Малыш с ужасом обнаружил, что попал в ловушку. Он оказался заложником хищной Венериной Мухоловки. Внутри коварного цветка было влажно, жарко и скользко. И тот великолепный аромат, что так привлек его вначале, теперь превратился в тошнотворный запах. Кроме того, он почувствовал, что жидкость, которая раньше таилась в недрах растения, начала подниматься. От неё веяло жаром и гнилью, и страшные пузыри закипали в ней.

Малыш попробовал пошевелиться, но чуть не сорвался в кипящую кислоту, а та бурно заклокотала, предвкушая сытный обед. Стенки коварного лепестка были скользкими и влажными, и Фикус с трудом удерживался на весу, схватившись за один из клыков. Ему нужно было дотянуться до волшебного зерна и капнуть на него капельку воды, которую он предусмотрительно спрятал во фляжке.

Бурлящая жижа подбиралась все ближе, Фикус уже ощущал ее горячее дыхание своими пятками, еще чуть-чуть, и лава проглотит его… Малыш в испуге поджал ноги, покачнулся и… Маленькая шапочка, украшавшая его голову, упала в жадную жидкость. Та забурлила, запузырилась и принялась пробовать на вкус добычу. Шапочка показалась вполне сносной едой, и жижа отхлынула вниз, переваривая пищу.

Малыш несказанно обрадовался. «Сейчас или никогда», – понял он. Изловчился, выудил из кармана зерно, другой рукой вынул фляжку и капнул. Остальную воду вылил. Жидкость недовольно зашипела и ушла на дно.

И тут же раздался гром, засверкали искры, подул ветер.

– Кто вызывал меня? – пророкотал голос.

– Лотос! Лотос! – запричитал Фикус. – Это я!

– А, малыш! Я посмотрю, ты и минуты не можешь прожить без неприятностей! Нет, погоди, – вдруг задумался Лотос, – кажется, прошло больше минуты, с тех пор, как мы виделись в последний раз…

Голос умолк.

Тем временем лава оправилась от холодного душа и снова принялась облизываться и подбираться ближе к своей жертве.

– Лотос, умоляю! – простонал Фикус. – Где ты?

– Я считаю, – ответил голос, – хочу выяснить, сколько минут прошло с нашей последней встречи.

– Сейчас не время считать! – чуть не плача сказал малыш. – Я растворюсь в кипятке!

– Ну ладно, ладно, – сжалился волшебник. – Чем могу помочь?

– Вытащи меня отсюда!

– Ну хорошо, – согласился Лотос. – Но помни: у тебя осталось только одно желание.

Голос исчез вместе с искрами и ветром, и тут же клыкастые лепестки хищника со скрипом начали раскрываться и нехотя, с кряхтением выпустили малыша на свободу. Он проворно выскочил из лап коварного хищника. С удовольствием потянулся, вдохнул свежий воздух и даже зевнул. Но не успел он перевести дух, как послышался странный гул. Он приближался и становился все более явным. Вдали появилась черная туча, которая гудела и летела с невероятной скоростью. Еще через несколько секунд Фикус смог разобрать: тли! Тысячи летящих тварей приближались к нему и клацали зубами.

Малыш побледнел и схватился за голову:

– Что же делать? – в ужасе прошептал он. В панике огляделся. Вокруг него зияли раскрытыми пастями лапы хищницы, голодные и злые.

Малыш храбро выскочил вперед, прямо перед надвигающейся тучей.

– Сюда, сюда, глупые животные! – весело закричал он, размахивая руками. – Сюда, летающие твари! – дразнил он тлей. – Попробуйте, схватите меня, неповоротливые зубоскалы!

Тли бросались на приманку, а малыш ловко отскакивал в сторону, и тли попадали прямо в лапы хищника. Насекомые летели и летели, и каждый раз попадались на крючок. Вскоре все венерины мухоловки закрыли свои лапы-пасти и переваривали свою жирную добычу. Остальные тли, которые совсем не отличались умом, зато обладали чрезвычайной исполнительностью, остановились в нерешительности. Из стаи выделилась одна, сама крупная и самая страшная. Внимательно оглядев смелого Фикуса, тля облизалась и кинулась на листок, выставив вперед свои смертоносные клыки.

Но Фикус был проворным и хитрым. Он вытащил из-за пазухи хлыст – да, тот самый, что по ошибке прислал ему волшебник Лотос, когда малыш пытался выбраться из темницы. Взмахнул им и с силой ударил паразита по крыльям. От неожиданности и боли тварь потеряла равновесие и рухнула наземь. Остальные тли, стоявшие позади, издали странный звук, похожий на вздох.

Через несколько мгновений тля, отряхнувшись и отдышавшись, вновь взмахнула крыльями и бросилась на Фикуса. Но тот опять не растерялся и хлестнул летающего врага плетью. Тля снова повалилась, беспомощно раскинув крылья. Стая издала вполне явный стон.

Теперь возвращение поверженного насекомого заняло добрую четверть часа. Тля долго трясла крыльями, мыла лапками морду, плевала зловонной слюной. Наконец, тяжело дыша, она полетела вверх, намереваясь разделаться с дерзким мальчишкой. Но не успела она толком набрать скорость и выставить клыки, как произошло удивительное: малыш ловко взмахнул хлыстом, подцепил крылья тли и стянул их в узел. Потом проворно вскочил ей на спину и схватил за усы.

В стае послышались всхлипы, нервный рокот и испуганный гул.

А Фикус тем временем поудобнее устроился на спине у тли, больно дернул ее за усы и развязал крылья. Тля взлетела. Малыш дернул за усы вправо – тля полетела вправо; влево – полетела влево. Вскоре Фикус научился великолепно управлять своим летающим конем.

Оставшиеся насекомые, в ужасе глядя на то, что случилось с их вожаком, организованно развернулись и стройными рядами полетели назад, к Господину Министру.