В древнейшие времена Волынская земля была заселена дулебами[5]; позже это племя носило другие имена: оно называлось бужанами, волынянами или велынянами и, наконец, частнее – владимирцами, лучанами, червянами и т. д. Без сомнения, перемена имени не могла произойти случайно; каждый раз должен был быть известный политический переворот, о котором мы можем только догадываться.

Весьма возможно, что дулебами они назывались еще в первичном периоде централизации, так как под этим именем они известны в VII в.[6] Под давлением аваров они сплотились в одно целое и приняли имя от реки, на которой они жили, Буга[7] – бужан; теперь они группируются около главного города Бужска. С течением времени значение Бужска пало, хотя он существовал и в историческую пору, а бужане получили имя от другого города, сделавшегося теперь центром, – от города Велыня или Волыня и стали называться теперь велынянами или волынянами[8].

Порядок изменения имени был именно такой, как это видно из летописных указаний: «Дулебы же живяху по Бугу, кде ныне волыняне»[9] и «Бужане, зань седять по Бугу, после же волыняне»[10].

Имя «волыняне» не дожило до времени летописца, оно исчезло, сообщив название стране, сами же жители в историческое время, во время составления летописи назывались по имени главных городов: владимирцами, лучанами, червянами и т. д.[11] Очевидно, произошел еще один и последний долетописный переворот, вследствие которого единая Волынь распалась на несколько частей самостоятельных, но не потерявших сознания своего близкого родства. Вероятно, это и было причиной быстрого и полного подчинения Волыни киевским князьям.

Наконец, и в историческое время центры земли не перестают изменяться, так можно с большою точностью проследить, как постепенно терял свое значение Владимир и приобретал его Луцк, или, еще раньше, как значение Червна пало вследствие усиления Владимира.

Расселение восточнославянских племен в VI–VII вв. (карта-схема)

При таком постоянном передвижении центров земли, естественно, определить ее границы и определить их точно, для известного времени, безусловно невозможно. К этому нужно прибавить еще скудость и сбивчивость летописных известий, представляющих главный материал для географии Древней Руси, в особенности для первого, древнейшего периода русской истории, для IX–XI веков.

Ниже мы постараемся поточнее определить и этнографические и политические границы Волыни, теперь же мы ограничимся тем, что в кратком, общем очерке определим их и их главные изменения. Древнейшая летопись застает волынян расселенными по нынешним уездам Волынской губ.: Владимирскому, Луцкому, Кременецкому, Дубенскому и прилежащих частях других уездов Волынской губ., Галиции и Люблинской губ. В XII в. в состав Волынского княжества вошли земли по течению Горыни и земли по среднему течению р. Буга и по средним же левым притокам Немана с главными городами Берестьем и Дрогичином. Высшего могущества княжество достигло при Данииле и его ближайших преемниках, но уже с XIV в. оно начинает падать, от него отделяется Берестейская земля, и к концу этого столетия оно дробится на значительное число мелких княжеств и теряет свою самостоятельность.

* * *

На этом пространстве резко различаются два характера местности: гористая собственная Волынь и низменное Полесье.

Собственная Волынь расположена на так наз. Кременецких горах, отрогах Карпат, которые длинной бесплодной грядой тянутся от Авратына чрез Белозерку до Нового Алексина[12], отделяя таким образом бассейн Черного моря от бассейна Балтийского. В этой части своей некоторые вершины их достигают 1300 футов. На север они отделяют от себя массу отрогов, заполняющих весь Дубенский, Кременецкий и Староконстантиновский уезды и южные части Владимирского, Луцкого, Ровенского, Острожского и Заславльского уу., а также весь тот угол Галиции, который входил в состав древней Волыни. Собственная Волынь в высшей степени плодородна[13], все склоны холмов покрыты толстым слоем чистейшего чернозема, в изобилии производящим всевозможные сорта зернового хлеба[14]. По берегам рек тянутся богатые луга, дающие возможность с успехом развиваться скотоводству. Под лесом находится тоже довольно значительное пространство земли, хотя, конечно, несравненно меньше, чем в Полесье. Значительная площадь, сплошь покрытая лесом, находится между городами Дубной и Кременцом и течением р. Иквы. Она носит название Малого Полесья[15]. Других значительных лесных пространств теперь уже нет, но, без сомнения, в начале нынешнего тысячелетия их было несравненно больше, а в доисторическую пору вся страна сплошь была покрыта лесами, так как чернозем, покрывающий толстым пластом почву, образовался из перегноя листьев, ветвей и пр. росших здесь деревьев. Впоследствии леса большею частью погибли от пожаров и беспорядочной вырубки и разработки земли под пахоту. Лес здесь главным образом черный, преимущественно дуб и береза. Хвойный лес попадается сравнительно редко.

Совсем другой характер имеет Полесье. Оно так резко отличается от собственной Волыни, что можно легко провести границу между обеими частями. Граница эта, начинаясь у м. Усти-луга, идет, параллельно почтовой дороге, через Владимир, Торчин, Луцк, Олыку и Клеван; здесь она оставляет почтовую дорогу в стороне и прямо направляется к д. Бронно, затем по течению Горыни, через м. Тучин, Корец, Новоград-Волынск и дальше. С последними отрогами Кременецких гор почва все больше и больше понижается и незаметно переходит в обширное болото, называемое Пинской котловиной. На ней не подымается ни одного возвышения; страна представляет низменную равнину, перерезанную во всех направлениях множеством рек и речек. Чем дальше к северу, тем все чаще и чаще встречаются болота, заросшие тростником и мелким кустарником и никогда не пересыхающие. Их особенно много в северных частях Владимирского и Ковельского уездов, по берегам Стыри в Луцком и Случи в Ровенском уездах. Почва песчаная и глинистая, только изредка по берегам рек встречаются более плодородные поля.

Полесье не имеет такой твердой, гранитной подпочвы, как собственная Волынь; под верхним твердым слоем земли здесь находится вода. Иногда случается, что целые громадные глыбы земли с растущими на них большими деревьями проваливаются и образуют озерца, из которых выглядывают вершины провалившихся деревьев[16]. В северной своей части Волынское Полесье представляет из себя почти сплошную трясину. Весною, во время половодья, вся страна превращается в громадное озеро с островками, образуемыми городами и деревнями. Почти целая треть Полесья покрыта лесами; прежде же, в летописную пору, наверно можно сказать, все оно было покрыто сплошным девственным бором. Лес преимущественно хвойный; гораздо реже попадаются дубовые, ольховые и др. пролески[17].

Все эти леса и заросли кишат миллионами зверей и птиц; многие породы их только здесь и сохранились еще до сих пор. Олени жили здесь в громадном количестве, теперь они совершенно исчезли. Изредка встречаются рыси, выдры и черные куницы в Ковельском и Ровенском уездах. Бобры исчезли совсем, а между тем еще в различных королевско-польских привилегиях и пожалованиях, как об одной из самых доходных статей говорится о «бобровых гонищах». Когда-то здесь водились туры, как это видно из названий разных местностей, напр. Турово болото в Заславльском уезде, река Турия и т. д. Изредка встречается лось. Обычные же теперь породы диких животных в Полесье – это кабаны, серны, медведи, волки, лисицы и пр. и пр. Таким образом, Полесье самим характером своей природы определяет образ жизни и занятия человека: он должен быть или скотоводом, или охотником.

Без сомнения природа страны имеет громадное значение для населения; она определяет привычки, характер и даже умственный уровень его. Чем народ менее развит, менее образован, тем больше влияния оказывает на него природа и, наконец, в древнейшие времена человек был всецело подчинен окружающей природе. Возьмем, напр., полещука; весь его кругозор умственный и нравственный не выходит из пределов окружающего его леса; все его потребности и привычки согласуются с условиями лесной и болотистой страны: лес ему дает все. Он питается дичью, которую ему удастся убить деревянной стрелой, ягодами и грибами, которые он соберет в лесу; живет он в деревянной хижине, сделанной из того же леса и покрытой древесной корой. Он суеверен, населяет окружающие леса и болота лесными же и болотными божествами. Лес, наконец, дает ему защиту от врагов. Поддерживая таким образом самостоятельность жителей, давая им все средства для существования, лес задерживает в то же время умственное и нравственное развитие жителей. В то время, когда поляне, жившие в открытой местности, занимавшиеся земледелием и торговлей, достигли той сравнительно высокой степени культуры, которая дала возможность распространиться христианству и единодержавию, в Полесье ни о чем подобном и речи быть не могло; там по-прежнему еще «умыкали девиц у воды».

Игрища и пляски северных племен (радимичей, вятичей и северян). Миниатюра Радзивилловской летописи, XV в.

Насколько лес уединяет племя от соседей и способствует его обособленности, настолько реки, соединяя племена, приводя их интересы в более частые столкновения, содействуют их развитию. Волынь в этом отношении находилась в невыгодном для себя положении. В данном случае наиболее удобное положение занимают племена, живущие по средним течениям больших рек, так как они тогда являются передаточным и соединительным пунктом верхних и нижних своих соседей. Между тем Волынь расположена на верхнем течении рек, сравнительно небольших и соединяющих ее к тому же с землями, стоящими и по богатству и по развитию их населения несравненно ниже волынян, – с землями дреговичей и мазовшан.

Реки, орошающие Волынь, следующие:

Западный Буг с притоками: Распой, Солокиней, Гучвой, Лугом, Угером и Влодавой;

Вепрь с Быстрицей;

Припять с притоками Выжвой, Турией, Стоходом, Стырью с Иквой и притоком Случи Горынью с Вилией.

Перечислены здесь, конечно, только главнейшие реки, так как число всех (даже мельчайших речек) достигает нескольких тысяч.

Без сомнения, в летописное время реки эти были гораздо многоводнее, чем теперь. Насколько измельчали теперь реки, видно из примера Почайны, на которой при Ольге была пристань, или Супоя, из которого теперь иногда выкапывают целые судна. Причина этому кроется, конечно, в истреблении лесов. Но и в летописное время едва ли эти реки в состоянии были служить проводниками цивилизации для жителей Волыни, так как они соединяли их с племенами еще менее развитыми, чем были они сами. Так что самая существенная выгода, приносимая ими, – та, что они служили путями колонизации.