Геральт.

Выхожу из комнаты и не помня себя добираюсь до кабинета.

Какого черта вокруг меня происходит?

Разве истинная даётся дракону не для наслаждения?

Тогда почему моя истинная вызывает во мне только злость. Дикую, неконтролируемую злость, которая клокочет в груди день ото дня только разгораясь.

На мгновение кажется, будто вот-вот потеряю контроль, и проклятый предатель зверь прорвётся.

Вот тогда действительно начнётся настоящее веселье. Но веселиться я не планирую. Единственное чего я хочу — это подчинить Александру. Наказать за непослушание и сделать своей. Заставить её смотреть на меня, как на своего мужчину. С принятием и восхищением.

То, что она из другого мира нет никаких сомнений, потому что говорит и верит в то, что противоречит всему в чём я рос и в чём живу.

Поставить женщину рядом?

Представить не могу.

Никогда не видел ничего подобного.

Женщин, с которыми я взаимодействовал заботили совершенно другие вещи. А встречал я самых разных. Как высокородных дракониц, так и простых, которые были куда более расслаблены, но чуть более глупы, потому что надеялись, будто близость со мной подарит им счастливый билет в моё поместье.

Несмотря на то, что я всегда был честен, продолжали надеяться.

Все, кроме той, что была подарена мне Богами.

Ни мои земли, ни моя власть и даже сам я, оказывается её не интересуют.

Я не буду делить постель по собственной воли. Набатом стучат в голове её слова.

Будешь.

Ещё и добавки попросишь.

И даже болтать не захочется.

Кто вообще ведёт бесполезные беседы со своей парой?

Мой отец говорил с матерью только за ужином и лишь тогда, когда они обсуждали дела поместья в его кабинете. Всё остальное время они вообще не взаимодействовали.

А разве может быть иначе?

У каждого разные интересы, свои обязанности и цели.

У меня — обеспечение безопасности дому и семейному делу, у моей пары — порядок внутри поместья и здоровье будущих детей.

Не могу вспомнить ни один момент, когда бы хоть одна высокородная драконица с которой меня пытались соединить, проявляла желание сблизиться и поболтать.

Помню однажды в далекой юности мне приходилось беседовать в саду с одной из дракониц, которую отец выбрал мне в будущую жену. В горизонтальное положение её определить было нельзя, так как ещё ничего не было решено. Вот и гуляли по саду. Толкового разговора никогда не выходило, потому что она всё время молчала, была совершенно безынициативная, на всё соглашалась и глаз на меня не поднимала.

Резко выдыхаю и ударяю кулаком о раскрытую ладонь, потому что в голове снова появляется Александра.

Эта маленькая человечка перевернула мой мир, а теперь заставляет меня испытывать столько, сколько я не чувствовал за свою жизнь.

Стискиваю челюсти и подхожу к окну, как раз в тот момент, когда раздаётся тихий стук, а затем в кабинете появляется Эдит. Я услышал её ещё до того, как она постучала.

— Могу я войти? — спрашивает едва слышно и когда киваю закрывает за собой дверь. Шумно выдыхает, чувствую, как её волнение щекочет нос вместе с запахом миндаля.

— Нам так и не удалось поговорить после твоего возвращения. Добро пожаловать домой, Геральт — произносит она и я чувствую ее взгляд, когда разворачиваюсь и направляюсь к столу. Усаживаюсь на стул и откидываюсь на спинку стула в надежде унять разбушевавшегося зверя и эмоции. Склоняю голову набок и принимаюсь разглядывать Эдит. Сегодня она выглядит как-то иначе. Волосы собрала в высокий хвост, а вырез на платье такой глубокий, что если наклонится сейчас, я смогу увидеть всё, чем одарила её природа.

— Что на тебе надето? — спрашиваю и подаюсь вперёд. Упираюсь руками в стол и прищуриваюсь. Эдит, будто нравится моё замечания, потому что щеки розовеют, а глаза начинают как-то странно блестеть. Мне это не нравится — Не слишком откровенно? — добавляю и она смущенно убирает за ухо выбившуюся прядь волос, но она снова выскальзывает и падает на лоб и глаза.

— Тебе не нравится? — спрашивает она и я испытываю удивление. Такое, что меня будто ещё раз ударяют чем-то тяжелым по голове.

Мне плевать, откровенно говоря, что надето на этой женщине, потому что у меня имеется очень много жизненных принципов и один из них гласит: никогда не вступать в близость с тем, кто на меня работает.

А Эдит уже очень много лет содержит моё поместье в чистоте и порядке.

— Мне всё равно — отзываюсь я и её молчание заставляет меня почувствовать раздражение. В воздухе появляется запах разочарование и мне это мне тоже не нравится.

— Ясно — глухо отзывается она и после небольшой паузы принимается рассказывать мне о том, что произошло в поместье, пока меня не было.

Я благодарен ей, она отлично справляется с обязанностями уже очень много лет. Будет отличной помощницей моей истинной. Вот и поболтают заодно, чтобы Са-ша не говорила мне, что никто не обсуждает с ней её заботы. Забот в этом поместье столько, что и за день не расскажешь. После смерти отца я остался единственным хозяином и взял на себя ответственность не только за родовое поместье, но и за небольшой городок из работников шахт и переработки камней, который заметно разросся за долгие года. За каждого из них я несу ответственность. Если рухнет добыча и производство многие останутся без средств к существованию. А многие из них начинали с моей семьей с первого рудника.

— Это девица останется в твоих покоях или мне подготовить… — вырывает меня из размышлений Эдит.

— Я разве просил об этом? — перебиваю, давая понять, что обсуждать Са-шу я не намерен. Я вообще-то планировал от неё отвлечься

— Поняла. Просто я хотела узнать, как надолго она и…

— Я не собираюсь обсуждать с тобой женщин, которых привожу в своё поместье. Если мне понадобиться твоя помощь — я об этом сообщу. Если ты всё сказала, то я тебя больше не задерживаю. Ты хорошо позаботилась о доме в моё отсутствие. Как и всегда. Я благодарю тебя. Можешь идти.

Эдит больше ничего мне не говорит. Молча стоит и смотрит на меня вжав голову в плечи.

Послушная, покорная, именно такая, как я привык.

Шумно выдыхаю и закрываю глаза. Но не слышу, чтобы Эдит покинула кабинет. Вместо этого я слышу, как она двигается ближе, аккуратно касается моего плеча и скользит костяшками пальцев вниз по руке. Когда открываю глаза натыкаюсь на её покорный, заинтересованный взгляд и испытываю злость.

Злюсь на себя, потому что до этого момента в упор не видел, как она пытается меня соблазнить и злюсь на свою истинную, что своим появлением отбила у меня желание не только касаться, но даже терпеть так близко другую женщину.

Всё чего я хочу, чтобы Александра смотрела на меня вот так и касалась. Хочу её попробовать, хочу подчинить, сделать своей и, наконец, почувствовать себя дома.

— Ты так долго был у прорыва, без женского внимания и ласки — произносит она и протягивает вторую руку, чтобы коснуться моей небритой щеки, но застывает, когда открываю глаза и утыкаюсь в неё кинжально-острым взглядом.

Я не вступаю в близость с теми, кто на меня работает даже когда очень хочу женской ласки, а сейчас я не хочу. Сейчас меня раздражают её касания настолько, что я хочу зарычать. Но сдерживаюсь, потому что Эдит понимает меня без слов и выпрямляется, делает два шага назад и в её глазах расцветает обида.

— Разве я когда-то давал тебе повод? Что ты творишь? Ты на меня работаешь уже много лет. — спрашиваю и она опускает голову — Я задал тебе вопрос, Эдит?

— Нет — глухо отзывается она и комната окончательно наполняется её разочарованием — Это из-за той девицы? Она не достойна твоего внимания. Выглядит будто уличная девка.

На этот раз я не могу сдержать рык, потому что Эдит не смеет говорить так о своей будущей хозяйке.

— Если услышу подобное ещё раз, нам придётся попрощаться — произношу и она вскидывает на меня взгляд. Удивление её накрывает меня волной, а в глазах напротив появляется целый калейдоскоп неизвестных мне эмоций. Потому что с эмоциями я на вы. В основном я испытываю ярость и раздражение. Радуюсь, когда мы закрываем прорывы, защищая границы королевства.

Ни еда, ни вино и тем более женщины не вызывают во мне ничего, кроме временного наслаждения.

Когда Эдит оставляет меня одного я снова поднимаюсь и открываю настежь окно, чтобы в кабинете не осталась никаких запахов, кроме моего. А затем выхожу и направляюсь к Са-ше. Забываю о неприятной инциденте с Эдит, когда по телу пробегает приятное предвкушение оттого, что я сейчас увижу свою истинную в одном из лучших платьев сшитых для неё из самых дорогих тканей этого королевства.

Представляю, как буду любоваться её прекрасным лицом и красивым телом, как она снова начнём препираться, а я протяну руку и распущу её собранные волосы, наблюдая за тем, как они волной опустятся на её обнаженную спину. По ней я тоже проведу костяшками пальцев. Даже кончики пальцев начинает покалывать от предвкушения.

Вот только всё сменяется вспышкой злости. Словно острой иглой пронзает меня ярость такой силы, что темнеет в глазах.

Эта девица испытывает моё терпение?

Мне казалось она меня боится и не ослушается. Но вместо платья, что я приготовил для неё, она нацепила своё старое тряпьё.

Издаю рык и Александра коченеет. Боится, но не сдаётся.

Волна моей ярости прокатывается по комнате и обжигает истинную. Вижу, кожей чувствую, что ощущает мои эмоции.

— Вот же упрямая, непокорная человечка. — цежу сквозь зубы — Снимай с себя эти тряпки, не оскорбляй мой взор, упрямая женщина — рычу я, и Александра обнимает себя руками. Закрывается от меня и даже этот жест новой волной раздражения прокатывается по телу, поднимаясь к голове.

То, что со мной твориться сейчас грозит этому дому и всем его обитателям настоящей грозой. Я чувствую, что уже на грани. За последние два дня она раскачала меня так, как я не ощущал себя даже в районе прорыва, защищая своё королевство от проклятых орков.

Ярость горит во мне, бурлящей лавой кипит, пока я жадно осматриваю стоящую передо мной девицу. Глубоко и часто дышу, впитываю в себя каждый изгиб её красивого тела, спрятанный под этой безвкусной тканью.

Полосую горящим взглядом её лицо, обнажённую кожу шеи, плеч и изящных рук, ничуть не скрываю всего, что ощущаю, в том числе нестерпимое желание её подчинить. Сделать своей и заполучить в постель.

— Что у тебя за проблемы? — хрипло спрашиваю и прищуриваюсь. Медленно уверенными шагами сокращаю между нами расстояние, и Александра вся сжимается.

— Мне не нравится, что я должен повторять дважды, потому что здесь я говорю, а ты — исполняешь.

— Я не работаю на тебя, Геральт — произносит Александра, голос хоть и срывается, но звучит твёрдо, и в груди у меня что-то обрывается.

Впервые за время, что эта женщина рядом, я вижу её как-то иначе. Боится меня, но продолжает стоять за то, во что верит. Есть в этом что-то сродни преданности. Хорошее качество для солдата, но передо мной ведь моя женщина. И верна она должна быть мне, а не своим, чуждым этому миру убеждениям.

Даже не знаю восхищаться теперь мне или огорчаться.

— И я не одна из твоих солдат. Может быть, ты решил, что я пытаюсь с тобой бороться и оспаривать твоё право быть здесь командиром, хозяином и генералом, но я буду прислушиваться к тебе, только когда твои слова не будут выглядеть приказами, а станут просьбами моего мужчины.

— Я уже твой мужчина — усмехаюсь я и чувствую, как пальцы неприятно колет раздражение, по позвоночнику бегут колючие мурашки. Невидимая клетка зверя даёт трещину. Вот же зараза.

Как получилось, что оказавшись в этом мире в голове Александры всё ещё этот романтический бред?

Это недомуж такое позволил?

Когда доберусь до него, то спрошу не только за то, что сотворил с моей парой, но и за то, что позволил вот этим вот чуждым моему миру мыслям оставаться в её голове.

— По законам твоего мира ты, может, и … мой — она запинается на последнем слове и быстро осматривает мою грудь, пробегает взглядом вниз по рукам и возвращается к лицу, а щёки заливает румянец.

Воздух между нами накаляется настолько, что вот-вот начнём потрескивать.

Са-ша выдыхает и делает шаг назад. Через настежь открытые двери и, оказывается, на террасе, а мой дракон поднимает голову. Потому что красная пелена застилает мне глаза всякий раз, когда та, что подарена мне Богами, проводит между нами черту, снова и снова указывая мне, что мы из разных миров.

— Нет никаких законов моего мира. — рявкаю я, и она даже вздрагивает, хотя у меня не было цели её напугать — Есть Эльмор — твоё королевство. Королевство драконов и ты, Са-ша его часть. Ты — моя! И чем раньше поймёшь, тем лучше нам будет взаимодействовать. А теперь снимай с себя эти тряпки или я разорву. Если не хочешь носить то, что я для тебя выбрал, значит будешь ходить обнажённой. Твоя обязанность радовать мой глаз, вот и начнёшь прямо сейчас. Ты хочешь поиграть со своим зверем? Что ты добиваешься? Хочешь выделиться для меня из общей массы прочих дракониц? Ты уже стала для меня особенной, прекрати стараться, твои попытки выводят меня из себя, а я люблю послушных девочек.

Произношу и сжимаю руки в кулаках, зверь полосует меня когтями изнутри такой силой, что если я сейчас начну кашлять, то непременно заляпаю пол своей кровью.

То, что со мной сотворила эта человечка, нельзя даже назвать дисбалансом. Она внесла раздрай между мной и моим драконом.

Мы со зверем впервые за много лет не согласны.

Ведомый яростью и изрядно надоевшим мне раздражением, я не внушаю доверия своему дракону, и он опасается, что не давая ему свободы, я могу сделать Са-ше больно. Но это не так.

В тот вечер, когда я впервые осознал, что Боги послали мне пару, мой мир раскололся надвое.

Слышал ли я что-то про истинность?

Да

Но никогда прежде этим не интересовался, вот только увидев Са-шу я сразу сообразил, что к чему. Даже вспомнил тот день, когда одна из моих постоянных любовниц попыталась привязать меня к себе каким-то зельем, пытаясь обмануть, будто это истинность. Но правда в том, что я не слабак, который не способен отличить приворот, от настоящей природной связи.

Когда Александра оказалась в моей комнате после, я впервые потерял контроль, я собирался взять её ведомый инстинктами, мои и звериные смешались настолько, что я на мгновение перестал осознавать, что творю. Я захотел её так, как не желал прежде ни одну женщину. Запах её боли, разочарования и страха, словно кислота выжигали мои лёгкие, но в топку моей ярости дров подкидывал запах другого мужчины на ней.

На моей паре.

На той, кто была рождена для меня.

Как только я оказался вне комнаты, уже точно знал, что второй раз я к ней в этот вечер не вернусь, потому что впервые за много лет со мной случился дико болезненный оборот. Я не контролировал обращение, дракон рвался на свободу, разрывая меня, и когда прорвался, захватил себе контроль. И чтобы оказаться рядом с ней, этот одержимый зверь устроился на террасе.

Кто же знал, что ей вздумается выйти.

Я по-настоящему пришёл в себя, когда дикий животный страх, что был мне неведом прежде разорвал грудь.

Александра летела вниз, и всё, о чём я мог думать: я не смогу без неё.

Обрести покой в том числе.

— Я не хочу привлекать твоего внимания. Правда. Я хочу, чтобы ты меня услышал. Ты можешь хоть на мгновение поставить себя на моё место, Геральт.

— И зачем бы мне это делать?

— Чтобы понять, что я сейчас чувствую — вскрикивает она и разводит руки в стороны. Выглядит так, будто я идиот, а она пытается объяснить мне элементарные вещи.

Какое-то время я молчу, возможно пытаюсь осознать её слова, а может — поставить себя на её место. Но в итоге ничего не происходит, и я пожимаю плечами.

— Ну, сделал. Меня предал муж, — произношу и поднимаю руку, провожу по волосам, чешу указательным и средним пальцем висок. — а теперь передо мной сильный дракон королевства. Всё. Мне повезло. — снова пожимаю плечами и Са-ша кривится. Горько усмехается, а я вдыхаю кислый запах её разочарования. — Я теперь сюда зайди. Мне надоело. Мы с тобой поговорили, я попытался тебя понять, если с этим закончили, то я тебя предупреждаю, что терпение моё на исходе. Не выводи меня. Я сказал, иди сюда! — хрипло произношу и чувствую, как по рукам ползёт чешуя.

Мне правда надоело.

Александра молча стоит, вздёрнув подбородок, и удерживает мой горящий взгляд.

Чувствую, что дракон меня вот-вот разорвёт, потому что, по его мнению, я веду себя как скот, когда собираюсь показать Александре, как буду гасить её неуместное упрямство.

В ушах стоит дикий гул, грудь, по ощущениям вся изодрана, что мне придётся зайти к лекарю. Я поднимаю руку и Са-ша немедленно опускает взгляд на вспыхивающие золотые руны на моём запястье.

Но, прежде чем я успеваю притянуть истинную к себе с помощью аркана, она совершает безумие.

Совершенно неконтролируемая, бесстрашная и сумасшедшая.

Хвала Богам Покровителям за этот подарок. Неужели такова плата за то, что я регулярно жертвую золотые в ваш храм?

Завидев оживший аркан, Александра резко разворачивается, и в два шага оказывается у края, а затем прыгает вниз.