– Ну ты и придурок, – говорит Ксандер, как только мы занимаем свои места за столом.

Я прижимаюсь к Деймону, обнимающему меня за плечи, после чего он отвечает:

– Нужно было покончить с ним как можно быстрее.

– А нас вы не хотели пригласить? Она все-таки наша сестра, черт возьми!

Стоп. Они не злятся, что об этом стало известно, но злятся, что мы их не позвали?

Деймон притягивает меня ближе, и я кладу голову ему на плечо так спокойно, как будто речь за нашим столом вообще идет не об убийстве человека.

– Ты был за городом.

– Я бы вернулся, если б знал.

– Так мило, что ты заботишься о нашей сестренке, – вмешивается Себастиан, чтобы остановить перепалку братьев, а затем обращается ко мне: – Как ты себя чувствуешь? Поздний перекус придал тебе сил после того, что ты видела?

– Даже Баш был там? – Ксандер почти взрывается, лопаясь от обиды.

Напряжение в комнате нарастает, и я пытаюсь разрядить обстановку:

– Если честно, хорошо, что вас там не было, иначе я бы не знала, как смотреть вам в глаза.

– Видите? Расслабьтесь, – говорит Баш и подмигивает подходящей официантке.

У девушки красивые каштановые волосы, собранные в конский хвост. Судя по тому, как увлеченно она смотрит на Баша, он явно в ее вкусе.

Она по очереди принимает наши заказы. От меня не ускользает, что в меню нет цен и оно в основном написано на итальянском.

Деймон приходит мне на помощь и нежно шепчет на ухо:

– Я закажу тебе курицу с ризотто, звучит вкусно?

– Идеально, – отвечаю я, благодарная ему за помощь, после чего целую его в подбородок.

Ксандер тихонько присвистывает, и я чувствую, как жар разливается по моей шее и щекам. Я смущена своим внезапным проявлением чувств в общественном месте. Не то чтобы мне было стыдно, но это, конечно, не время для того, чтобы демонстрировать свои чувства к мужу.

Мне хочется отстраниться, но Деймон удерживает меня одной рукой и целует в висок.

– Пусть завидуют.

Официантка, широко раскрыв глаза и слегка приоткрыв рот, внимательно смотрит на нас.

– Risi e tochi, – говорит Деймон по-итальянски, и я понимаю, что это, скорее всего, и есть ризотто с курицей.

Девушка слегка откашливается:

– Отличный выбор. А что будете вы? – Она обращается к Маттиасу, но тот, прищурившись, смотрит в другой конец ресторана.

От его взгляда веет неприкрытым холодом, и в этот момент я благодарна всем богам, что он предназначен не для меня.

– Принесите ему то же, что и мне, – отвечает Баш. – И бутылку красного.

– Конечно. Я принесу лучшее из нашей коллекции.

Как только официантка уходит, я следую за взглядом Маттиаса, и мне становится ясно, что же его так привлекло. За столом в конце зала сидит потрясающая женщина, увлеченно беседуя с мужчиной напротив. Приглушенный свет отражается от ее светло-каштановых волос, создавая почти ореол вокруг миленькой головки, а ее платье, похоже, сшито на заказ, так как оно идеально подчеркивает фигуру. У этих двоих явно свидание, и, судя по тому, как они льнут друг к другу, все идет хорошо.

Деймон тоже переводит взгляд и тихо объясняет мне:

– Это Скарлетт Лоран. Ее семья тоже была связана с Орденом Святых.

Мне совершенно не нравится то, как он это произносит, к тому же используя прошедшее время.

– И что случилось с ее семьей? – спрашиваю я.

– Мы, – отвечает Маттиас, не глядя мне в глаза.

В голове всплывают рассказы о братьях Эверетт, которыми со мной поделился Деймон. Я пытаюсь найти в себе хоть немного сочувствия к этой смеющейся женщине, но не могу. Если ее семья была замешана в неудавшемся покушении, то они получили по заслугам.

Скорее всего, Деймон всегда будет считать, что его руки по локоть в крови. Но теперь по его окружению мне становится понятно, что он сделал то, что было необходимо. Он не только предотвратил переворот, но и продемонстрировал всем, насколько опасно снова пытаться причинить вред его семье.

Женщина смеется, и на щеке Маттиаса дергается мускул, когда он стискивает зубы. Честно говоря, я даже беспокоюсь, что он может себе их поломать. Маттиас встает из-за стола, делает несколько шагов в их сторону, а затем разворачивается и выходит из ресторана.

Женщина поднимает голову, будто ощутила чье-то присутствие, но, не увидев никого, снова сосредоточивает внимание на мужчине перед ней.

– С ним все будет хорошо? – спрашиваю я, переводя взгляд поочередно на каждого из Эвереттов.

– Конечно, – отвечает Деймон за всех.

Баш и Ксандер тихо перешептываются, погруженные в свои мысли.

– Она была замешана в похищении мальчиков, – продолжает мой муж, – мы знаем, что она не играла особой роли в этом деле, но с тех пор Маттиас оборвал с ней все контакты.

Официантка подходит к нашему столу с бутылкой вина и разливает напиток по бокалам. Я делаю глоток.

– Такое ощущение, будто она ему все еще небезразлична.

– Мы не знаем точно, через что прошел Маттиас, пока его держали в плену. Но вышел он оттуда, презирая ее. Когда мы попытались разузнать, что произошло, он только отгородился от нас.

– Кстати, по поводу капризных Эвереттов, – вмешивается Себастиан. – Когда ты уже простишь нашу мать и позволишь ей выходить в свет? Она уже не такая сварливая.

– Да, – давится смехом Ксандер, – теперь она больше похожа на разъяренную суку.

В последний раз, когда я видела мать Деймона, она делала все возможное, чтобы заставить меня почувствовать себя ничтожеством. Она видела во мне отброс общества – коим я и так являюсь, – и хотела напомнить об этом еще раз.

Деймон склоняется над столом и говорит тоном, не терпящим никаких возражений:

– Я прощу ее, когда она научится правильно извиняться.

– Вот черт, – выдыхает Баш, – я хочу быть твоей женой. Нет, я не говорю об инцесте, нам не обязательно заниматься сексом, но ты наконец-то сможешь меня защитить от этой женщины.

Ксандер даже поперхнулся вином, тут же пытаясь выплюнуть напиток обратно в бокал и откашляться.

– Ведите себя прилично, – говорит Деймон голосом старшего грозного брата, слегка приподнимая бровь.

Себастиан и Ксандер смеются, при этом выглядя как пристыженные подростки.

Я сама заливаюсь румянцем от того, на что намекал Баш.

– Ты же в курсе, что наш брак временный? – поправляю я его, хотя при этом мои пальцы судорожно впиваются в ткань юбки.

Деймон замечает мою хватку и ободряюще сжимает меня в объятиях.

Его братья вновь смеются.

– Ну, мы-то точно знаем, чем это все в конце концов закончится, сестренка, – подмигивает Себастиан.