«Всё, ум, честь и совесть, всё в задницу. Забыть и наплевать. Задница – родная, любимая!» – женская спина возбуждала Артёма. Раньше он называл её спину – аэродромом, груди – бомбами, долину позвоночника – взлётной полосой. Жену в целом, с квартирой, машиной и гаражом, представлял авиаматкой, на которой был скромным самолётом, одним из многих. Поза сзади больше нравилась Ольге, она так приучила. Тёма крепко вцепился в бока, пихал сильно, распалял себя ненавистью: «Перед смертью не надышишься! Сука, тварь, вспомнишь меня, пожалеешь!» Бывшая жена мотала стриженой головой и бомбами, пёрла на него задом, стремилась к завершению старого романа и у неё не получалось.

– Иду на взлёт, – предупредил Тёма, закрыл глаза и дал газу… В темноте век он видел океан и понимал, что сегодня уходит в одиночный полёт, без надежды на возвращение. Авиаматка бросила его, ушла во вражеские воды.

Ольга столкнула Тёму с кровати, выскочила на лестничную площадку, там прыгала, ржачно смеялась и дразнила соседскую собаку, которая лаяла за дверью. В ванной она распласталась на стиральной машине, потом села на унитаз, взяла его в кулак, притянула к самым глазам, дула, теребила и долго рассматривала. Думала она или наоборот, не важно, было приятно. «Вот так всегда, вместо того, чтобы спокойно полежать, её несёт куда-то», – Тёма молча ворчал, держался твёрдо, с достоинством.

Целоваться в губы жена не любила, в глаза давно не заглядывала. Тёма уже и забыл о возможности близких интимных контактов. Жили и спали они в разных комнатах. Секс случался редко по непонятным причинам, рулить которыми Артём не мог. Ему нравилась жена, сын, квартира, работа, всё на свете нравилось. Других женщин у него не было. Зачем? Познакомился с Ольгой в институте, но отношения возникли не сразу. Артёма призвали во флот, там он изменился, стал интереснее. После окончания срочной службы морской офицер устроился на солидный оборонный завод инженером-программистом.

Ольга училась слабо, получила диплом, но замуж не вышла, поступила на работу в риэлтерское агентство. Это счастье для неё устроили родители. Когда Артём вернулся со службы, Ольга долго не думала. На свадьбе родители подарили дочери машину, сказали, для работы. С утра и до позднего вечера жена моталась с клиентами по квартирам. Мужа держала в неведении и на расстоянии. Сколько у жены денег, где она, с кем, он не знал. Артём хотел было вернуться в океан, на службу, но не получилось, родился сын Егор.

«Раз так, жена под мужем жить не желает, пусть всё само собой катится в яму, – решил Тёма. – Если она подрабатывает секс-услугами, что делать?! Это тоже профессия». Доходы Ольги росли стремительно. Она стала главной добытчицей в семье Машковых. Самостоятельно поменяла машину, влезла в крупную строительную компанию, занялась продажей новостроек, купила колготки в горошек и вошла в кортеж генеральной дирекции. Начались интересные командировки по сделкам с иностранной недвижимостью. Игры в глобус поглотили её. Мир в умных ладошках, сам того не ведая, усох до размеров шарика, которым она импульсивно жонглировала в стремлении к лёгкому успеху. Родители поощряли её стремление к путешествиям, поэтому у Артёма отношения с ними не сложились.

У него всё вышло шиворот-навыворот, в соответствии с законом сохранения и равновесия всего на свете он компенсировал успех жены. Отдел программистов был расформирован. Функции вместе с деньгами отошли в голову, то есть в Москву. Артём сел на рабочую сетку, стал наладчиком станков с программным управлением. По деньгам остался при своих, но потерял вузовскую квалификацию, инженерный статус и возможность карьеры.

Из ванной комнаты Ольга потащила Тёму на кровать, уложила навзничь и принялась целовать в губы долго и страстно, даже так, как Артём и не догадывался, что так можно, и не знал, что она так умеет!

– Сейчас я тебя сделаю, – Ольга поплевала на ладони и отёрла свои бомбы. – Ты не сдавайся, терпи и не кончай!!! Тебе нравятся мои волосы. Держи меня за волосы крепко, как лошадь за гриву, мне не больно!!!

В сексуальных танцах она обычно использовала Тёму для удовольствий, делала всё, что ей удобно, и ничего не давала взамен. Поначалу он томился в ожидании любви, то есть ласки, нежности и внимания, потом привык. Тёма инстинктивно и без сожаления отдавал всё, что имел. На прощание он вошёл в такое состояние, что нос заострился и отделился от тела. Во власти Ольги нос действовал самостоятельно. То был не сон и не смерть. Ничего мистического между ними не случилось. Просто Тёма настолько хорошо расслабился, что немного умер, но через две минуты воскрес.

– Понравилось. Да, ты меня ещё любишь? – спросила Ольга.

– Ты супер, на десять баллов. Я бы выдал тебе сертификат: тысяча баксов в час.

– Всё для тебя, Тёма. Тёма, я старалась!

– Ты классная. Сегодня получилось последнее и самое деловое свидание. Ты долго к нему готовилась? Одиннадцать лет, помнишь? С ума сойти!

– Не помню, но стоило с тобой развестись, чтобы разобраться: кто кому и сколько должен.

– Сегодня я стал на тысячу богаче, а ты, что ты приобрела?

– Не думай обо мне плохо. Надо было раньше разойтись, когда Жора в школу пошёл.

– Да, ты была моложе.

– Да, я была хорошая жена.

– Да, спасибо, мне это известно. Ты уже трепалась с Фуэнтосом?

– Его зовут Франсиско Гонсалес. Он долларовый миллионер. В Штатах, в Джексонвилле, я не была, ты знаешь. Свадьбы не было, ты знаешь, и с ним я не трепалась, а переписывалась, ты знаешь.

– Не знаю, не знаю. Может, твой Фуэнтос усы сбрил, виски пьёт, и сейчас, после разогрева ты к нему в апартаменты двинешь! Запомни, у тебя дом здесь! Это твоя квартира, твоя земля, твоя Родина в конце концов! Я ночью плачу, волком вою, люблю тебя, люблю! А ты с Фуэнтосом?! Меня не любишь, его тоже, никого не любишь.

– Знаю я цену твоей любви. Баллон пива и мороженое, на цветы, такси и бриллианты денег всегда нет.

– Там то же самое будет.

– Там! Я буду получать три тысячи баксов в день. Каждый календарный день! Буду получать просто потому, что жена Франсиско – Голда Гонсалес! Плюс свадебный капитал, на который я открою своё дело и обеспечу будущее Жоры.

– Не Жорес он, а Егор, Георгий Артёмович Машков.

– Жорес язык освоит и бизнесом займётся. Богатым будет, тебе в старости поможет. Там другая жизнь, другие возможности.

– А я-то при чём, я ни при чём. Ради Егора хочешь уехать?

– Да, ради сына. Я же ответственный человек.

На отъезд сына Артём согласился без скрипа, крыть было нечем, но он дал ребёнку совет: думай хорошо и возьми там всё дельное, что сможешь.

– И родителей за собой потащишь?

– Не знаю, что получится, они уже всем рассказали и опасаются. Взять тебя – простой, честный, жаришь куриные голяшки и не понимаешь, что здесь всегда будет хуже, чем там. За работу в Штатах неграм платят больше, больше в разы. Ты копейки получаешь и рад, а мне деньги нужны! Я грязной работы не боюсь, тысяча долларов в час – моя цена. Не пара мы.

– В добрый час, Фуэнтосу привет! Нет, не надо. Обо мне ему не говори, ревновать будет. Всё, что между нами, оно наше, общее. Я люблю тебя, буду ждать. Я уверен, ты приедешь, вернёшься. Родина простит и примет тебя в объятья.

– Насмешил. – Ольга вышла из контакта.