Гости разошлись, Фред уехал к себе домой. Софи осталась дома, Арчи мы еле вытолкали восвояси. Генри быстро навел марафет, они с Люсии пошли к себе домой, все разбрелись по спальням.

Я попросила мужа не заходить в гардеробную, ждать меня в кровати. Нежности сегодня было выше головы. Я захотела огонька. Создала образ роковой красотки: черные чулки, красные лодочки на высокой шпильке, черные прозрачные бикини, а вместо корсета кожаные черные ремешки, что поднимали грудь, выставляя напоказ, собрала высокий хвост, накрасила губы красной помадой и вышла к мужу.

Встала напротив, он медленно стал садиться, не отрываясь, разглядывая меня. Такой он меня не видел ещё, я расставила ноги на ширину плеч, уперла руки в бока, крутанула головой так, что волосы сделали круг вокруг головы.

— Мальчик, что ты желаешь? Не стесняйся, все твои фантазии сегодня воплощу, — прошептала низким вибрирующим голосом.

Он сглотнул, разглядывая груди, что торчали из-под ремней, пики сосков.

Я повернулась спиной, прогнулась, выставляя ягодицы и шлёпнула себя по мякоти, из-за плеча посмотрела на мужа, поиграла бровями.

Глаза графа потемнели, он скинул одеяло с себя, встал, направился ко мне. Его эрекция была прекрасна, головка крупная, пенис каменный, большой.

— Трахни меня, граф!

Бернара как подбросило, он выдохнул рвано, миг — и оказался за спиной, взял за шею, я запрокинула голову. Он прижал меня к стене, стоял за спиной, рвано дышал в шею.

— Хочешь грубо?

— Да!

— Резко?

— Да!

Голос его хрипел, сердце стучало, дыхание глубокое и частое разбивало воздух.

Он коленом раздвинул мне ноги, и накрыл ладонью лобок, сжал.

Я промычала.

Отодвинул трусики в сторону, стал стучать по губкам, клитору, ввел два пальца, укусил меня в плечо.

— Ниже, — прохрипел Бернар.

Я прогнулась, утыкаясь щекой в стену, и в меня резко и мощно вошел член.

— Аааа! — мы заорали вдвоем.

Он поднял меня одной рукой, тараня на весу, второй сжимал грудь. Кусая в плечи, тут же зализывая, меня имел муж страстно и дико. Бернар крутанул сосок, и я стала сокращаться на члене. Он ждал, не двигался, не кончал, развернул меня, понес на стол, посадил, развел ноги и вошел еще раз, трахая, рыча.

Второй оргазм закручивался с силой. Я схватилась за плечи мужа, впиваясь ногтями, слыша, как он выражается впервые, и снова стала сокращаться в оргазме. Он подождал, не двигаясь во мне, шепча, разглядывая жадно меня, крутя соски:

— Кончай! Моя Нади! Кончай! Любовь моя! Да! Да!

А потом перевернул меня на живот и стал вылизывать между ягодицами, мыча и рыча. Третий оргазм закручивался, я уже не соображала, не чувствовала тела. Бернар поднял меня, положил на кровать, скинул туфли, порвал чулки на ступнях, захватил мои пальцы на ногах в рот. Облизывал их, мычал, потом закинул мои ноги себе на плечи, и вошел, двигаясь быстро и часто.

Я орала! Это был мой крик, да. Потом я слышала крик грудной и сиплый… Бернар. Он сокращался и сокращался, тело его било в судорогах эйфории несколько минут.

Я горела вся! Благо дом за нас, звукоизоляцию создаёт и, надеюсь, нас не слышит дочь.

Когда мы разлепили глаза и посмотрели друг на друга, видя, как всегда, в зрачках напротив — себя, свои клубы магии, потянулись губами, переплетя языки, стали ласкаться снова. Мы так и уснули, я была в остатках костюма, в порванных чулках.

Утром проснулась от поцелуев, с меня Бернар снимал ремешки.

— Красивая моя, девочка любимая, — муж целовал грудь, живот, — замер.

Я положила руки ему на голову, пальцы запустив в черную густую прическу.

— Берни, — позвала.

— Нади, — он стал целовать живот, по кругу, по диагонали, в другую сторону.

— Сын решил появиться в эту ночь? — я спросила в надежде.

— Да, любовь моя. Да.

Я беременная. Спустя столько лет я стала мамой. Всё же магический мир не так прост.

На шестой неделе лекарь Лишим поведал нам новость, от которой Бернар отходил несколько часов. У нас будет двое детей, я беременна двойней.

Девять месяцев пролетели в такой опеке и контроле, что мы с Люсией даже спрятались однажды у Фреда в квартире.

— Нади, а реально с Земли вызволить девушку?

— Вот тебе задание: изучи этот вопрос досконально и подумаем.

Мы только сели пить чай, в дверь ввалился граф.

— Пап, откуда у тебя ключ?

— У папы есть всё! Нади, почему не сказала, как ты, пойдем домой, душа моя.

— Бернар, бесишь меня уже.

Фред откинулся в гоготе.

Я встала, муж протянул руку, мы переплели пальцы, пошли к карете.

Ночью я просила секса, муж осторожно входил, двигаясь, задевая чувствительные местечки, что с беременностью приобрели острое чувствование.

Через девять месяцев я родила сына и дочь. Черноволосый малыш и белокурая малышка. Мы смотрели с мужем на детей, слезы капали на их пеленки, мы смахивали их и снова тихо плакали.

Я покормила детей, мы спустились в столовую. Генри и Люсия переехали к нам на время.

— Как решили назвать? — Люсия вздохнула.

— Сына — Генри, — я произнесла, и посмотрела на нашего дворецкого Генри, который был уже просто родным человеком, гм-гм, магом.

Он опустил руки на колени, поджал нижнюю губу.

— Классно же! Теперь у нас маленький и большой Генри! — я со всей признательностью и любовью посмотрела в глаза дворецкого.

Он держал слезы, морща нос.

— Божечки мои, Генри, плачь уже, не стесняйся, — Люсия шмыгала носом.

— Доченька — Аврора, — сказал с придыханием Бернар.

Через неделю нам нанёс визит король Дамагии — Доминик II.

Дом его принимал.

Он смотрел на нашего сына, плакал от радости, магия его ластилась к малышу Генри, кроха улыбался во сне. Монарх погладил малыша по головке:

— Он будет великим правителем, мудрым и справедливым. Магия этого мира выбирает достойных. Значит, Генри III. Красиво! Просто красиво! Спасибо вам, Надия и Бернар!

Мы с мужем кивнули, желая, чтобы король быстрее убрался в свою резиденцию.