Я вдруг открыл для себя – в который раз! – как недавно было все, что на стыке веков кажется замшелой древностью. Мой отец родился в Иркутске в 1919 году – при Колчаке! Наверное, какой-нибудь супербдительный кадровик в иные времена мог засчитать ему это как компрометирующий материал. А вот дед – Андрей Иванович Черкашин, красноярский казак, неспроста сгинул на каких-то принудительных работах в якутском краю. Да и семеро красноярских Черкашиных проходят по расстрельным чекистским спискам. Колчаковцы?

Много раз собирался съездить на отцовскую родину, отыскать место, откуда взмыла в небо душа адмирала. За меня это сделал мой коллега по «Комсомольской правде» Н. Савельев.

РУКОЮ ОЧЕВИДЦА: «На месте расстрела Верховного правителя сейчас валяются пустые разбитые ящики, какие-то грязные свертки и банки. Проруби, как и льда на Ангаре, теперь нет. Уже давно из-за ГЭС река лишена своей естественной жизни. Было холодно, зябко, а от реки валил густой пар. И ничто и нигде не напоминало об этом человеке. Словно и не было».

Сегодня место гибели Колчака привели в должный вид. Поставлен поминальный крест, приходят иркутяне, чтобы постоять на берегу Ушаковки и помянуть адмирала.

Вечером 6 февраля 1998 года, в годовщину гибели Колчака, в Иркутском драмтеатре состоялась премьера спектакля «Звезда адмирала».

В процессе работы над пьесой, «во время долгого, кропотливого поиска и сбора исторических фактов, Сергей Остроумов и режиссер спектакля Вячеслав Кокорин нашли документы о тайном захоронении адмирала на берегу Ангары. Из них следует, что весной 1920 года тело Александра Васильевича было найдено местным жителем в двух десятках километров ниже устья Ушаковки. Приехавшие на место представители следственных органов провели опознание, зафиксировав этот факт в официальном акте, затем тайно похоронили неподалеку. На поверхности земли могилу, разумеется, не отметили, но составили официальный акт и приложили к нему карту-схему, на которой захоронение отмечено крестиком. Все найденные документы имеют гриф “секретно”. В настоящее время определяется их подлинность, в которой Сергей Остроумов совершенно не сомневается».

Нет ничего невероятного в сообщении журналиста Георгия Дробинина. Дождаться бы официального подтверждения.

Летом 2004 года стало известно, что сибирские казаки собираются поставить в Иркутске на месте гибели адмирала памятник Александру Колчаку. Известный скульптор Вячеслав Клыков изваял адмирала в бронзе. Правда, местные большевики тут же заявили, что памятник взорвут, как взорвали памятник Николаю II в Тайнинском. Адмирал Колчак даже бронзовый по-прежнему страшит тех, кто чует свою историческую вину перед Россией.

Ленин ненадолго пережил своего поверженного противника… Победители не знали ни скромности, ни милосердия, ни великодушия. Первородное имя его города было заменено на партийный псевдоним «вождя всех рабочих», не знавшего, в отличие от Колчака, с какой стороны подходят к токарному станку. Идеи адмирала об освоении Севера и арктических морей были вложены в уста и декреты «основоположника всех великих начинаний». И первый атомный ледокол, конечно же, был назван именем политика, не бывавшего нигде севернее Гельсингфорса.

Имени Колчака, разумеется, не было в той «Капсуле памяти», которую опустили под лед на Северном полюсе во время арктического шоу в августе 1977 года. Поход атомного ледокола «Арктика» был приурочен к шестидесятилетию Октября, и с борта его, из географической точки Северного полюса, как и предусматривал сценарий, был отправлен торжественный рапорт Генеральному секретарю ЦК КПСС Председателю Президиума Верховного Совета СССР товарищу Леониду Ильичу Брежневу о выдающейся победе советской науки и техники. По этому поводу на дно океана ушла капсула, туго набитая «документами века»: проект конституции СССР, текст перелицованного гимна, номера газеты «Правда» с обсуждением «Основного закона»… «Утопили Конституцию», – шутили потом остряки.

Не было там только имен первопроходцев этого пути. Они остались лишь на карте, по которой штурман «Арктики» прокладывал свой «исторический» маршрут. Да и то не все…

Семьдесят лет и три года над именем Колчака довлело заклятье. Если его и упоминали в статьях и книгах, то не иначе как с клеймами ярого контрреволюционера, монархиста, кровавого диктатора…

Дозволялось печатать фотографии Гитлера и Геринга, Геббельса и Гиммлера, но нигде нельзя было увидеть портрет Колчака. На лик его также был наложен запрет. И вот заклятье спало.

Вышла добрая дюжина книг о Колчаке – роман, монографии, сборники документов, иллюстрированная биография, фильмы, документальные и художественные.

Памятник адмиралу Колчаку в Иркутске работы народного художника России Вячеслава Клыкова

Кто-то твердит по старой памяти – «дань моде». Нет. Воздаяние по заслугам. Ибо вслед за графом Столыпиным адмирал Колчак мог повторить слово в слово: «…ответственны мы в том, что мы, как умеем, как понимаем, бережем будущее нашей родины и смело вбиваем гвозди в вами же сооружаемую постройку будущей России, не стыдящейся быть русской, и эта ответственность – высочайшее счастье моей жизни».

Санкт-Петербург – Севастополь – Омск – Иркутск – Полярный, 1987–2004 гг.

P. S. «в гражданской войне проигрывают все. победить могут только потомки»

С тех пор как были написаны эти главы, прошло немало лет. Но мало бы что хотелось изменить в сказанном. Разве что добавить некоторые факты посмертной жизни адмирала в России. Два знаковых события: выход на киноэкраны фильма «Адмирал» и открытие монумента Александру Колчаку в Иркутске. О фильме много спорили: удался ли образ Колчака, не удался. Но дело в самом факте: биографический фильм – это своего рода исторический ликбез для тех, кто со школьных лет привык к сакраментальной частушке: «Мундир английский, погон французский, табак японский, правитель омский» Всё неправда в этих виршах: мундир Колчак носил русский, так же, как и адмиральские погоны на нем, а что касается японского табака, то Колчак не курил. Да и выращивали ли японцы табак? И правитель он не омский, а всероссийский. Про Италию вот забыли, хотя она тоже признала Верховного правителя России.

«Антанта» признала Колчака не сразу (был бы он чей-то ставленник, как тот же Керенский или Зеленский, его бы признали в первый же день прихода к власти. Но адмирал для всех американо-европейских лидеров был темной лошадкой: куда поведет, что провозгласит, согласится ли со шкалой «демократических ценностей»? А вдруг возродит монархию? А вдруг горой станет за «единую и неделимую»?

Порой Колчаку ставят в вину, что он согласился (в случае победы) на отделение от России Польши, Финляндии, Литвы, Латвии, Эстонии. Но Сибирская армия еще сражалась, когда большевики уже провозгласили независимость Польши, Финляндии, стран Балтии, да еще и Бессарабии. Так что обвиняли Колчака в том, что уже сами сделали – расчленили империю.

Можно до бесконечности говорить о юридических аспектах и правовых казусах России Ленина и Сибири Колчака, но любой переворот (успешный переворот – а большевики поначалу так о себе и говорили: «октябрьский переворот»), любое насильственное изменение власти выводит проблему легитимности правления той или иной партии за рамки конституционных и всех прочих законов. Впрочем, не будем повторять главные тезисы книги.

Сегодня имя Александра Васильевича Колчака медленно, очень медленно, но все же очищается от политической лжи и мифов в сознании людей. И главной приметой тому стал монумент адмиралу в Иркутске, созданный замечательным скульптором Вячеславом Клыковым. Разумеется, все было не так просто, не обошлось без словесных баталий по этому поводу между мэром Иркутска и губернатором. В спор вмешалась Русская православная церковь, предложив поставить памятник на церковной территории.

Памятник[12], созданный по инициативе общественного деятеля Сергея Андреева, был открыт 4 ноября 2004 года к 130-летию со дня рождения Колчака близ Знаменского монастыря, на месте предполагаемого расстрела. Вячеслав Клыков сказал, что созданный им образ «будет символизировать думу о том, что же в действительности случилось в 1917 году. Почему брат пошел с войной на брата, а отец на сына».

Это был первый и пока единственный памятник Верховному правителю. Попытались и в Омске почтить память адмирала, и вполне возможно, что шестиметровая бронзовая фигура будет стоять на командирском мостике миноносца[13]. Но пока что идут знакомые нам по Иркутску дебаты.

Два дня простоял бронзовый бюст Колчака в Стерлитамаке. Ночью городские власти снесли памятник, хотя его поставили на частной территории.

Такая вот война с памятниками, начатая большевиками в первые же дни своей власти. Отрадно, что в Севастополе, знаковом для Колчака городе, заговорили сегодня о сооружении монумента командующему Черноморским флотом вице-адмиралу Колчаку. После возвращения Севастополя вместе с Крымом в состав России такой памятник стал бы еще одним свидетельством того, что крымская твердыня – это «город русских моряков».

Как бы это ни нравилось кому-то, но Командор возвращается в Россию бронзовой поступью. И он вернется…

Февраль 2023 г.

Москва – Иркутск