Где Тамара? – не послушав похитителя, резко повернулся на голос Казьмин.
И увидел, как на него падает высокий мужчина, за спиной которого виднеется радостная физиономия Наталки с огромной корягой в руках. Леонид Сергеевич машинально подхватил падающего.
– Здорово я его припечатала! – похвасталась довольная Наталка. – Давно хотела это сделать. Это ему за деда Горниста! А вот это за Тамару Геннадьевну!
И расхрабрившаяся девчушка отвесила поверженному Викуле пинок под зад. Леонид Сергеевич от души рассмеялся, а потом взялся за ремень, чтобы связать руки горе-вымогателя:
– Лихо сработано! – только и смог сказать он.
– Так за вами глаз да глаз нужен. Ну чисто как за моим батей после получки, – отшутилась Наталка. – А ремень для меня, что ли?
– Хоть ты и моя спасительница, но не помешало бы тебе навалять за то, что старших не слушаешь. Как ты здесь оказалась?
– Старших слушать не всегда надо. У меня было это… как его… предчувствие! Я отъехала на такси немного и решила, что не могу бросить вас одного. Вышла из машины и по кустам тихонько вернулась назад.
– Тут же кусты непролазные?
– Для вас непролазные, а я худая, просочилась, руки только сильно расцарапала. И хорошо, что по кустам лезла, – этот паразит проклятущий за вами наблюдал и не заметил, что я со спины к нему подкралась.
Леонид Сергеевич, перетягивающий ремнем руки лежавшему без сознания Викулову, схватился за голову:
– Представляешь, что могло быть, если бы он тебя заметил?
– Ну не заметил же! Я тогда деда Горниста без присмотра оставила, и он его чуть не убил. Не хотела, чтобы с вами такое случилось.
Наталка, прижавшись, обняла Леонида Сергеевича, который стоял молча, с трудом сглатывая комок, подступивший к горлу. Спустя несколько мгновений он сказал:
– Беги, Наталка, за телефоном к экскурсоводу. Звони Сане-Китайцу. – Он протянул ей бумажку с номером телефона, которую она так долго искала в гостинице. – Хорошо, что я ее в карман положил.
Наталка юркой ящеркой нырнула в кусты, и уже через две-три минуты Леонид Сергеевич услышал, как она звонким голоском требует у экскурсовода, ошалевшего от ее напора, срочно предоставить ей телефон для связи с правоохранительными органами. И затем раздались ее указания:
– Так, Саня, слушай сюда. Немедленно приезжай к Большому камню: мы с Леонидом Сергеевичем тут бандита повязали…
– Атаман-девица, хоть сейчас в спецназ на службу, – рассудил Казьмин, представив себе лица экскурсовода и всей группы туристов, увидевших девчонку с расцарапанными в кровь руками, которая внезапно выскочила из колючих кустов, отняла у руководителя группы телефон и начала раздавать приказы какому-то Сане из правоохранительных органов.
И он разразился таким громким, безудержным смехом, каким не смеялся, наверное, с бесшабашных времен своей юности.