В один из дождливых дней мы наконец-то побывали с Софи в лавке, где накупили полные корзины вкусно пахнущих кремов, бальзамов, эликсиров для ванных процедур. Я была поражена, считая Дамагию по развитию Средним веком в сравнении с технологиями Земли, а оказалось, всё на так просто, как видится на первый взгляд. В лавке для женщин было такое многообразие средств для красоты, что земным бьюти-производителям можно было бы поучиться. Крема для удаления волос, крема для роста волос, крема для осветления кожи и волос, удаления шрамов, мелких изъянов, не говоря уже об увлажнении кожи, блеска волос и так далее.

Софи с радостью, как и я, пробовала крема, намазывая на запястье, тыльную сторону ладони. Духи мы просто нюхали, смеялись. За нами стоял Генри и тоже улыбался, Бернар с серьезным выражением лица (как подобает главному судьи Дамагии), оплачивал. Продавщицы сначала боязно, приглядываясь и суетясь предлагали нам товар, а потом видя моё настроение, расслабились.

— О, а это увлажняющий, да?

— Да, графиня.

— А на ушко можно?

Продавщица робко нагнулась ко мне, поглядывая на судью.

— Милая, мне бы крем, который удаляет волоски, — шепнула я.

Она заулыбалась, уже игриво косясь на графа.

Бернар свел брови, я рассмеялась.

— Мы с Генри вас на улице подождем, Нади, бери все, что надо.

— Хорошо, милый!

Мужчины ушли.

— Наконец-то дошло, — сказала я шёпотом.

Продавщица хихикнула в кулачок и уже решительнее стала мне впаривать и втюхивать все нужное и не очень.

Фильтруя товар, все же казна у моего мужа не резиновая, взяла необходимое.

Позвала супруга. Он оплатил. Приятно все же так ходить по магазинам.

— Бернар, а лавка мадам Люсии далеко?

Генри стал кашлять от резкого неожиданного вдоха, вытаращил глаза сначала на меня, потом перевел взгляд на графа, постучал себя кулаком по груди, выравнивая дыхание.

— Зачем, Нади? — настороженно спросил Бернар.

— Решила обчистить кошелек мужа и прикупить чего-нибудь весёленького, — я подняла удивленные брови на глупый вопрос, на мой взгляд.

— Мы съездим с тобой вдвоем, — тихо сказал муж.

— Хорошо, — я игриво улыбнулась.

В следующей лавке Бернар нам с Софи купил красивые кашемировые накидки с меховой опушкой, по паре демисезонных сапожек. Мы пообедали в ресторане. Я не удивлялась, как с почтением и уважением относились горожане к мужу, но, чтобы Генри знало так много магов, меня поразило. Уже в карете я обратилась к дворецкому:

— Генри, вы местная знаменитость! Вас знают все.

— Так и есть! Генри раньше был командиром элитного отряда боевиков королевской армии, — как ни в чем не бывало сказал Бернар.

Я выпучила глаза, уставившись на тихого дворецкого.

Вот не зря про омут и чертей сложена народная мудрость… нда.

Бернар за ужином мне, Софи и Фреду выдал кристаллы связи. У Фреда он был, но юноша его не носил, а в этот раз согласился надеть.

Мой кристалл был в виде кулона на тоненькой цепочке, у Фреда — в браслете, у Софи — в брошке — цветочке.

— Надо лишь взять в ладонь, представить адресата и сказать необходимое послание. Нади, тебе достаточно подумать.

— Спасибо! Удивительно! Земные технологии отдыхают, то есть отстают, по сравнению с вашей магией.

— Уже с твоей, любимая.

Фред и Генри замерли на последнем слове, которое впервые услышали из уст графа.

Я уложила Софи, пошла в нашу спальню.

Бернара не было в комнате, я знала, он работал в кабинете, и я с удовольствием направилась в ванную — опробовать новые крема.

Сделав густую пену, улеглась в широкую глубокую ванну, удалив до этого светлые тонкие волоски на голенях и лобке, в неге мурлыкала незамысловатую мелодию, закрыв глаза.

Почувствовав захват за щиколотку, крикнула от неожиданности.

— Зачем тебе к мадам Люсии, жена моя?

Бернар в расстегнутой рубахе и в трусах хватал меня за ноги под водой. Я стала брыкаться, плеская водой, скидывая его руки, заигрывая с мужем.

Пена летала по воздуху, оседая на голову и лицо мага, рубаха его намокла, красиво подчеркивая мощную грудь, я падала под воду, хватаясь за бортики ванной, смеясь от души.

— Говори, Нади, что ты хочешь у Люсии?

Я лягнула сильнее, чувствуя, что меня бесит, когда он называет женские имена, вот бесит прям.

— Нади, что ты представляешь в лавке у Люсии?

Он схватил ногу, поставил мою ступню себе на грудь, удерживая крепко, я по шее была в воде.

Я чуть приподнялась на локтях, сдувая пену с лица, из воды показались соски, Бернар выдохнул шумно, разглядывая мою молодую девичью грудь.

Я второй ногой пнула по воде, брызгая ему в лицо, отвлекая от тела.

— Ну, всё, допрыгалась!

Бернар отпустил мою ногу. Я тут же подобрала её, скрестив руки на груди, села, надув губы, а он полез ко мне в воду.

— Люсия, Люсия… — я передразнивала его.

Он, смеясь, схватил меня, притянул к себе, я отпихивалась, мы начали бороться. Он развел мои ноги, обвил ими себя за талию, прижался ко мне, шумно выдохнув, закрывая глаза. Вода выплеснулась на пол.

Я не сдавалась, дрыгаясь в разные стороны, пыталась вырваться.

— Ты ревнуешь меня к Люсии? — он давился от смеха.

— Хорошо. — Я закатила глаза, чуть запрокинула голову и с придыханием и стоном начала повторять: Артур! Артур! Артур! Да! Да!

Муж вжал меня в себя с рыком.

— Кто такой Артур?

Я закатилась от смеха.

— Нади, кто такой Артур?

Бернар был серьезен, я слышала его сердце, чувствуя жар его тела, дыхание его обдавало шею, эрекция упиралась в мою промежность.

— Ты ревнуешь меня к Артуру? — захлопала часто ресницами, надувая губки.

— Ах ты, маленькая шалунья!

Бернар укусил меня на сосок губами. Это было так неожиданно и остро, что я непроизвольно подалась вперед.

— Обними крепко, — выдохнул хрипло.

Я руками и ногами обвила его, вжимаясь, потерлась сосками, он простонал, я почувствовала под руками, как коже его покрылась крупными частыми мурашками.

— С ума сводишь… маленькая шалунья

Бернар обхватил меня руками за талию, стал жадно сминать моё тело, ягодицы, спину, плечи, я запрокинула голову, подставляя шею, он тут же широким мазком стал вылизывать её.

Приподнял меня, попытался снять трусы, поза была неудобной, я чуть отодвинулась, поддела резинку, спуская его бельё. Он поднял таз, помогая.

Ту же меня вернул, и я медленно опустилась на каменный член. Стон в губы друг друга, жаркие поцелуи, быстрый ритм, и я, кусая мужа в плечо, всхлипывая, содрогаюсь в его руках от мощного яркого оргазма. Он сразу же идёт за мной в освобождении, хрипло стонет, крупно вздрагивая.

Мы еще ласкались в воде. Когда вода стала прохладной, Бернар меня укутал, унёс в кровать.

Я проснулась от жарких ласк. Горячие ладони шарили по моему телу, водили по спине, бедрам, груди. Я открыла глаза. Муж, кажется, спал, лицо его было мирно спящим, в вот руки жили своей жизнью, ну, еще член жил своей жизнью, конечно, тыкаясь мне в бедро.

Я тоже стала путешествовать по мужскому телу. Путешествие моё закончилось вмиг, меня подмяли и отымели.

— Доброе утро, любимая, — открыл глаза муж, улыбаясь.

— Привет, любимый!

— После завтрака кое-куда прокатимся!

— Хорошо! А сколько времени?

— Я заказал из ресторации, завтрак сегодня от Ватруха.

— Мммм… а у него есть сырники?

Бернар наклонился, с пола поднял кольцо, по кристаллу добавляя к заказу творобушки.

Я улыбалась.

Бернар накрыл ладонью лобок, начал поглаживать по влажным и очень чувствительным моим губкам. Я протяжно застонала.

— Ты искушение, Нади… Моё искушение…