11 июля 1708 года
11 июля 1708 года в районе городка Ауденарде в Испанских Нидерландах произошло сражение между французской армией герцога Людовика Бургундского (1682–1712) и маршала герцога Луи Жозефа де Вандома и англо-голландско-австрийской армией герцога Мальборо и принца Евгения Савойского. У герцога Бургундского и Вандама было 100 тыс. человек, а у Мальборо и принца Евгения – 105 тыс.
Армия Мальборо находилась к югу от Брюсселя, а войска принца Евгения – в районе Кобленца, довольно далеко от Мальборо. Французская армия находилась в районе Монса, в Испанских Нидерландах. Французы двинулись на восток к деревне Брэн-л’Аллё в 25 км к югу от Брюсселя, угрожая Лёвену. Мальборо сосредоточил свои силы к югу от Лёвена. Но французская армия более месяца простояла на месте, не предпринимая активных действий, что позволило Евгению Савойскому привести вдоль Рейна свой авангард. 5 июля французы неожиданно двинулись на запад и заняли города Брюгге и Гент. Французская армия растянулась вдоль реки Шельда по всей её длине от французской границы до Гента. В руках англичан оставалась лишь крепость Ауденарде. Если бы французы взяли её, для Мальборо был бы отрезан путь к побережью, что угрожало его сообщению с Англией. Герцог разгадал замысел противника и предположил, что французы пойдут по восточному, ближайшему к Мальборо, берегу Шельды. 8 июля французская армия выступила к городу Лессен. Однако Мальборо предупредил их, совершив форсированный марш, и занял Лессен 10 июля. Это вынудило французов попытаться перейти Шельду и занять Ауденарде с другой стороны. Мальборо вновь выступил форсированным маршем, однако на этот раз он отправил 11 тыс. человек под командованием генерал-квартирмейстера Уильяма Кадогана занять основное место переправы. Кадоган построил 5 дополнительных понтонных мостов, и 100-тысячная армия Мальборо переправилась через реку прежде, чем в 9 часов утра французские фуражиры обнаружили её присутствие.
Кадоган приказал драгунам под командованием датского генерал-майора Йоргена Ранцау (1652–1713) пленить фуражиров. Но часть французов сумела спастись и предупредить герцога Шарля-Армана де Гонто-Бирона (1663–1756), командовавшего французским авангардом, о присутствии неприятеля на западном берегу Шельды. Когда Бирон прибыл на место, то убедился, что основные силы союзной кавалерии уже переправились через реку и что к переправе подходит союзная пехота. Несмотря на приказ герцога Вандома атаковать, Бирон его не выполнил, увидев неприятельскую линию из 20 батальонов и еще 4 батальона, оставленные для охраны понтонных мостов. У Бирона было только 7 батальонов пехоты и 20 эскадронов кавалерии. Он решил, что кавалерии нет смысла вязнуть в болотистой местности, и не стал сближаться с противником. В результате 20 эскадронов прусской кавалерии Евгения Савойского беспрепятственно переправились и заняли критически важные позиции.
Пока авангард Бирона маневрировал, переправилась первая английская пехотная бригада под командованием герцога Джона Кэмпбелла Аргайла. Кадоган атаковал кавалерией 7 батальонов Бирона, состоявших в основном из швейцарских наёмников. Швейцарцы были разбиты, но затем союзная кавалерия была остановлена численно превосходящей французской кавалерией Ранцау.
Герцог Бургундский, несмотря на возражения герцога Вандома, решил атаковать. Правое крыло французов наступало на позиции союзников возле Эйне (сейчас это часть города Ауденарде), тогда как левое крыло по неизвестной причине осталось стоять возле Хэйссе Левое крыло союзников занимало очень сильную позицию, а правый фланг пехоты Кадогана прикрывали 28 эскадронов кавалерии.
Под удар французов попала прусская кавалерия генерал-лейтенанта Дубислава Гнеомара фон Натцмера (1654–1739), но она успешно отразила атаку. Тогда Вандом лично повёл в атаку 20 пехотных полков, увязнув в рукопашной схватке с союзной пехотой и не имея возможности руководить действиями французских войск. А герцог Бургундский оставался в штаб-квартире и не видел поля сражения.
Командующий союзными силами Джон Черчилль (1-й герцог Мальборо) на поле битвы при Ауденарде. Художник Джон Вуттон. XVIII в.
Вандом запросил у герцога Бургундского разрешения атаковать левым крылом слабое правое крыло союзников. Герцог Бургундский отказал ему, но гонец не смог доставить донесения вовремя. Поэтому герцог Вандом был уверен, что его скоро поддержат атакой на другом фланге. Его войска удлиняли линию, пытаясь охватить фланг союзников, которые тоже пытались удлинить свою линию за счёт подходящих войск, но делали это недостаточно быстро, чтобы предотвратить французскую угрозу.
Мальборо перевёл штаб-квартиру на левый фланг, а принц Евгений командовал правым флангом. На левый фланг герцог поставил 18 только что подошедших гессенских и ганноверских батальонов, а 20 прусских батальонов отвёл в тыл для пополнения боеприпасов. Затем Мальборо направил пруссаков под командованием генерал-фельдмаршала графа Карла фон Лоттума (1650–1719) на правый фланг, на помощь Евгению Савойскому и Кадогану. После этого Мальборо стал разрабатывать план двойного охвата. У него в резерве была 25-тысячная голландская армия фельдмаршала Хендрика ван Нассау-Оверкирка, которая не смогла перебраться через забитые понтонные мосты и была вынуждена использовать каменный мост в городе, что замедлило её прибытие на час. Мальборо приказал принцу Евгению Савойскому организовать кавалерийскую атаку. Кавалеристы дошли до штаб-квартиры герцога Бургундского, но оттуда были вытеснены обратно конными французскими гвардейцами «Дома короля».
Около 18:00 прибыли войска Оверкерка и заняли позицию, чтобы обойти французское правое крыло с фланга. Это произошло в сочетании с двойной атакой Мальборо и принца Евгения. Оверкирк направил две свои передовые пехотные бригады под командованием генерал-майора Коэнраада Века через брешь в лесу, чтобы усилить левый фланг Мальборо, тогда как сам с остальными войсками двинулся по дуге, чуть левее. Однако принц Евгений отправил на левый фланг представителя голландского парламента с приказом атаковать французов. Прибыв туда, Сикко Ван Гослинг (1664–1731) обнаружил измученного Оверкирка. По словам Ван Гослинга, старый фельдмаршал, похоже, не понимал, что надо как можно скорее начать наступление. Разочарованный Ван Гослинг направился к линии из шести батальонов, где столкнулся с генерал-лейтенантом Бенгтом Оксенштерном. Тот тоже не собирался атаковать, мотивируя это тем, что местность слишком пересеченная и лучше подождать атаки французов. Тогда Ван Гослинг решил сам начать атаку и встал во главе двух швейцарских батальонов, которым приказал наступать. За ним последовали еще пять голландских батальонов, и штатгальтер Йохан Виллем Фрисо, принц Оранский (1687–1711) построил еще восемь вместе с Ван Гослингом в боевой порядоке. Они спустились по склону примерно с 10 000 пехотинцев и врезались во французскую пехоту, которую быстро отбросили. Французская контратака элитных всадников Королевского дома мало что изменила в ситуации. По словам Ван Госслинга, «наши швейцарцы ждали их (французских кавалеристов. – Б.С.) с примкнутыми к ружьям штыками и были готовы стрелять только в самый последний момент. Они вели себя так поразительно тихо… град мушкетных пуль, которым была встречена французская кавалерия, сразил некоторых и обратил в бегство остальных».
В это время голландская кавалерия под командованием графа Тилли отрезала французам путь к отступлению в Кортрейк. Около 20.30 войска Оверкирка охватили правый фланг французов. В сочетании с атакой Мальборо и Евгения Савойского это привело к разгрому и пленению значительной части французской армии. Основная часть французской армии в беспорядке отступила в Гент. Темнота и разрушение понтонных мостов спасли ее от полного разгрома.
Герцог Бургундский и герцог Вандомский спорили между собой о том, кто виноват в поражении. По неизвестным причинам около половины всех французских сил оставались в резерве и так и не были введены в сражение. На возвышенностях к северу от реки Норкен находилось большое количество французской кавалерии и пехоты, а также войска герцога Бургундского, которые бездействовали в битве и не были выдвинуты вперед, чтобы помочь своим сражающимся товарищам, даже когда тактическая ситуация повернулась против них с прибытием голландских войск Оверкерка. Многие французские кавалерийские эскадроны оставались в резерве, главным образом из-за того, что им сообщили, что местность перед ними непроходима для лошадей.
Французское командование допустило несколько катастрофических ошибок во время сражения. Все французское левое крыло оставалось в резерве, вместо того чтобы атаковать ослабленное правое крыло союзников. Если бы была проведена согласованная атака, когда Вандом атаковал своими основными силами, чтобы охватить правый фланг союзников, а герцог Бургундский атаковал бы левым крылом, до того, как прибыли войска Оверкирка, французская армия имела бы неплохие шансы на победу. Решение Вандома лично вступить в бой подняло боевой дух французов, но лишило его возможности командовать своими войсками до конца сражения, что обернулось катастрофой, когда союзники разгромили французов с помощью флангового маневра.
Французская армия потеряла 6000 убитыми и ранеными и 8000 пленными, а также 25 пушек, 32 штандарта и 46 знамен. Союзники потеряли 1060 убитыми и 2560 ранеными.
Несмотря на тяжелое поражение, на следующий день прибытие французских подкреплений под командованием герцога Бервикского помешало союзникам в полной мере воспользоваться победой. Маршал герцог Луи Франсуа де Буффлер (1644–1711) к 28 июля смог усилить гарнизон Лилля до 15 000 человек как раз вовремя, чтобы защитить сильнейшую крепость в Европе. В то время как армия герцога Бургундского оставалась на Шельде, войска Вандома отступили до Брюгге и, открыв там шлюзы, затопила все окрестности вплоть до Остенде. Между тем осада крепости Лилль, предпринятая принцем Евгением 12 августа, увенчалась успехом 22 октября, а оставшийся в цитадели гарнизон в 8000 человек капитулировал только в начале декабря.