Давным-давно жил человек, у которого водилось множество всякого добра: были у него прекрасные дома в городе и за городом, золотая и серебряная посуда, шитые кресла и позолоченные кареты. Но, к несчастью, борода у него была синяя – и эта борода придавала ему такой безобразный и гордый вид, что все девушки и женщины, бывало, как только завидят его, так и давай делать поскорее ноги.
У одной из его соседок, женщины происхождения благородного, были две дочери, красоты неописуемой. Он и посватался за одну из них, не говоря, за какую именно, и предоставляя самой матери выбрать ему невесту. Но ни та ни другая не соглашались быть его женою: они не могли решиться выйти за него из-за его синей бороды. Их смущало ещё то обстоятельство, что у него было уже несколько жён и никто на свете не знал, что с ними случилось.
Синяя Борода, для того чтобы они узнали его поближе, повёз их с матерью, тремя самыми близкими их приятельницами и несколькими молодыми людьми, которые жили по соседству, в один из своих загородных домов, где и провёл с ними целую неделю. Гости гуляли, ездили на охоту, на рыбную ловлю; пляски и пиры не прекращались; сна по ночам и в помине не было; всякий потешался, придумывал забавные шалости и шутки; словом, всем было так хорошо и весело, что младшая из дочерей скоро пришла к такому выводу, что у хозяина борода и не такая уж синяя и что он очень любезный и приятный кавалер. Как только все вернулись в город, свадьбу тотчас и сыграли.
Через месяц после свадьбы Синяя Борода сказал жене, что он вынужден отлучиться, по меньшей мере на шесть недель, по очень важному делу. Он просил её не скучать в его отсутствие, а, напротив, всячески стараться развлекаться, пригласить своих приятельниц, отправиться с ними за город, если захочется, кушать и пить сладко: словом, жить в своё удовольствие.
– Вот, – прибавил он, – ключи от двух кладовых; вот ключи от золотой и серебряной посуды, которая не каждый день на стол ставится, вот – от сундуков с деньгами, вот – от ящиков с драгоценными камнями; вот, наконец, ключ, которым все комнаты отпереть можно. А вот этот маленький ключик отпирает комнату, которая находится внизу, в самом конце главной галереи. Можешь всё отпирать, всюду входить; но в эту комнату входить я тебе запрещаю. Запрещение моё на этот счёт такое строгое и грозное, что если ты её откроешь, то нет такой беды, которой ты не должна была ожидать от моего гнева.
Жена Синей Бороды обещала в точности исполнить его приказания и наставления; а он, поцеловав её, сел в карету и пустился в путь.
Соседки и приятельницы молодой не стали дожидаться приглашения, а пришли все сами: до того велико было их нетерпение увидеть собственными глазами те несметные богатства, какие, по слухам, находились в её доме. Они боялись прийти, пока муж был дома, уж очень их пугала его синяя борода. Они тотчас же отправились осматривать все покои, и удивлению их конца не было: так всё им показалось великолепным и красивым! Они добрались до кладовок, и чего-чего они там не увидали! Пышные кровати, занавеси богатейшие, столы, столики, зеркала такие огромные, что с головы до ног можно было себя в них видеть, и с такими чудесными, необыкновенными рамами! Одни рамы были зеркальными, другие из позолоченного резного серебра. Соседки и приятельницы без умолку восхваляли и превозносили счастье хозяйки дома, а её нисколько не занимало зрелище всех этих богатств: её мучило желание отпереть комнату внизу, в конце галереи.
Так сильно было её любопытство, что, невежливо оставив гостей, она вдруг бросилась вниз по потайной лестнице, чуть шею не сломала. Прибежав к дверям комнаты, она, однако, остановилась на минутку. Запрещение мужа пришло ей в голову. «Ну, – подумала она, – будет мне беда за моё непослушание!» Но соблазн был слишком силён, она никак не могла с ним сладить. Взяла ключ и, вся дрожа как лист, отперла комнату.
Сперва она ничего не разобрала: в комнате было темно, окна были закрыты. Но погодя немного она увидела, что весь пол был залит запёкшейся кровью – и в этой крови отражались тела нескольких мёртвых женщин, привязанных вдоль стены: то были прежние жёны Синей Бороды, которых он зарезал одну за другой… Бедная женщина чуть не умерла на месте и выронила из руки ключи.
Наконец она опомнилась, подняла ключ, заперла дверь и пошла в свою комнату отдохнуть. Но она до того перепугалась, что никак не могла совершенно прийти в себя.
Она заметила, что ключ от комнаты запачкался в крови; она вытерла его раз, другой, третий… но кровь не сходила. Как она его ни мыла, как ни тёрла, даже песком и толчёным кирпичом, пятно крови всё оставалось!.. Ключ этот был волшебный – и не было возможности его вычистить; кровь с одной стороны сходила, а выступала с другой.
В тот же вечер вернулся Синяя Борода из своего путешествия. Он сказал жене, что в дороге получил письмо, из которого узнал, что дело, по которому он должен был уехать, решено в его пользу. Жена его, как водится, всячески старалась показать ему, что она очень обрадовалась его скорому возвращению.
На другое утро он спросил у неё ключи. Она подала их ему, но рука её так дрожала, что он без труда догадался обо всём, что произошло в его отсутствие.
– Отчего, – спросил он, – ключ от комнаты не находится вместе с другими?
– Я его, должно быть, забыла у себя наверху, на столе, – ответила она.
– Прошу принести его, слышишь? – сказал Синяя Борода.
После нескольких отговорок и отсрочек она должна была наконец принести роковой ключ.
– Это от чего кровь? – спросил он.
– Не знаю, – отвечала бедная женщина, а сама побледнела как полотно.
– Ты не знаешь? – подхватил Синяя Борода. – Ну так я знаю!.. Ты хотела войти в комнату. Хорошо же, ты войдёшь туда и займёшь своё место возле тех женщин, которых ты там видела.
Она бросилась к ногам своего мужа, горько заплакала и начала просить у него прощения в своём непослушании, изъявляя при этом самое искреннее раскаяние и огорчение. Кажется, камень бы тронулся мольбами такой красавицы: но у Синей Бороды сердце было твёрже всякого камня.
– Ты должна умереть, – сказал он, – и сейчас.
– Коли уж я должна непременно умереть, – отвечала она сквозь слёзы, – так дай мне минуточку времени богу помолиться.
– Даю тебе ровно пять минут, – сказал Синяя Борода, – и ни секунды больше!
Он сошёл вниз, а она позвала сестру свою и сказала ей:
– Сестра моя Анна (её так и звали), взойди, пожалуйста, на самый верх башни, посмотри, не едут ли мои братья? Они обещались навестить меня сегодня. Если ты их увидишь, так подай им знак, чтобы они поторопились.
Сестра Анна взошла наверх башни, а бедняжка горемычная от времени до времени кричала ей:
– Сестра Анна, ты ничего не видишь?
А сестра Анна ей отвечала:
– Я вижу, солнышко яснеет и травушка зеленеет.
Между тем Синяя Борода, ухватив огромный ножище, орал изо всей силы:
– Иди сюда, иди, или я к тебе пойду!
– Сию минуточку, – отвечала его жена и прибавляла шёпотом: – Анна, сестра Анна! Ты ничего не видишь?
А сестра Анна отвечала:
– Я вижу, солнышко яснеет и травушка зеленеет.
– Иди же, иди скорее! – орал Синяя Борода. – А не то я к тебе пойду!
– Иду! Иду! – отвечала жена и опять спрашивала сестру: – Анна, сестра Анна! Ты ничего не видишь?
– Я вижу, – отвечала Анна, – большое облако пыли к нам приближается.
– Это братья мои?
– Ах нет, сестра! Это стадо баранов.
– Придёшь ли ты, наконец? – вопил Синяя Борода.
– Ещё маленькую секундочку, – отвечала его жена и опять спросила: – Анна, сестра Анна! Ты ничего не видишь?
– Я вижу двух верховых, которые сюда скачут, но они ещё очень далеко… Слава богу, – прибавила она, погодя немного, – это наши братья… Я им подаю знак, чтобы они спешили, как только возможно.
Но тут Синяя Борода такой поднял гам, что стены самого дома задрожали. Бедная жена его сошла вниз и бросилась к его ногам, вся растерзанная и в слезах.
– Это ни к чему не послужит, – сказал Синяя Борода, – пришёл твой смертный час.
Одной рукой он схватил её за волосы, другою поднял страшный нож… Он замахнулся на неё, чтобы отрубить ей голову. Бедняжка обратила на него свои погасшие глаза:
– Дай мне ещё миг, только один миг, с духом собраться.
– Нет, нет! – отвечал он. – Поручи душу свою богу!
И поднял уже руку… Но в это мгновение такой ужасный стук поднялся у двери, что Синяя Борода остановился, оглянулся… Дверь разом отворилась, и в комнату ворвались два молодых человека. Выхватив свои шпаги, они бросились прямо на Синюю Бороду.
Он узнал братьев своей жены – один служил в драгунах, другой в конных егерях – и тотчас навострил лыжи; но братья нагнали его, прежде чем он успел забежать на крыльцо. Они прокололи его насквозь своими шпагами и оставили его мёртвым.
Бедная жена Синей Бороды была сама чуть жива; она не имела даже довольно силы, чтобы подняться и обнять своих избавителей.
Оказалось, что у Синей Бороды не было наследников – и всё его достояние поступило его вдове. Одну часть его богатств она употребила на то, чтобы выдать свою сестру Анну за молодого дворянина, который уже давно был в неё влюблён, другую часть она подарила братьям, а с остальною она сама вышла за весьма честного и хорошего человека. С ним она забыла всё горе, которое претерпела, будучи женою Синей Бороды.