***

Карма Чакры 4. Шаг 79

***

"Перед большим переполохом".

***

Там же.

Некоторое время спустя.

***

Воздух на поле боя по прежнему был густым и тяжёлым, пахшим пеплом и железом. Основной бой уже отгремел, но тела некоторых врагов и не собранных пока союзников ещё остывали.

Беловолосый сэннин тихо стоял на краю опустошённой долины, когда Бьякуган, внутреннее ему ощутимо, с добавлением повышенной порции Сэн-Чакры, был активирован. Сразу за этим... Расплавленный янтарь взора скользнул далеко по выжженной земле и аморфным скалам, оплавленным в стекло, затем искалеченным телам в сине-белых униформах жилетов Кумо. Он внимательно всё изучал выискивая как вероятно выживших противников, так и союзников своему клану, на перспективу: потоки чакры врагов, кое-где угасающие, как угольки; остаточные всплески далёких техник войск Листа; а также мельчайшие глубоко в почве последние искры КейРакукей почти мёртвых Дотонщиков-сенсоров Облака.

Ничего "живого", и условно опасного хотя бы ранга-А. Поблизости уже не было...

Ни одной засадной группы Кумо, в районе 8 километров. Аналогично как и ни одной белой "крысы" вроде разведчика Зецу, затаившегося обыденно нагло где-нибудь прямо в центре лагеря Листа. Только вонь тлеющей смерти и гари, которую нёс западный ветер.

С завершением, повторной разведки, беловолосый деактивировал Додзюцу. Головная боль, тупая и хорошо знакомая, тут же начала тихо пульсировать у висков, напоминая об дотошной и "всевидящей" — "Цене силы". Потому что... Оная цена нервных клеток именно такова и была. Впрочем, как и напряжение чакро-каналов мозговых тенкецу.

Наследник Узумаки развернулся и шагнул в ближайшую пустующую походную палатку, мон которой с изображением Учиха на верху был изорван и опалён техникой Райтона. Внутри же сего матерчатого убежища "славных" потомков Индры царил хаос — из брошенных карт, опрокинутого стула, и запаха недоеденных пайков.

— «"Это" — Идеально подходящее место для моей небольшой само-ревизии». — проскочила мысль вошедшего Сэннина.

Достав пачку листов из связки "Печатей Поддержки" он активировал несколько фуин-меток по периметру, изолируя палатку от чужих глаз и ушей. И как только это случилось, то внутренняя тишина быстро легла абсолютным покрывалом, из-за чего она стала почти гробовой.

Затем Узумаки провел ладонью по плечу, активируя нательную печать хранения. И следом в клубах пара появился аккуратный компактный свёрток свежей одежды.

Ей оказалась новая униформа. Тёмно-зелёная, с дополнительными карманами разгрузки, и прочими полезными мелочами (для очень активных военных действий), от которой пахло свежей тканью и чакро-металлом броне-подкладки.

Вакаши аккуратно, без суеты, снял с себя пропахшую ранами, дымом и кровью старую частично изорванную накидку. Движения фуиншика были расслабленными и экономными. И пока переодевался, его разум, ускоренный техникой Яманака «Идеальная Память» уже начал анализировать и составлять свой доклад для штаба.

Цифры, тактические схемы, обоснование применения масштабной бомбардировки «"Катон: Гоку но Мьяку" - "Стихия Огня: Огненное Уничтожение Сущего"», и «"Дотон: Гузу до Кагу" - "Стихия Земли: Сердце Метеорита"». Инкарнатор мысленно раскладывал их по полочкам, готовя к "презентации" — всё согласно и наставлению с поручением указов от патриарха Хаэро. Размышлял про себя.

— «Хм. Потери противника: Около Шести тысяч. — подсчитывал на вскидку Вакаши напрягая память. Поочередно препарировал ситуацию с разных сторон. — И соответственно, наши потери: Приблизительно, они составляют около... 50-70 неудачн... — (тех, кому говоря прямо не повезло), — попавших под "дружественный огонь" масштабных Дзюцу нашей с Хаэро бомбардировки "Катоном" и "Дотоном". "ЭТО" — Приемлемые потери. Они экономически достаточно эффективны. Надеюсь, ... Шикаку их оценит, — правильно. А вот остальных, увы, придётся умасливать... или запугать».

***

Спустя минуту.

Тоже место.

Вакаши застегнул последнюю пряжку на униформе и теперь был относительно чист. (Понятное дело, полность освежиться времени не было, только экспресс метод "Суйтоном"). Общее, так сказать только "Снаружи". В душе же у него сейчас бушевал почти океан мыслей, + его Бьякуган, от долгой работы, впервые за последнее время, начал медленно, но постоянно ныть тупой болью.

Беловолосый, когда завершил моцион и сделав глубокий вдох, уже был готов снять маскировочные печати дабы выйти к шиноби Листа, Южного фронта, с их вечными страхами и амбициями.

Как вдруг, в этот оный миг воздух в палатке дрогнул искажением пространства.

— «ПУФ». — раздалось эхо Кучиёсе Призыва.

Не громко, но давно привычно и отчётливо прямо перед ним, в полуметре, заклубилось неестественным белым дымом, из которого запахло сыростью и чешуёй? А дальше. Материализовалась одна хорошо знакомая хитрая змейка по имени Шаоши. Она тускло сверкнула своей невеликой тушкой, размером с маленького ужика, с медной чешуёй и глазами-бусинками, отражая алчность наживы, и сразу после, — (сенсорным микро шоком), — выдала вспышку "животного" страха перед более сильным хищником.

Вакаши хищно-приветливо кивнул посланнице из Рьючидо. Вместе с тем его рука потянулась к этой курьерше-контрактору. И просто подставил Шаоши ладонь.

Лицо его окрасилось в лёгкое ожидание предвкушения. Почти безразличное. Тогда как внутри же сэннин уже прикидывал варианты содержания в столь неожиданно доставленном письме.

Змея-курьер, тут же прижалась головой к земле, совершая почтительный поклон. Её мелкое тельце почти незаметно дрожало, ощущая вибрацию, сжатой мощи чакры внутри КейРакукей Узу-Сэннина. Потом, не поднимая головы, она судорожно изрыгнула из пасти маленький, туго обёрнутый тонкой жилистой нитью свиток. И тот тут же упал на походный спальный футон с тихим шорохом к ногам её контрактора.

Шаоши размеренно тихо вновь отползла в дальний угол, неспешно и привычно свернулась кольцом и замерла, как всегда на показ ожидая ответа своему клиенту от основного адресата.

Через несколько мгновений...

В палатке опять воцарилась тишина, нарушаемая лишь едва ощутимым змеиным прерывисто-шипящим дыханием и отсчётом уходящих невидимых секунд в разуме адресата-человека.

Узу-Сэннин медленно, не сводя с неё глаз, наклонился и поднял отданный свиток-письмо. Контрактная печать Орочимару обыденно присутствовала на положенном ей месте для верификации свитка от которого как всегда пахло ядом, формальдегидом, плюс тяжёлой чакрой и фантомным оттенком амбиций от послания старого Змея Конохи. Чувство внутреннего довольства, легкое и ожидаемое, — (уже нескольких долгих месяцев), — тронуло научное любопытство беловолосого. И тогда пальцы человека сломали печать.

Глаза Вакаши, один — более насыщенный золотом Бьякуган с двумя еле заметными кольцами внутри, и другой — банально "однотонный", — аналитический, пробежали по строке за строкой.

Информация впитывалась, и сразу начала обрабатываться, раскладываясь по ячейкам его ускоренным сознанием. Техника Яманака «Идеальная Память» работала сейчас на пределе, расшифровывая рабочие паттерны, схемы, + графики, прямо в его сознании.

— «Хм. Неужели? Наша совместная с Орочимару теория п-подтвердилась»?! — пронеслось лёгким полу-вопросом довольства в его голове, и это было явно-обещающей на будущий профит новостью. Однозначно. (Понятное, секретное, и на определенной дистанции времени, но даже так, это тоже не плохо).

А дальше.

Инкарнатор мысленно пролистал страницы собственных исследований, со свежими пометками Орочимару, и вспомнил тот давний (Рьючидо) разговор в подземной лаборатории, где они, как учёные познающие "пути чакры", обсуждали "перспективы" взаимовыгодного обмена данных, на научном языке мало доступном для большинства местных узколобых аборигенов умеющих только в кровь и хитрость грязной политики.

— «Двойная комбинация... "Стихия Грязи"... "Стихия Масла"... Процесс одновременного контроля "Дотона" и "Суйтона"... Порог в 60%... Комбинированная Стихия...».

Ответ Орочимару и его строки были наполнены некой лёгкой тенью лихорадочного безумного восторга. "Это" редкими вкраплениями читалось между означенных строк. Учёный, скорее всего когда-то был одержим данной темой, и теперь писал о первых положительных результатах в пользу подтверждения нашей общей теории. О том, что при одновременном контроле свыше 70% двух стихий — «Инь-Ян» и «Дотона» — теория, предложенная адресатом — "Узумаки Вакаши", на удивление сработала, (всего после трех с небольшим сотен опытов). И на текущий момент финансирования появились даже первые, нестабильные, но тем не менее реальные зачатки дальнейшего развития из "чистого" Дотондзюцу в отдельную «Стихию Кристалла».

Казалось бы...

Прошло всего девять каких-то жалких месяцев относительно недавно предложенных опытов.

А затем скромный, но "прорыв" — первый более-менее удачный эксперимент. Опыт на испытуемой куноичи. "Гурен". Имя, и пол данной подопытной, — (исключая Канон), — мало уже чего говорили Вакаши, и по большому счёту после её нахождения в стране Чая теперь стали не столь важны. Куноичи была просто удобным, по его предварительным данным разведки сосудом, и носителем нужных нам предрасположенностей КейРакукей.

И "да" именно она и выжила из многих подопытных. И на текущее время даже лучше всех прочих живых образцов сохранила и показала кое-какой, пусть и незначительный ещё, но положительный результат.

Орочимару в своём письме отдельно, с почти неким эстетическим наслаждением кратко описал, как плоть девушки начала "рождать" острые, прозрачные структуры, будто чакра нашей тестовой куноичи кристаллизовалась под давлением стихии «Инь-Ян» на её кончиках пальцев.

Вакаши же как только дочитал это письмо, уничтожил его, не оставляя улик, и медленно развернул сам свиток. Внешне — не отображая ни единой эмоции перед контракторшей Шаоши. А сам где-то внутри себя вспыхнул — потоком лёгкого предвкушения, и научного торжества от подтверждения "личной" теории (восстановленной из рамок Канона своей первой инкарнации).

И вот когда он таки всё запомнил, то кивнул сам себе, едва заметным движением подбородка. И далее углубился шестикратное ускоренным разумом в экспресс проверку остального, более подробного пула информации из письма Орочимару.

***

Там же.

Пять минут спустя.

И вот...

Ментальный "шторм" от дзюцу Яманака утих. Информация была усвоена, проанализирована, и интегрирована подтверждая старую картину бытия, — (инкарнации первого тела Вакаши), — картину мира в саду Кагуи Ооцуцуки.

Следующим делом, Узу-Сэннин достал из своей печати небольшой лист бумаги, тушь, и тонкий стилус со стальным пером рабочего наконечника. Его рука начала быстрыми и точными микро движениями заполнять некий ячеистый формуляр отдалённо похожий на медицинскую анкету. Вакаши давно перенявший и дополнительно развивший паранойю уже до 90 уровня в этом очень "приветливом и добром" мире Шиноби не стал писать слов, а только голый шифр из шестнадцатеричного кода цифр. Это были координаты трёх банковских ячеек в Сенкусене, Танзаку и Кенши. Соответственно, там же хранилось и золото с новыми биологическими образцами геномов, на их общие с Орочи (коллегой) исследования, ... так сказать — "кровь войны", превращённая в научное знание.

И вот, спустя ещё какие-то пару минут...

Беловолосый таки протянул листок координат запечатанный в посыльный свиток обратно змее. Шаоши в свою очередь медленно и аккуратно подалась вперёд, бережно взяла его в пасть и, не задерживаясь по старо-деловой привычке ни на секунду лишним, исчезла в клубах дыма "Обратного Призыва" через тропы Рьючидо с тем же лёгким чакро-звуком — «ПУФ».

Ну а когда оный дым рассеялся, то на какое-то мгновение показалось, что...

Воздух снова застыл. Но теперь он был словно другим. Будто, ... Насыщенным будущими свершениями на научном пути. Предвкушением силы научных знаний, выходящей за обыденный круг Пяти Элементальных Стихий, — вечную преграду для большинства твердолобый шиноби этого мира, и этой войны. (Как, впрочем, и всех предыдущих). Плюс, где-то в глубине души Инкарнатора зародилось ещё понимание "новых" принципов создания — двойных кеккей-генкай, именно стихийного круга направления. (Вроде: "Кристалла", "Льда", "Магнетизма", "Жара", "Лавы", "Дерева", и прочих).

Между тем...

Вакаши задумчиво подошёл ко входу в палатку. Его рука скользнула по ткани, снимая маскировочные фуин-барьеры. И следующим шагом он вышел в наступающее утро нового рассвета, прямо навстречу треплющему белые облака лёгкому ветру.

Где-то там, южнее, в штатном шатре командования и Нара Шикаку, дальше его ждала остальная верхушка Листа с их картами наступлений и прочими отчётами, (в том числе и его собственных докладов).

С другой же стороны, но опять социально-политически противоположного вектора лагеря, с научным уклоном...

Где-то в лаборатории Орочимару скорее всего "ликовал" над их "новым" общим кристальным подопытным образцом куноичи по имени Гурен. Когда... в тени опустошенной палатки прозвучало лишь эхо шёпота Вакаши — трёх раздельных слов: «Гурен». «Канон — подтверждён».

После чего...

Изучающий взгляд Бьякугана прошёлся по позиции той самой штабной палатки Южного фронта Листа.

И уже в следующую секунду Узу-Сэннин направился на общее собрание верхушки Конохи.

Будущий переполох в свете последних событий применения Биджудамы обещал быть скорым и однозначно интересным.

***