В июне 2017 года, в телеинтервью по случаю 95-летия Службы внешней разведки России, президент Путин признался: «Вся моя работа в органах внешней разведки СССР была связана не просто со Службой внешней разведки, а именно с нелегальной разведкой… Я знаю, что это за люди – это люди особые, особого качества, особых убеждений, особого склада характера». Эти качества пришлось проявить и самому Владимиру Путину, учившемуся в разведшколе и потом работавшему под псевдонимом Платов.

Ночь на 5 декабря 1989 года выдалась холодной, но в многотысячной толпе, собравшейся у здания Министерства госбезопасности ГДР в Дрездене, кипели страсти. «Верните наши данные!» – кричали возбужденные люди, требуя выдать им личные досье, которые МГБ собирало на них. Молодые люди перемахнули через забор, и вскоре дрезденское отделение «Штази» оказалось под их контролем. Шесть часов шел погром: разгоряченная толпа выламывала двери, потрошила сейфы, жгла архивы. У тут кто-то предложил захватить и представительство КГБ, находившееся неподалеку. Два десятка крутых погромщиков двинулись туда. Среди них был Зигфрид Данатс, работавший инженером в правительственном НИИ. «Поскольку здание министерства мы захватили легко, все были уверены в том, что удастся захватить и КГБ», – вспоминал он позднее.

Уверенные в успехе, демонстранты пошли к окруженному забором двухэтажному бетонному особняку, где в окнах горел свет. Когда они подошли к железным воротам высотой в метр, то увидели, как охранники забежали внутрь. А через несколько минут к ним вышел невысокого роста худощавый мужчина, в котором только форма выдавала офицера. Он подошел к воротам и, пристально глядя на толпу, произнес: «Даже не думайте о том, чтобы проникнуть сюда. Я приказал вооруженным товарищам охранять это место. Повторяю, еще раз: уходите».

Несмотря на легкий акцент, офицер говорил на правильном немецком языке, говорил тихо, но убедительно. У стоявшего рядом солдата в руках был автомат. Зигфрид сотоварищи почувствовали, что он будет стрелять. Это остудило погромщиков, они не стали лезть на рожон и ушли. Разговор занял пару-тройку минут, но офицер произвел на Зигфрида сильное впечатление. Каково же было его изумление, когда через десять лет он увидел во всех немецких газетах лицо того офицера в качестве преемника президента Ельцина! Зигфрид Данатс так охарактеризовал его: «Невооруженный офицер словами заставил толпу уйти. Это говорит о том, что у него есть власть над людьми».

Вот что сам Путин рассказал о том эпизоде в своем первом интервью в качестве президента России: «Толпа окружила наше здание. Угроза была серьезной. Никто не пытался нас защитить. Мы были готовы действовать сами в рамках соглашений между органами СССР и ГДР. Мы были вынуждены продемонстрировать толпе нашу готовность. Это произвело должное впечатление». В интервью Путин сказал «мы», но из всех сотрудников КГБ, находившихся в здании, к толпе вышел только он с молоденьким солдатом.

Путин так мотивировал свои действия. Когда в ноябре 1989 года была разрушена Берлинская стена и стало ясно, что ГДР пришел конец, сотрудники дрезденского офиса КГБ занялись уничтожением документов. «Мы уничтожали всё. Адреса, контакты. Я сжег много документов. Даже печь взорвалась. Жгли днем и ночью», – признался Путин. Но когда пришли демонстранты, сожжено было еще не всё, поэтому нельзя было допустить посторонних в здание. Кто-то должен был остановить толпу, – и Путин вышел навстречу. Ему было 37 лет. У него была жена, две дочери, он сильно рисковал, но не струсил.

Коллега Путина, Владимир Усольцев, так прокомментировал его поступок: «В тот день меня не было в Дрездене. Когда сослуживцы рассказали мне о том, что произошло, я не удивился. Путин – храбрый человек. Я знал, что он настоящий солдат. Если у вас нет крепких нервов и решительности, вы не сможете в одиночку разговаривать с толпой, которая пытается проникнуть внутрь. Возможно, тогда он впервые проявил свою натуру».