***

Карма Чакры 4. Шаг 114

***

«Древняя Кровь».

***

Рючидо. Священная земля змей.

За шесть часов до начала миссии.

В глубине пещеры, где даже эхо казалось приглушённым дыханием древних змей, воздух дрожал от высокой концентрации природной чакры. Здесь время текло иначе — медленно, вязко, словно само пространство решило взять паузу.

Ооцуцуки Ичиро сидел в позе лотоса на чёрном базальтовом возвышении, окружённый тонкими струйками золотисто-зелёного тумана. Его глаза были закрыты, но Бьякуган оставался активным — белые зрачки слабо светились даже сквозь веки. Он методично переплетал остатки Райтон-потока, который всё ещё отзывался в его ладонях лёгким жжением статики и пепла горелой кожи.

Внезапно пространство перед ним треснуло беззвучно, как лопнувшее стекло под невидимым давлением.

Из разрыва вышел теневой клон Узумаки Вакаши — точная копия того самого тела, которое сейчас считалось «основным» в квартале Узумаки. На последнем был примечательный чёрный плащ без символов, хенге с чёрными волосами для маскировки, чуть растрёпанные ветром внешнего мира, и внимательно следящие за обстановкой, но внешне спокойные, почти равнодушные глаза.

Клон молча опустился в аналогичную позу лотоса перед Ичиро — не из почтения, а из практической необходимости: так было проще поддерживать стабильный ментальный мост.

— Время пришло, — произнёс теневой дубль Инкарнатора тихо. Голос Вакаши, но с едва уловимой хрипотцой, как будто он только что говорил с кем-то очень долго и очень напряжённо.

Ичиро даже не открыл глаз. Лишь слегка наклонил голову вопрошая:

— Пакура?

— Да. Она была... сговорчивее, чем ожидалось. — Буншин-гонец протянул ладонь, и между пальцами закружились тончайшие нити багрово-оранжевой чакры — отпечаток Шакутон, много ранее вырванный прямо из её системы за время коматозного «излечения» Шакутон Пакуры. — Я забрал паттерн её узла конверсии. Полный пул сублимации Футона и Катона. Двойная кеккей-генкай. Всё, что КейРакукей этой женщины создавала сознательно и даже подсознательно.

Ичиро наконец открыл глаза. Золотые кольца Риннегана правого глаза уже вращались параллельно со зрачком Бьякугана в левой глазнице — зловещее сочетание, которое не могло принадлежать ни одному живому существу этого мира. (Теоретически, понятно человеку).

Генетический клон Инкарнатора не стал задавать лишних вопросов. Вместо этого он протянул свою правую руку ладонью вверх.

Пять маленьких кристаллов, каждый размером с крупную вишню, медленно поднялись из его только что открытого кулака. Внутри каждого пульсировала чистейшая чакра Ооцуцуки — золотая, с едва заметными прожилками белого и чёрного. Это была не обычная чакра. Скорее сейчас здесь был чистый концентрат, почти самая плотная кристаллизованная до атомарных значений сэн-энергия. Энергия которую он запасал долгие дни в эти пять мелких кристаллов.

— 5 штук. Как и планировалось. Достаточно, чтобы подпитать твою и даже регенерацию Кьюби, а также печати на следующую миссию, должно хватить на пять минимально активных применений Кучиёсе Курамы. По внешнему времени.

Теневой Клон Вакаши принял кристаллы, не касаясь их пальцами — они просто зависли в воздухе и медленно втянулись в его рукав.

— Этого хватит, — кивнул оный клон. — Основное тело уже получило от Пакуры всё, что можно было взять по Футону без сверх ускоренного и опасного этапа демонстрации наших сил. Теперь твоя очередь, Босс.

Ичиро согласно и коротко выдохнул. Сказал.

— Передай ему... но вначале мне... полный пул нашей памяти, включая знания Пакуры как нашего общего реципиента. Естественно. Без мусорной информации.

Клон-гонец положил ладонь себе на висок, а вторую — на висок Ооцуцуки Ичиро.

Ментальная техника Яманака, усиленная Риннеганом и соединённая с «Идеальной Памятью», сработала мгновенно.

Река означенной информации хлынула как много потоковая магистраль:

Первым был поток паттерна чакры из узла Шакутон в области изучения тандэма энергии КейРакукей Пакуры.

Вторым, ... точные пропорции Катон/Футон на разных фазах единого их формирования.

Третьим, ... ощущения жара и давления при первой демонстрационной и успешной конверсии куноичи на полигоне Узумаки.

Четвёртым, ... микро-ошибки, анализа Бьякугана которые замечал Ринненган Вакаши.

И наконец, ... финальная стабильная решётка паттерна чакры Шакутон, которую она показывала для Патриарха и Наследника клана Узумаки. (Исключительно предварительно, в качестве демонстрации).

Всё это влилось в сознание Ичиро чуть больше чем за четыре с половиной минуты.

Клон-гонец отнял руку.

— Принято?

— Принято, — Ичиро медленно кивнул. Его голос стал чуть ниже. — Ты можешь идти. Миссия завершена.

Дубль Вакаши не ответил. Он как делал обыденно в таких случаях тихо отступил на шаг назад дожидаясь открытия портала со стороны Босса из базы в Рьючидо — и пространство не заставило себя долго ждать и снова треснуло чёрным разломом реальности. «Йомотсу Хирасака» поглотил гонца Узумаки Вакаши уже через пару секунд без остатка, оставив лишь лёгкое колебание Сэн-Чакры в эфире оного Рьючидо. (Да и те следы очень быстро исчезли под внешним давлением агрессивного фона домена змей).

Генетический клон Инкарнатора остался один в секретной лаборатории.

Он снова закрыл глаза. А когда их открыл, ...

То встал и пошёл на полигон полностью погружаясь в отработку и изучение полученных данных на долгую практику.

***

Там же.

Несколько утомительных тренировок спустя.

В Рьючидо прошло чуть больше восемнадцати часов субъективного времени — но снаружи, в мире людей, уже приближался назначенный час — час встречи с Орочимару.

Пять кристаллов, отданных клону-гонцу, были лишь платой за билет к предстоящей миссии против агрессии ТМВШ Райкаге и "Водопада". Настоящая же работа для истинного ученого начиналась сейчас.

Беловолосый Ооцуцуки медленно поднял ладони. В воздухе между ними задрожали крошечные искры ветра — остатки того, над чем он усиленно работал всё это Рьючидо время. Теоретически, теперь, ... Шакутон тоже стал понятен, и возможно вскоре будут получены через Вакаши дополнительные данные.

И именно поэтому, ...

Здесь и своевременно сейчас настала пора для дороги научного бартера и далее равноправного познания к Стихии Кристалла вместе с Хэби Сэннином.

Ичиро улыбнулся уголком губ — холодно, согласно обстановке Рьючидо почти по-змеиному привычно уже, как истинный циник учённый.

— Ну что ж… Пора идти на свидание с нашим чешуйчатым бледным партнёром.

Он встал. И пространство перед ним послушно разверзлось чёрным овалом.

«Йомотсу Хирасака» открылся — и генетический клон Узу-Сэннина шагнул в него, направляясь прямиком к заброшенному полигону на окраине Та но Куни.

***

Страна Рисовых Полей (Та но Куни).

Некоторое время спустя.

Воздух в Стране Рисовых Полей был влажным и тяжёлым, пропитанным запахом мокрой земли и ночным дождём.

Ооцуцуки Ичиро вышел из чёрного разрыва пространства прямо посреди заброшенного полигона окраин приграничных территорий Та но Куни — там, где никто не мог его увидеть.

Портал «Йомотсу Хирасака» закрылся за его спиной без единого всплеска паразитных потерь чакры, оставив лишь лёгкое колебание воздуха, как от внутреннего гула статики Инь-Чакры пространственно-временой техники додзюцу.

Он поправил капюшон аналогичного чёрного плаща без каких либо опознавательных символов на спине и где бы то ни было и двинулся вперёд.

Через семь с небольшим минут из-под земли поднялась условленная в предварительном письме маскировочная плита — и навстречу вышел знакомый силуэт в очках и темно зелёном лабораторном халате.

— Вакаши доно, — Кабуто ощутимо поклонился с внутренним страхом. — Орочимару сама ждёт Вас. Пожалуйста, прошу за мной.

Они оба спустились по длинному коридору, освещённому холодным синим светом фуин-светильников. Стены здесь были покрыты сложными узу печатями поглощения чакры для не учтённых пользователей — даже Вакаши чувствовал, как его собственная энергия становится чуть тяжелее, активно сопротивляясь этому пусть и от части "родному", но тем не менее внешнему агрессивному эффекту, словно кто-то накинул на неё невидимую сеть.

— Сколько подопытных осталось сейчас в отделе изучения кеккей-генкай Кристалла, м? — привычно шёпотом спросил Узу-Сэннин, не оборачиваясь, но его услышали и ответили.

— К сожалению, Вакаши доно... Только одна. Та самая куноичи по имени Гурен. Остальные, увы… не выдержали.

Генетический клон Инкарнатора молча кивнул.

Через какое-то время...

Они неспешно вошли в центральный зал.

Орочимару там стоял у огромного стеклянного цилиндра, внутри которого плавала в пурпурной жидкости обнажённая женщина с короткими тёмно-синими волосами. Её грудь, рёбра, шея и скулы были покрыты тонкой сеткой кристаллических прожилок — как будто внутри неё медленно росли осколки драгоценного камня.

— Ке-ке-ке-ке. Наконец-то. Вакаши сан, — Орочимару улыбнулся своей фирменной змеиной улыбкой. — Ты успел как раз вовремя.

— Ну, ... Ты звал, Партнёр сан. И я пришёл. Поэтому давай как обычно не будем тратить время друг друга, как это любит делать наш общий не "любимый" знакомый Сандайме Сарутоби.

— Ку-ку-ку... действительно, Вакаши сан. Время это пожалуй самый ценный ресурс в мире. — Орочимару лишь согласно и привычно довольно кивнул в сторону цилиндра. И сразу же продолжил, переходя прямо к делу и собственно телу подопытной куноичи. Указал на неё облизнувшись:

— Гурен.

Наша последняя выжившая.

Её кеккей-генкай Кристалла — как и предполагалось вами коллега — это совмещение стихий Райтона и Дотона на уровне не менее 82–87 % контроля от каждой стихии.

Однако. Есть и нюансы.

Совмещение данных стихий идёт не по внешне линейному принципу смешения Дотона с Райтоном как мы предполагали раньше, а обратным образом.

Говоря проще — это мутация внутри её КейРакукей. Постепенная и сложная. Но контролируемая до определенного придела под внешним воздействием.

Её чакра в Очаге натурально проходит через особый паттерн движений, который превращает райтон и земляной потоки стихий на выходе в некое живое подобие кристаллической решётки.

— Смотри. — Орочимару подошёл к рубильнику у щита управления стеклянного бокса подопытной и убрав фиксаторы страховки, аккуратно опустил данный рычаг.

Из цилиндра в ту же секунду медленно выдвинулся тонкий зонд, который коснулся виска Гурен.

Бьякуган Ичиро был уже активировал и внимательно изучал все процессы, ещё до того как появилась в глазах Ооцуцуки схема её чакра-системы и самого зонда.

— Видишь вот этот паттерн в виде условного узла движения чакры? — Орочимару указал на ярко-зелёную видимую даже визуально точку в районе солнечного сплетения. — Именно здесь происходит конверсия двух стихий.

Райтон даёт скорость и остроту.

Дотон — предположительно твёрдость и структуру.

Вместе они рождают Мокутон-подобную форму, но вместо дерева другая, гораздо более прочная и одновременно более простая структура — Стихия Кристалла.

Вакаши усилил погружение Бьякугана до микро уровня. Первородное додзюцу Ооцуцуки начало медленно проникать в структуру подопытной куноичи чакры анализируя поток.

— Хм, действительно. Контроль над Райтоном и Дотоном у неё в среднем, минимум 85–86 %. Но узел паттерна движения Инь-Ян-примесей… он частично искусственный? По примеру привития Мокутона? (Ичиро аналогично вспомнил давние эксперименты Орочимару с малышом Тэнзо, но как оказалось ошибся).

— Нет, — Хэби Сэннин покачал головой. — Врождённый. Мы лишь стабилизировали его по твоим ранним заметкам и нашей общей теории. А теперь смотри внимательно. — он опустил ещё один рычаг и очередной инъектор вошёл в тело пациентки.

Гурен внутри цилиндра приблизительно через минуту бессознательно как пустая кукла открыла глаза. Затем, ... Её зрачки сузились, как у собаки на рефлекс Павлова. Никакого проявления осознанности или тем более зачатков интеллекта. Только голые рефлексы. Из ладони куноичи очень — реально медленно, — скорее даже рефлекторно, — начал прорастать прозрачный кристаллический шип длиной около десяти сантиметров — идеально ровный, с внутренним сиянием ничтожных крох оттенков чего-то подобного райтону.

— Это минимальная форма.

Но при полном раскрытии и снятия препаратов подавления воли она таки может создавать кристаллические копья, плюс небольшие стены, и даже ловушки. — объяснил Орочи, передавая бумаги наблюдения. И добавил, предвкушающее.

— Теперь… твоя очередь. Как договаривались.

Хэби Сэннин протянул Ичиро небольшой каменный восьмиугольник с фуин-печатями на каждый угол — анализатор типов чакры старого производства Узушио. (Ранее проданный ему).

— Ну а теперь. Проверим и тебя. Положи ладонь.

Ичиро не стал спорить и просто положил подавая равномерный поток чакры.

Многоугольник в тоже мгновение засветился выдавая оттенки разных цветов на восьми канзи по углам данного каменного октаэдра.

Сначала пять цветов — земля (коричневый), вода (синий), ветер (зелёный), молния (жёлто-маджентовый), и огонь (красный).

А вот потом, ... появились ещё три дополнительных — чистый чёрный (Инь), следующий чистый белый (Ян) и наконец их полная комбинация (Инь-Ян).

Орочимару замер. Его глаза расширились и быстро плюс очень довольно сузились, а язык втянул запах чакры.

— …Все пять с-стихий. И Инь-Ян. Полный набор. — он повернулся к Ичиро, улыбка учёного стала гораздо шире. Опасливой и одновременно предвкушающей.

— Ты… полон с-сюрпризов, Партнёр сан. Даже я не ожидал такого.

Ичиро же пожал плечами.

— Действительно Мощный Бьякуган в нашей профессии коллега помогает видеть очень многое в отличие от исключительно боевых возможностей Шарингана. А видеть, уважаемый Орочимару сан — это значит не банально копировать как привыкли большинство Учиха и в отличие от нас с вами прочие дилетанты, а пусть медленнее, но зато определённо понимать самую суть.

Орочимару рассмеялся — тихо, скалясь змеино.

— Ку-ку-ку-ку. Ну тогда давай попробуем. Я покажу тебе минимальную форму образования Стихии Кристалла, которую мне удалось с-стабилизировать на моём нынешнем уровне контроля.

Он медленно сложил печати — Тигр, Заяц, Кабан, Змея.

Из ладони Хэби Сэннина ещё более медленно вырос крошечный кристаллический осколок — размером с половину ногтя мизинца. Внутри него проскакивали крошечные молнии. Еле заметно.

— Это всё, что я могу на текущий момент. И похоже это мой придел в комбинации контроля двойных стихий на ближайший год-полтора. Увы. Контроль Райтона приблизительно — 78 %. Дотона — 81 %. Узел комбинированного паттерна чакры в Очаге формируетс-ся, но не может долго поддерживать свою стабильность.

Ичиро кивнул уже анализируя вводные данные всеми доступными методами.

А вот следующим шагом беловолосый Узу-Сэннин закрыл глаза и с помощью Дзюцу Яманака «Идеальная Память» вспомнил схему паттерна узла Гурен. Следом вспомнил поток её комбинированной чакры. И наконец прочитал под мозговым "микроскопом", как именно Стихии Райтон и Дотон сливаются в некий кристаллический симбиоз подобия — условную решётку Стихии Кристалла.

Открыл глаза расплавленного золота.

Бьякуган Ооцуцуки вспыхнул на полную мощность. Его мозг тоже разогнал себя шестикратное быстро. Ичиро даже не стал складывать печати. Ибо банально не мог такое сейчас скрывать. Он просто направил чакру в правую ладонь. После чего начал усиленно адаптировать свою чакро-систему. Неспешно. Очень-очень медленно и крайне аккуратно.

И вот...

Сначала появился тонкий слой молний. Потом — каменная пыль. Они закружились на границе его ладони, а потом начали уплотняться. Чакра Узу-Сэннина медленно — словно нехотя и даже через силу меняла свою полярность когда две стихии становились всё ближе и плотнее.

И таки через семь с лишним минут в центре ладони вырос маленький, но идеально прозрачный кристалл размером с семечку тыквы. А внутри оного кристалла бились и постепенно затихали золотые молнии.

Орочимару замер в пристальном наблюдении.

— …У тебя тоже получилось. Причём, ... За один взгляд.

Генетический клон Вакаши кивнул. И дал свой прогноз:

— Хух. Это пока минимальная форма, Партнёр сан. Но я чувствую, что мы можем пойти дальше. Намного дальше.

Орочимару же тоже медленно улыбнулся — уже не столь безумно, а по змеиному больше жадно до новых знаний и предвкушающее.

— Хэх. Вакаши сан… Ты — идеальный материал для эксперимента. Но, увы. И в то же время… самый опасный человек, после Пейна, которого я когда-либо встречал.

Ичиро устало деактивировал додзюцу.

Кристалл в его ладони рассыпался золотой пылью в то же мгновение. (Поскольку во первых контроль был ослаблен, а во вторых и самое главное, все свои козыри нельзя показывать даже союзникам, особенно им). — Вам и мне повезло, коллега. Я сегодня здесь не только экспериментировать, в одностороннем порядке Орочимару сан. Сегодня я также пришёл кроме как учиться ещё и делиться с вами своими открытиями в кеккей-генкай, ... Шакутон. И если вы покажете мне всё, что знаете о Кристалле… я, встречно, покажу вам кое-что очень интересное взамен, и аналогичное ценное. Обещаю, будет интересно.

Орочимару заинтересованно подался вперёд и наклонил голову по птичьи, а затем крипово облизнул длинным раздвоенным языком губы. И жадно выдохнул:

— Договорилис-сь.

Они оба посмотрели на Гурен в цилиндре с жадностью учённых прикоснувшихся к запретным знаниям.

Та смотрела на них в ответ абсолютно пустыми глазами — живая, но уже давно сломленная под мощными седативами и неусыпным надзором Орочимару. (А теперь и научным присмотром генетического близнеца Инкарнатора).

Ооцуцуки Ичиро же — он достал свиток и тихо произнёс протягивая очередной транш золота во имя науки и тайного союза двух учённых:

— Мы не должны повторять судьбу марионеток пятёрки великих стран — всех Шиноби. И её судьбу. Ни вы. Ни я. Ни те кто смотрит дальше банальной политики. Хотя к сожалению подобных нам с вами коллега очень мало. Но может, ... и к счастью.

Орочимару в ответ молчал несколько секунд.

А потом кивнул.

— Тогда… продолжим-с. Коллега.

***