Я долго ворочалась, не могла никак найти удобное положение, вставала, даже пару раз заглянула к Софи. Сначала раздела её аккуратно, потом просто смотрела, поцеловала, поправила волосы, а потом просто пришла второй раз — глянула — ушла.

Уже за полночь ко мне кто-то тихо-тихо постучался, я подскочила. Спала голой, быстро накинула свой черный халатик.

Софи состроила губки жалостливо:

— Мама, можно с тобой, я проснулась и не могу..

Не успела договорить малышка, я взяла её на руки, обняла, и мы завалились на кровать.

В шкафу я отыскала длинную сорочку, нацепила, пожелав себе остаться живой в ворохе тряпья и не задушиться, мы обнялись. Я укладывала под себя ткань ночного одеяния, но при любом телодвижении она собиралась гармошкой, закручиваясь вокруг тела — словом, не до сна.

Я встала, скинула это издевательство с себя, создала себе шорты и топ, и быстро уснула.

Утром проснулась от взгляда, в макушку — прям чувствовала, открыла глаза, увидев боковым зрением массивную фигуру.

Бернар проснулся рано, по привычке зашел к сыну, предупредить, что через две недели бал и надо будет появиться у короля, затем пошел к дочери — просто полюбоваться малышкой, поцеловать в лоб или щечку. Граф знал, что Нади её разбудит, и для дочери это важно.

Софи не было, он тут же быстрым шагом оказался у комнаты жены, заглянул внутрь, тихо прошелся в спальню. На подушке нос к носу спали две его самые любимые женщины.

От этого осознания Бернар на миг перестал дышать. А потом это понимание уже не так резко, а плавно, но жарко заполнило руки, грудь, ноги — всё тело. Он в их власти — точно, улыбнулся этому осознанию.

Нади спала на боку, спиной к графу. Во сне раскрылась, одеяло закрывало лишь ноги от колен. На ней были панталончики короткие, очень соблазнительные, обтягивающие упругие полные бедра и круглую попку, короткая сорочка. Длинные и густые светло-пшеничные локоны Надии и светлые нежные кудряшки его крошки Софи придавали красивой картине нежность. В комнате пахло женщиной, он втянул воздух, выдыхал медленно, сохраняя в себе этот запах, граф ощутил, как его член стал наливаться — быстро и сильно, он выдернул рубаху из-за пояса брюк, прикрывая пах.

Нади обнимала Софи. Граф еще и еще раз осматривал, нет — любовался телом жены, ловя в себе дикое желание — провести по бедру, по талии, что так красиво выделялась женственным изгибом.

Бернар смотрел на самую милую картину, понимая, что за них он отдаст свой титул, не думая.

«Заберу титул — да, бери!» — пожал плечами своим мыслям граф, и тут его жена медленно повернула голову, разворачиваясь в его сторону.

Говарди сглотнул.

— Я потерял дочь, доброе утро! — хриплым шёпотом сказал Бернар, прокашлялся тихо.

Я кивнула, накрываясь одеялом до подбородка, отворачиваясь.

Услышала шаги, закрывающуюся дверь.

Выдохнула, стараясь не шумно, понимая, что сердце лихорадочно стучит.

С открытыми глазами лежала, слыша приятный запах Софи, малышка пахла сладостями и цветами из нашего сада.

«Всё самое интересное находится по ту сторону страха. Я помнила эту фразу с Земли». Поднялась, поцеловала малышку, умылась, оделась, подмигнула себе в отражение зеркала, принимая решение: просто радоваться тому, что живая, что в таком юном прекрасном теле, что для Софи я мама, и она любит меня. Ребенок с легкостью приняла меня, доверилась, вот и я доверюсь всему, что происходит.

В шкафу у Софи отыскала нужное платье, принесла в свою комнату. Положила на кресло рядом с кроватью. Нарисовала Софи цветок с бабочкой, водрузила картинку поверх платья и пошла готовить завтрак.

Сделала мини пиццы, кашу, подогрела остатки шарлотки, пошла за Софи.

Она уже спускалась, улыбалась.

— Софи, доброе утро!

— Мама, это тебе!

Девочка протянула мне рисунок, на котором были изображены танцующие мужчина и женщина. Рисунок детский, но суть я уловила.

— Это вы с папой!

— Здорово!

— Папа!

Малышка побежала к отцу. Он был счастлив — его дочь не забитая и бледная мумия, а живой игривый ребенок.

По лестнице шаркал еще не отошедший ото сна Фред к утренней трапезе.

Мы завтракали.

— Мам, покажи папе рисунок.

Он лежал у меня на коленях, я подняла рисунок, показывая всем.

— Это мама и папа танцуют!

— А похоже! Молодец, малявка! Нади, всё как всегда вкусно! Я побежал.

Фред отнес посуду.

Я встала проводить парня, он остановился, уставился на меня, недоумевая.

Я приподнялась на носочки, поцеловала в щеку юного мага.

— Хорошего дня, Фред! Каждый день полон новых открытий — удачи тебе!

Вернулась на место.

Фред еще пару секунд постоял, улыбнулся.

— Я разгадаю твою тайну, немонашка Нади. Было приятно!

Он потер щеку под поцелуем.

— Иди уже! — я рассмеялась.

Он тоже просиял.

Бернар тоже поблагодарил меня, отнес посуду, поцеловал Софи.

— Я к ужину буду, — посмотрел на меня.

— Хорошо, — как можно равнодушнее ответила мужу.

Генри ухмыльнулся, наклонив голову. Мы с Бернаром одновременно вопросительно посмотрели на дворецкого.

— Забавно наблюдать за влюбленными.

— Мы не влюбленные. Генри, вы обещали показать мне библиотеку, будет у вас время? — я протараторила, чувствуя, что краснею.

Генри снова улыбнулся.

— Будет, графиня.

Бернар пошел на выход, сердце моё ёкнуло, что-то внутри меня отзывалось на этого мужчину. Он мне нравился, елки-блин, собственный муж, мне нравился собственный муж.

До обеда времени у нас было много.

— Софи, план такой на сегодня: сейчас часик-полтора в библиотеке время проведем, потом готовим обед, потом спать, а после обеда — сад. Согласна?

— Да, мамочка!

— Давай пятюню!

Я показала её жест, мы хлопнули в ладошки, пошли за Генри.

Библиотека была поистине графской. Высокие широкие стеллажи простирались по всему периметру огромной комнаты, да и еще в несколько рядов, книги покоились не хаотично, а были аккуратно расставлены по разделам и темам, что было начертано на указателях.

— Красота! А кто за всем этим смотрит?

— Я, — спокойно ответил Генри.

— Генри! Вы просто волшебник! Вы просто незаменимый че… маг во всём королевстве! Как же нам повезло, да ведь, Софи?

— Да! — ответила малышка и посмотрела на Генри внимательно.

Дворецкий смутился, начал что-то выискивать, перебирая пальцами по корешкам книг.

— Генри, покажи мне, пожалуйста книги про Дамагию. Устройство, законы, история, словом — всё.

Бернар забыл перстень, в который был встроен кристалл связи, вернулся домой. Он почти его не снимал, но вчера был очень зол на бесполезный вызов по прихоти монарха и его племянницы, из-за чего получился испорченный вечер и ссора с Нади.

Услышал голоса, что доносились из библиотеки, и ему невыносимо сильно захотелось остаться дома, самому рассказать, показать всё, что хочет его юная жена.

Он подошел тихо к дверям библиотеки.

— Генри, кстати, в моём прошлом мире библиотеки такие же, очень похожие. Вообще, честно сказать, многое похоже с вашим миром, ну, уже моим, но только на Земле без магии, конечно.

— Нади, а вместо магии что?

— Ну, если я поняла, как поняла: магия — характер. Вот у каждого человека свой характер, даже говорят на Земле, например, при разводе: «не сошлись характерами». А так, вместо магии технологии: стиральные машины, пароходы, самолеты, поезда, электричество, ракеты в космос. Я расскажу вам всё, мне и Фреду это рассказать очень хочется, думаю, ему интересно будет.

— Вот с этой книги начни, здесь история возникновения земель, первые маги.

— Спасибо! Софи, а ты читать умеешь?

— Конечно, мама.

Генри принес для Софи детскую книгу.

— А можно книги выносить из библиотеки? Мы почитаем в саду. А, Генри?

— Нади, ты хозяйка здесь.

— Отлично!

Бернар быстрым шагом удалялся.

«Другой мир? Другой мир!!!!! Что за бред? Ну, Генри! Земля. Она сказала «Земля». Что-то знакомое, где-то я слышал. Арчи!»