Он шёл домой, и вечер плавился

в окне,

в руке буханка хлеба, молоко

для сына

Никто не знал, что боль сидела в

тишине,

что он скрывал её в своих

морщинах

Он был опорой – он умел молчать,

тащить, работать, не просить и не

ломаться

А ночью в потолок без слов

кричать:

«я больше не смогу.

Мне стыдно признаваться»

Всё – для семьи, и каждый новый

день как бой,

он строил дом, и делал вид —

легко даётся

И даже если падал дух его порой,

вставал он снова —

«мужчинам ведь придётся».

И дочь заметит:

«Папа, у тебя глаза в слезах?»

Он улыбнётся: «Ветер, дочка,

ничего не видно»

В натруженных руках

В объятиях

сын и дочь поймут…

в душе им станет стыдно

Мы, женщины, вам говорим:

Ведь мы всё знаём,

И вашу боль сжигаем

Мы видим, любим, ценим,

признаём,

что только с вами мы не мокнем

под дождем