Глава 31: Эхо войны

Сложно ли отыскать джинчуурики по всему миру? Кто-то ответит: да, сложно, ведь их всех охраняют великие скрытые селения. Да и зачем их искать? Они, как бы, ребята не из слабых. Но, на самом деле, для профессионалов своего дела это не составит труда. Что Кисаме, что Итачи являлись большими профессионалами своего дела.

Всем знающим историю основания Великой Пятёрки известно, к какой деревне принадлежит тот или иной джинчуурики. Некоторым деревням повезло больше, некоторым меньше. Хаширама подарил кому-то сразу двух биджу, а кому-то всего одного. Такой был расклад, что девять ну никак нельзя было поделить на пять, а хвостатых требовалось куда-то пристроить. Таким образом, джинчуурики Однохвостого остался в Суне, хотя та и предлагала его выкупить за плодородные земли, Сунагакуре была единственной скрытой деревней, которой удалось запечатать биджу без помощи Хаширамы. Двухвостая и Восьмихвостый стали принадлежать Кумогакуре. Трёхвостый с Шестихвостым достались Киригакуре. А Четырёхвостый и Пятихвостый - Ивагакуре. Оставшегося Девятихвостого Конохагакуре оставила при себе, сдерживая мощь демона в теле родственников правителя. Выделившийся Семихвостый достался Такигакуре (деревня, скрытая в водопаде) он стал единственным хвостатым зверем, доставшемся кому-то, не входящему в число Великой Пятёрки, и должен был служить символом мира между великими пятью селениями и новообразующимися деревнями.

Джинчуурики не всегда являлись простыми сосудами сдерживания величайших демонов мира - хвостатых зверей. Первым решившимся начать изучать силу джинчуурики и способы контролировать через него силу биджу был второй лидер Сунагакуре - Казекаге. Вскоре его примеру последовали и остальные селения, став искать способы контроля биджу через джинчуурики. Мир знает нескольких людей, которые смогли полностью подчинить себе хвостатого зверя. Ниндзя Кумогакуре: Нии Югито и Киллер Би. Оба прекрасно контролировали своих демонов, и тот факт, что Облако смогло взрастить сразу два таких алмаза, говорило о многом. Также Ягура Каратачи — Четвёртый Мизукаге Киригакуре, хотя последний, скорей всего, являлся счастливой случайностью. Ныне джинчуурики, в большинстве случаев, является одним из сильнейших шиноби селения, а не простой клеткой для сдерживания демонической мощи.

Итачи и Кисаме прекрасно знали всё это, поскольку подобную информацию преподают еще в Академии шиноби, но не последнюю роль в выслеживании добычи играло м знание характера, привычек джинчуурики, на этом и основывается мастерство охотника. Соответственно, поиск цели облегчался подобным знанием и ограниченной территорией границ страны, в чьём селении и проживал нужный джинчуурики. Вот только носитель Шестихвостого был отступником и мог находиться практически где угодно. Искать его им двоим было попросту бесполезно, поскольку они не имели никаких зацепок, где он мог бы находиться. Но у их организации был превосходный шпион, который без проблем мог узнать любую информацию, оставаясь незамеченным. Вот только даже ему требовалось время для сбора информации, а пока самому дружному дуэту из их организации только и оставалось, что бродить по стране Огня без цели.

В эту страну их привела последняя миссия, им пришлось ликвидировать одного из родственников Дайме, дабы ослабить страну. Отступники часто брались за самые грязные миссии, которые чаще всего были связаны либо с большими деньгами, либо с политикой, а порой и с тем, и с другим одновременно. Конечно же, логичней было отправиться в это время за другими джинчуурики, вот только в организации было только пять пар отступников, ровно столько же, сколько осталось известных сосудов биджу. Остальные либо пропали без вести, либо померли. Последнее и должен был подтвердить или же опровергнуть, тут всё зависит от нарытой шпионом информации, другой член организации - Зецу.

Несколько дней уже как прошло с того собрания, в это время Кисаме и Итачи без каких-либо целей шатались по стране Огня, в надежде разузнать хоть какую-нибудь информацию о Девятихвостом. Когда-то давно у них была схожая миссия в Конохе, но тогда они только узнали о его пропаже. И всё, больше ни один шиноби селения, попавшийся им в руки, ничего не знал. Гуляя по стране Огня, они чувствовали себя достаточно свободно, учитывая военные действия, проводимые на этой территории, но напарники были далеко от фронта, а Итачи прекрасно знал, как работают АНБУ Конохогакуре.

Таким вот образом, они душевно отдыхали, гуляя от города до города, пробуя местные блюда, порой заглядывая посмотреть достопримечательности. Как обычно, спокойно идя по широкой дороге, неожиданно оба отступника напряглись, почувствовав на себе чужое внимание.

«За нами следят» - скрытым языком жестов ниндзя сказал Кисаме.

«Я разберусь» - ответил ему Итачи.

Они продолжили свой путь, как ни в чём не бывало. Но это было фальшивым впечатлением для тех глупцов, что помыслили следить за двумя отступниками S-ранга. Незаметно, Итачи стал осматривать местность на наличие предполагаемых врагов. Он быстро заметил среди низкой скрывающей листвы огоньки чакры: один, четыре, восемь, десять, более двенадцати огоньков чакры, подходящие для простых гражданских. Своими наблюдениями Учиха быстро поделился с напарником. Скорей всего, это были бандиты, коих развелось достаточно на территории страны Огня. Но что бандиты для элитных ниндзя? Так, смазка для куная.

Дуэт спокойно продолжал идти в уготовленную ловушку, они были уверенны в своих силах. Вскоре их «незаметно» окружила толпа различного мужичья. Каждый был грязен, с кривыми зубами, а то и вовсе с половиной отсутствующих зубов, одежда местами порвана и требовала стирки, некоторые из бандитов даже не носили обуви. И не то, чтобы им было жарко, скорее просто не было денег.

— Стоять! — выкрикнул самый здоровый среди бомжей дороги, скорей всего, являющийся их главарём.

— Оружие на землю! Вывернуть карманы, плащи тоже снять! Иначе мы понаделаем в вас дырок! — для веса своих слов он даже потряс арбалетом, что всё это время был нацелен на них.

— Оу, похоже, мы в окружении, что же нам делать, Итачи-сан? — наигранно интересуется Кисаме у напарника, полностью игнорируя те факты, что их сейчас окружили и держат на прицеле арбалетов.

Бандитов дороги было всего четырнадцать человек, и большая часть из них была вооружена арбалетами. Они, как могли, окружили двух неизвестных людей, даже не представляя, кем те являются. Для не самых умных индивидуумов они могли показаться зажиточными господами с огромными кошелями монет, об этом говорили их дорогие, сделанные из качественных материалов, плащи. Но всё это было крайне ошибочным впечатлением.

— … — У Итачи не было слов, чтобы ответить на вопрос своего напарника. Он оставался полностью спокойным, даже когда на него направляли смертельное оружие.

— Ты меня, бля, не понял! Живо бросил оружие на пол! — стал кричать здоровенный детина, стараясь запугать своих жертв, но те все так же оставались спокойны. Они, явно, не думали, что арбалетами можно убивать.

— Ребята, сегодня не ваш день… — мягко, веселясь от всего происходящего, ответил Кисаме.

— Бессмертный, что ли? Сейчас проверим! Стреляй, парни!!!

Мгновение спустя тела двух мужчин в плащах с красными облаками были нашпигованы арбалетными болтами. Бандиты не особо хорошо целились, но даже так болты пронзили тела и, скорей всего, органы неведомо что возомнивших о себе глупцах.

— Отлично, надо было сразу так сделать, у мёртвых проще отбирать имущество, — повернувшись к своим прихвостням, глава банды уже собирался приказать им прошманать жмуров на предмет чего ценного, как один из бандитов ткнул пальцем в сторону мертвецов, закричав:

— Босс!!! — полный страха крик прихвостня заставил главаря обернуться к мертвецам.

Стоило ему только повернуть голову, как его глазам предстало неведомое зрелище. Тела мертвецов вели себя не так, как должны были вести себя обычные мёртвые, они отказывались лежать, не подавая каких-либо признаков жизни, нет, тела неизвестных богатеев вели себя более чем живо. Тело здоровяка с мечом всё намокло, а из его ран стала вытекать вода, в то время как его товарищ весь разбух, готовый вот-вот взорваться.

— Что за матерь божья!!! — в страхе, совсем не по-мужски взвизгнув тонким голосом, он прикрылся руками от лопнувшего тела мелкого мужчины, из которого вылетела настоящая стая красноглазых воронов.

Глава банды прекрасно знал, кто может творить подобную магию, и то, что они наткнулись на двух шиноби, было проклятием богов. Но было уже поздно просить прощения, заглянув в глаза красноглазым птицам, которые разлетелись по округе, стараясь провести зрительный контакт со всеми бандитами, всё уже было кончено. Каждый держащий арбалет даже не успел подумать о перезарядке своего оружия, все бандиты отправились в спасительный сон, в то время как из дерева вышел дуэт Акацки.

— Совсем потеряли страх, даже марать свой меч об них не хочется. Жалкое зрелище, крысы в отчаянии пытаются выжить, цепляясь за каждую возможность убраться с тонущего корабля. Удивительно даже, что их раньше не перерезали местные ниндзя, — мыслил вслух Кисаме, осматривая тела бомжей, которые все еще дышали.

Лучшим вариантом было перебить их всех, но Мечнику Тумана подобный сброд никогда не сможет навредить, а убивать таких недостойных противников он брезговал. К тому же, избавлять Коноху от её работы он не собирался. Путь выделяют для этого своих ниндзя, какая же это скрытая деревня, если даже не может обезопасить торговые дороги? Да, Лист сильно ослаб за последнее время, возможно, стоило просто отрубить по одной руке каждому в качестве милосердия? Впрочем, его напарник имел собственное мнение на сложившуюся ситуацию.

— Последствия войны, они не нашли достойный заработок, из-за чего им пришлось стать такими. У некоторых из них были жёны, возможно, дети. Эхо войны ощущается по всей стране, даже в таких далёких уголках, как это место… — скрывая свои истинные чувства, отвечает Итачи, используя своё додзюцу на поверженных противниках, последних тут же начала бить дрожь.

Его напарник чувствовал, как покидает жизнь бандитов, сердцебиение останавливалось, а тела начинали остывать. Кисаме знал эту технику, Итачи попросту устроил кровоизлияние в мозг, мгновенно убив более десятка жертв. Безумно эффективная техника в руках настоящего мастера гендзюцу. Вот только, как знал Кисаме, использовать эту технику на чакроюзерах будет куда сложнее, нежели на подобных ничтожествах. Поэтому техника эффективна только против гражданских, ну или генинов.

— Вы столь милосердны, Итачи-сан, — прокомментировал Кисаме, после чего поинтересовался: — Как думаете, Коноха сможет пережить конфликт с Ивой?

Напарник прекрасно видел если не все, то большую часть целей Учихи. Хоть чуточку помочь своей стране, быстро и безболезненно избавив мир от полдесятка негодяев. Пускай Итачи и являлся пацифистом, но он прекрасно знал, как работает этот мир, и являлся превосходным убийцей с огромным кладбищем за спиной. Среди могил были также и его ближайшие родственники. Они с Кисаме были знакомы достаточно долго, чтобы тот мог, порой, читать его истинные намерения. Сейчас Итачи было неприятно осознавать, что его родина переживает далеко не самые лучшие моменты своего существования. И хотя внешне он всё также оставался совершенно спокойным, то вот что творилось у него внутри, узнать никто не мог. Даже Кисаме оставалось только догадываться, какие эмоции испытывает столь хладнокровный человек.

— Кисаме, идем, — спокойно ответил Учиха, дав понять, что разговор на этом закончен.

Их встреча с бандитами произошла далеко от границ фронта, где сейчас ведутся ожесточённые сражения, и чуть ли не каждый день гибнут сотни шиноби. Война создавала сильную нагрузку на экономику, чем бессовестно пользовалось государство, задирая военные налоги под видом благих намерений до небес, давая простому люду лишь слова о безопасности, и ничего более, а в следствии уменьшения контингента шиноби, что ранее активно патрулировали дороги и тракты, вычищая те от мусора, всякая мелкая и не очень преступность и всякая шваль поднялась с колен, обретя шансы на реализацию их особой "справедливости" на дорогах из-за повышения налогов. Обычным гражданским не было дела до проблем ниндзя, и ради чего те устроили очередную войну, у них и так было своих проблем по застрявшее во всё туже затягивающейся удавке налогов горло, чтобы интересоваться чужими. Не было ничего удивительного в том, что в противоположной от фронта стороне уменьшились силы ниндзя, и, соответственно, преступность возросла.

Дуэт Акацки продолжил своё путешествие как ни в чем не бывало. Это были не первые глупцы, решившиеся поживиться за их счет, и далеко не последние. Их путь пролегал дальше сквозь страну Огня, страну, что раздирает война…

***

— Итачи-сан, вы чувствуете это? — поинтересовался Кисаме у напарника, когда они шли по широкой торговой дороге.

В воздухе едва уловимо ощущался запах крови, а ветер доносил далёкие отголоски сражения. Мелодия стали и звуки взрывов доносились по ветру, но обнаружить их мог только чуткий слух шиноби. Кисаме был хорошим сенсором и прекрасно чувствовал бушующее вдалеке сражение неизвестных. Из-за суровых условий и крайне жестких тренировок в прошлом на своей родине, большинство шиноби Киригакуре являлись сенсорами.

— Да. Где-то вдалеке происходит сражение. Скорей всего, это отряд Ивы пытался зайти с тыла в страну Огня, наткнувшись на патрульный отряд местных, — тут же понял Итачи возможные стороны конфликта вместе с причиной возникновения оного.

— Сходим, поглядим? Вдруг среди ниндзя Конохи найдётся тот, кто знает, что случилось с Девятихвостым? — не без улыбки предложил напарник.

— Р-р-р-р!

— Прости, дружочек, я совсем про тебя забыл, Самехада давно не пробовала чакры, — закидывая рычащий меч на плечо, добавляет Кисаме.

— Такой исход событий маловероятен, — без каких-либо эмоций отвечает Итачи, словно он каждый день видит и более невероятные вещи, нежели рычащий меч и мечника, что с некой любовью гладит своё оружие.

— И, всё же, подождём, пока силы сторон ослабнут, после чего добьём оставшихся? Возможно, они даже будут знать что-то полезное, — предложил план действий Мечник Тумана. Он прекрасно чувствовал сражающихся вдалеке воинов, в то время как те были слишком заняты сражением, чтобы почувствовать Бесхвостого Биджу.

— Делай, что захочешь, — Итачи не нашел причин останавливать своего напарника, и они медленной походкой сошли с дороги, став приближаться к звукам боя.

Путь до поля битвы потребовал около получаса неспешной походки. Они могли двигаться много быстрее, но решили не спешить и дать двум сторонам конфликта ослабить себя достаточно, чтобы те не представляли опасности для отступников. Неспешно подходя к полю битвы, они уже перестали слышать звуки боя, но заместо звуков пришел сильный запах палёной травы с чем-то омерзительным. Это означало только одно - бой окончился, и неизвестно, кто победил. Слегка ускорившись, они быстро добрались до поля битвы, им открылось место ожесточённого сражения.

Всюду были видны следы пепла, маленькие участки зелёной травы свидетельствовали, что совсем недавно на этом месте была прекрасная поляна, возможно, даже с цветами. В воздухе все еще летали остатки пепла и сильный запах горелой плоти. Осмотрев поле битвы, они отыскали десятки тел с различными повреждениями. Кого-то зарезали кунаем, кого-то расплющили техникой земли, некоторых обезглавили, а кому-то не повезло, и их заживо сожгли огненными ниндзюцу - их искажённые агонией обгорелые лица застыли на растерзание развеивающему пепел ветру. Именно от всё еще тлеющих тел последних и распространялся столь противный запах гари. Не было сомнений, именно тут и случилось столкновение ниндзя Ивы с Коноховскими. Без какого-либо отвращения они пошли сквозь тела мертвецов, ища кого-нибудь из выживших счастливчиков.

Тела, всюду были тела. Подобная картина напоминала Итачи о далёком детстве, когда его родной отец решил показать, как устроен мир на самом деле, взяв его с собой на войну. Тогда было точно такая же облачная погода без намёка на дождь. Нет, он вовсе не участвовал в сражениях с самого детства, скорей, являлся помощником и выполнял функцию принеси-подай, но даже так он увидел слишком многое из того, чего детям знать нельзя. Тогда он впервые в жизни увидел мертвецов, огромное множество умерших ниндзя Ивы. Кажется, тогда он хотел помочь одному из выживших, но тот напал на него, стоило тому только понять, что мальчик из другой деревни. На одних рефлексах Итачи, тогда еще совсем ребёнок, перерезал глотку мужчине, оканчивая его мучения.

Сейчас всё было точно так же, где-то около сотни трупов ниндзя Ивы, среди которых редко встречаются тела шиноби Конохи. Окровавленный протектор лежал на земле, а его хозяин был где-то среди умерших сегодня людей. Символ деревни местами был покрыт черным слоем пепла, что всё еще падал с неба. Местами земля все еще дымилась и горела, всюду были следы крови, среди которых встречались обезображенные тела и чьи-то конечности. Вот она, настоящая красота войны, огромное количество трупов, и никаких победителей.

— Вы были правы, Итачи-сан, похоже, это действительно отряд Ивы, которому было поручено зайти в тыл, они наткнулись на патруль, после чего случился неравный бой, — проговорил Кисаме, с ностальгической улыбкой осматривая поле боя.

Учиха ничего не ответил, полностью погруженный в себя. Напарники осматривали поле боя на манер каких-либо ценностей, но ничего стоящего отыскать не смогли. Только трупы и еще раз трупы. Мужчины, женщины и даже парочка молодых генинов, практически детей, со стороны Конохи. В столь сложное для страны время, власти снова решили повторить практику прошлой войны, высылая в бой генинов. Ужасающее решение для ужасных времён. Итачи не знал, что и чувствовать, смотря на всю эту картину, внешне он был спокоен, но внутренне…

— Итачи-сан, эта все еще жива. Какая упорная девка, — заметил его напарник среди кучи лежащих тел, на которых были видны следы укусов за самые сокровенные места, оставшуюся в живых куноичи. Смерть её врагов наступила, скорей всего, от попадания яда в организм, когда те решили изнасиловать.

Подойдя к напарнику, Итачи осмотрел удачливую куноичи, что сейчас лежала в луже собственной крови без одной руки. Её тело было пронзено тремя кунаями, но все они не задели важные органы, поэтому были не смертельной раной. Также были видны следы ранения от катаны, девушку полоснули лезвием по груди, оставляя крайне серьёзную рану. Ноги девушки были широко раздвинуты, штаны с трусиками отсутствовали. Было прекрасно видно все самое сокровенное место женщины, а также татуировку чуть выше киски, которая, скорей всего, является печатью фуиндзюцу, из которой и выполз десяток ядовитых змей. Их перерубленные множество раз тела лежали рядом, как и тела несостоявшихся насильников. Девушка была едва жива, но все еще находилась в сознании. А еще Учиха узнал личность девушки, она была знаменита в Конохе.

— Митараши Анко, ученица предателя-Орочимару, — выговорил Итачи, представляя умирающую девушку своему напарнику.

Все в Конохе знали про змеиного саннина и его предательство. Подобная слава также распространялась и на его единственную ученицу, которую он бросил, совершая побег из родного селения после того момента, когда вскрылись все его преступления.

— Кха, ксо! Даже во время смерти мне припоминают это. Кха-кха, блядь, как же больно умирать, — ослабевающий голос девушки пытался быть гневным, но силы покидали её тело. Она едва смогла сфокусировать свой взгляд на дуэте отступников: — Какая встреча, предатель…

Девушка полностью игнорировала Мечника Тумана. Постепенно гаснущим взглядом она смотрела на предателя-Учиху. Но смотрела она не столько на его фигуру, сколько сквозь неё, словно вспоминая что-то важное.

— Удивительная дерзость, а ведь мы могли бы помочь тебе, — скалясь, проговорил Кисаме. Ему было не по нраву, что его игнорируют, даже на пороге смерти.

— Помочь? То есть, избавить меня от мучений? — очередной приступ кашля с отхаркиванием крови перебил тяжелораненую девушку.

— Кха-кхе, тьфу, блять. Когда же она закончится, я могу вас пос… Кха-кха — очередной приступ кашля снова не дал договорить Анко. Девушка потеряла большое количество крови, если не оказать ей медицинскую помощь, она умрёт в ближайшее время.

— Как же это отвратительно, а твоё лицо делают еще хуже. Но, в отличие от вас, я осталась верна своей, кха-кха, деревне, кха…

Очередной приступ кашля. Итачи смотрел на неё своими глазами, он видел отчаяние на грязноватом от пепла лице девушки, маленькие ручейки слёз стекали по щекам. Он видел, как та морщит лицо и пытается усмехнуться от переполняющей тело боли. Видел, как покидает её тело жизнь. Он хотел бы помочь, облегчить ее страдания, но не являлся медиком, как и его напарник, девушка была права, что единственное, что они могут ей сделать, так это избавить от страданий.

—Я не вы… — невольно, умирающая девушка вспоминает самый важный момент своей жизни. Тот момент, когда её бросил сенсей, оставив в деревне. На самом деле, всё было не так, и Орочимару дал ей выбор. Она его сделала.

— Я… — голос становится тише, Анко вспомнила о лучшей подруге, которая обещала месяц кормить её данго, если они переживут этот конфликт. Но ей пережить не удастся.

— я… — совсем тихо Анко пыталась сказать что-то, но сил уже не было. А в разуме быстро мелькнул момент последнего в её жизни выбора.

Сразиться с превосходящим числом противником. Умереть всем им, но не допустить проникновения врага вглубь страны Огня. Она сделала выбор, она осталась верна своей деревне, даже ценой своей жизни выполнив свою задачу, она - не Орочимару, не предатель.

— …

Последним воспоминанием в гаснущем сознании была фигура еще одного предателя. Его собственная фигура глазами девушки и облачное небо, с которого сыпался черный снег. Невольно Итачи разделил с ней самые откровенные мысли перед смертью. Оставаясь спокойным внешне, он был полностью разбит и опустошен внутренне. То, чего он всеми силами хотел избежать - случилось, и люди развязали очередную войну. Несмотря на все те жертвы, что он принёс ради мира в своей стране.

Не выпуская на лицо ни одной эмоции, он спокойно зашагал дальше, следом за ним последовал и его напарник, что словно чувствовал настроение Учихи и не шутил по дороге.