Виктор провел пальцами по экрану своего телефона.

11:45

Пятнадцать минут до полуночи, а он все еще не уехал из города.

Виктор снова уселся в потертое кресло, настраивая собственные нервы, чтобы проверить их силу. Сыворотка Хэверти выветрилась пару часов назад – словно чувствительность вернулась в онемевшую конечность, вначале нервы кололись, как иглы, и наконец снова пришли в норму.

Но когда сила Виктора вернулась, в его голове опять затрещала статика. Начало очередного приступа. Но только начало. Это было странно – перед входом в хранилище его руки и ноги гудели, поток едва не выплеснулся. Когда сыворотка Хэверти подавила его силу, то подавила и приступ. Перегрузила что-то глубоко в нервной системе Виктора.

Он вытащил из кармана пальто ампулу – одну из шести, которые нашел в отсеке Хэверти. Ее содержимое сияло неоново-синим даже в темноте пустой квартиры.

Жидкость была решением на крайний случай, но также и прогрессом.

Придется проявить осторожность – каждый раз, используя сыворотку, он будет менять смерть на окно уязвимости, на период без силы – но Вик уже готовился, строил планы.

Возможно, с правильной дозировкой получится найти баланс. А «возможно» – это больше, чем Виктор вообще когда-то смел надеяться.

Его телефон загорелся – он перевел его в беззвучный режим, но экран все равно ярко вспыхнул, появился знакомый номер.

Сидни.

Виктор не ответил.

Он смотрел на экран, пока тот снова не погас, затем сунул телефон в карман, за дверью послышались шаги. Спустя несколько секунд раздался скрежет ключа в замке, и вошел Стелл. Он хромал, одна нога была закована в медицинский ортез. Стелл бросил ключи, не потрудившись включить свет, просто зашел на кухню и налил себе выпить.

Директор ЭОН почти поднес стакан к губам, когда наконец понял, что не один.

Он поставил напиток обратно.

– Виктор.

К чести Стелла, он не колебался: просто вытащил пистолет и нацелил его в голову Виктора. Или, по крайней мере, хотел. Но Виктор обездвижил руку противника.

Стелл поморщился, борясь с невидимой хваткой, что сжала ему пальцы. Но это была битва воли, а воля Виктора всегда будет сильнее.

Виктор поднял свою руку, повернул ее, и Стелл, как марионетка, повторил за ним движения, пока пистолет не уперся в его собственный висок.

– Не стоит заканчивать так, – сказал Стелл.

– Дважды ты запирал меня в клетке, – сказал Виктор. – Я не собираюсь дожидаться третьего раза.

– А что тебе даст моя смерть? – огрызнулся Стелл. – Это не остановит ЭОН. Организация огромна и растет с каждым днем.

– Знаю, – сказал Виктор, направляя палец Стелла к спусковому крючку.

– Черт возьми, да послушай. Если убьешь меня, станешь основным врагом ЭОН, их главной целью. Они никогда не перестанут на тебя охотиться.

Виктор мрачно улыбнулся.

– Знаю.

Он сжал руку в кулак.

Выстрел разорвал тишину, рука Виктора упала, и тело директора тоже.

Виктор глубоко вздохнул, собираясь с силами.

А потом вытащил из кармана листок бумаги. Страница из потрепанной книжки, строки заштрихованы, за исключением четырех слов.

Поймай меня, если сможешь.

Виктор оставил дверь открытой.

Выйдя в темноту, он вытащил телефон из кармана.

Тот снова гудел, имя Сидни сияло белой полосой на черном фоне. Виктор выключил телефон и выбросил в ближайший мусорный бак.

А потом он поднял воротник и ушел.