Полковник Сахаров возлагал большие надежды на Ивана Терентьевича Лебедева, работавшего на судостроительном заводе под фамилией Зотова. Лебедеву тоже было дано задание: напасть на след Барона и раскрыть всю шайку врагов. Это он предложил начальнику одного из отделов Житкову разрешить Курганову забрать на дом чертежи «Соленоида», не без основания полагая, что Барон или кто-нибудь из его сообщников непременно узнает про то, что изобретатель работает над чертежами в гостинице. А если узнает, то непременно попытается выкрасть их или сфотографировать.

Так оно и случилось.

Нужно было договориться с полковником о методах дальнейшей работы, сообщить ему свои наблюдения, могущие оказаться полезными для других работников. Поэтому Лебедев попросил Сахарова приехать на завод. Для встречи был выбран кабинет главного инженера завода (Арбалетов был в курсе событий). К Арбалетову приходило много посетителей, поэтому встреча одного из работников завода с посторонним человеком не должна была вызвать подозрения у Барона – ведь он тоже работал на заводе и мог оказаться одним из начальников какого-либо отдела заводоуправления.

Жаль, Подоба не знала Барона в лицо, а то выдала бы. И на явочную квартиру он не пришел…

Чтобы не вызвать подозрения у Барона, Сахаров сказал Арбалетову, когда тот хотел оставить их с Лебедевым одних:

– Останьтесь, Максим Кириллович. Пусть все видят, что у нас тут нет секретов. Это очень важно. Прошу вас.

– Хорошо, Матвей Ильич.

– Итак, Иван Терентьевич, что вы хотите сообщить мне?

– Я выяснил, кто звонил Курганову. Звонила Галина Отрогова, кассирша городского парка культуры и отдыха. Невеста Курганова. Поэтому трудно предположить, что она связана с Томпсоном и нарочно отвлекла инженера от работы, от чертежей в тот вечер. Я выяснил, что Отрогова совсем недавно устроилась на работу и вообще недавно прибыла в Айлу. До этого она жила в Авророполе. Вот и все о ней.

– Надо будет сделать запрос о ней в Авророполь, – заметил Сахаров. – Я распоряжусь. Вы, Иван Терентьевич, не касайтесь этого дела, не отвлекайтесь. Другой вопрос, если вам по ходу выполнения основного задания опять попадется на дороге Отрогова. Тогда можете заняться ею, но опять-таки лишь в разрезе вашего задания. Ваша главная задача – это Барон.

– А Томпсон?

– И Томпсон, если он орудует на заводе. Изучайте людей завода, а об остальном не беспокойтесь. Кстати, Курганов и Отрогова не смогут узнать вас при встрече? Не выдали им себя?

– Нет, я был осторожен. Даже когда угонял лодку, они не могли видеть моего лица.

– Лодку угоняли? А зачем?

– Чтобы затянуть возвращение Курганова в гостиницу. Иначе он мог бы спугнуть диверсанта. Я вам не говорил об этом в первую встречу потому, что это не имеет особого значения.

– Как сказать… – заметил Сахаров. – Я беседовал с Кургановым. Он рассказал мне, я бы сказал, интересные вещи. Представьте, ему показалось, что за лодкой охотились двое. Да-да. Впрочем, сейчас мы установим истину. Курганов рассказал, что когда он с девушкой подходил к тропинке, идущей к лодке, то увидал под скалами на круче человека. Тут девушка вскрикнула, вероятно, от испуга, и человек моментально скрылся. А через несколько секунд Курганов увидал человека уже в лодке. Где вы были, когда вскрикнула Отрогова?

– Я уже был в то время в лодке, – насторожившись, ответил Иван Терентьевич. – Я слышал голос девушки, но подумал, что она испугалась меня. В бухточку я пробрался не по тропинке, а по узкой полосе суши, образовавшейся под обрывистым берегом.

– Вот видите. Кто-то еще хотел угнать лодку!

– Значит, сообщникам Строкера тоже было необходимо отсрочить возвращение Курганова домой, – заметил Лебедев. – Возможно, что работал сам Томпсон.