Grüß dich!

«Привет!»

(австрийский вариант немецкого)

Пока в небе гремели раскаты грома, молниями отражаясь в глазах Вики, дедушка Механик чинил самую страшную из всех поломок. Он исцелял душевную боль Этторе.

Не за тридцать секунд, конечно. Ему понадобилась целая поездка до Оменьи и добрая часть пути обратно. Вместе с Этторе он отправился в магазин радиодеталей.

– Кажется, будет дождь, – начал разговор дедушка. – Но если не съездить сегодня, не успею закончить работу. Не хватает пары деталей для наушников, а у Ирмы таких штуковин точно нет. Подбросишь меня на машине до Оменьи? Там есть отличный магазин!

Услышав название города Оменья, Этторе отрезал: «Нет!»

Тогда дедушка Механик задал ему самый простой вопрос на свете:

– Эй, Этторе, что с тобой?

– Я в Оменью больше ни ногой.

– Но почему?

Удивительно, но любой секрет похож на воздушный шарик. Желая сохранить что-то в тайне, вы раздуваете его только сильнее. Шарик становится огромным, заметным остальным и в какой-то момент может лопнуть от простого, но точного вопроса.

Этторе вдруг ощутил, как секрет разлетелся в клочья. «Пууум!» – раздалось в центре груди, и самая настоящая правда вырвалась наружу.

Дедушка долго слушал его, не прерывая, а затем спросил:

– А Тито знает?

Этторе вновь побледнел, как рождественский призрак.

– Нет, я не сказал. За всё это время я не сказал сыну ни слова. Просто не знал, с чего начать. Тито не знает о похоронах, я попросил родных не упоминать об этом. Тито совсем ничего не знает. Он думает, что мама улетела на «Новом Вояджере».

– Значит, ты обманул его?

– Да.

– А Катерина знает?

Этторе изумленно взглянул на дедушку. Что за нелепые вопросы?

С Катериной он познакомился ещё студентом. Это случилось в Милане у входа в планетарий. Они оба стояли в очереди, надеясь попасть на конференцию. Этторе читал книгу и шагал не глядя, поэтому налетел на девушку впереди.

– Ай, – простонал он, потирая лоб.

– Не терпится увидеть звёзды? – обернувшись, ухмыльнулась незнакомка. В её руке он заметил недавно купленный ломтик лимонного сорбета на лакричной палочке.

Над бровью уже проступил маленький красный след от удара.

– Я не успела развернуть мороженое. Давай приложим, чтобы не вскочила шишка? – Она коснулась лба холодным свёртком, будто это был кулёк со льдом.

– Всё равно это невозможно есть! – хмыкнул Этторе.

– А я обожаю лимонное! – ответила незнакомка. – Хочу жить в таком месте, где продаётся только оно. Где такие запасы лимонного сорбета, что их хватит навечно!

– Таких мест не бывает, не выдумывай!

– Ну не знаю. Я думаю, стоит получше поискать.

Со временем так и вышло: поискав получше, они нашли Миазино.

Вот так они и познакомились, вот так день за днём влюблялись друг в друга. Вот так в Миазино их привело мороженое Ирмы (а не только тёмное ночное небо!). Ведь по любви и не такое бывает!

Они жили счастливо, пока Катерина вместе с делегацией итальянских учёных не отправилась в Америку и не попала в аварию. Автомобиль упал с обрыва, и исцелить её оказалось не под силу даже лимонному сорбету.

Разве может отец рассказать такое сыну? Этторе не мог.

– Тебе придётся, Этторе. Тито должен знать. Иначе однажды он догадается сам, и будет только хуже. А ещё…

– Ещё?

– Позволь Тито навещать маму.

Этторе молча покачал головой. За окном хлынул дождь.

– Слушай, дедушка Механик, турнир через неделю! Давай я пока сконцентрируюсь на игре. Пусть хотя бы лето закончится, а там я скажу Тито правду.

– А почему не сказать на самом турнире?

– Ну нет…

– Давай так, – заключил дедушка, – кто решений побоится, тот для шахмат не годится. К турниру ты готов, значит, и принять нелегкое решение – тоже. Изначально сюрприз готовился и для тебя, но всё сложилось вон как… шах и мат, дорогой Этторе!

– Ты о чём?

Раз уж Этторе поделился самой настоящей правдой о Катерине, дедушка Механик не остался в долгу и рассказал свою самую настоящую правду.

– Да ты шутишь?

– Нет.

– То есть ты хочешь сказать, что…

– Вот именно!

Они вместе сели в машину и поехали в Оменью.

В магазине радиодеталей дедушка Механик купил всё необходимое, а Этторе взял небольшой MP3-плеер.

– Тогда так и сделаем? – уточнил Этторе.

Дедушка Механик кивнул в ответ.

Прежде чем вернуться в Миазино, они сделали крюк и проехали недалеко от кладбища.

Не сбавляя скорости, Этторе отправил воздушный поцелуй из окна машины.

– Grüß dich, – крикнул он, уверенный, что Катерина услышит.

Возможно, она и вправду услышала, ведь в ту же секунду дождь прекратился.