Мы обсудили уже немало состояний и условий, которые усиливают эмоции или заставляют человека острее реагировать на раздражители. Теперь мы считаем необходимым пояснить, что психические и физические заболевания не должны оборачиваться натяжками – их нельзя приписывать персонажам случайным образом, гипертрофировать для привлечения интереса или использовать как сюжетный прием.

В реальном мире подобные состояния могут быть для одних людей проблемой, для других – принятой частью собственной идентичности. Возможно и сочетание. Однако независимо от того, что это за болезнь, есть один непреложный факт: люди – это люди, а не их состояния. Каждый человек – это индивидуальность, многогранная и глубокая, и относиться к нему следует именно с этих позиций.

Слова обладают силой. То, как мы освещаем чувствительные темы в своих историях, влияет на восприятие этих тем нашими читателями в реальной жизни. Если мы пишем о психических или физических нарушениях (или даже об идентичности, если уж на то пошло), мы обязаны изучить факты и точно их изобразить. Используя такое отклонение в качестве усилителя эмоций, следует проявить деликатность, чтобы не причинить боль тем самым людям, о которых мы пишем.

Давайте рассмотрим пример использования психического нарушения для усиления эмоции. Лайза почти всю свою взрослую жизнь страдает от агорафобии. Из-за этого расстройства она боится выходить из своей квартиры на пятом этаже. Жизнь Лайзы не сводится к агорафобии. Она счастлива и чувствует себя защищенной в своем пространстве, ее потребности удовлетворены, она работает на дому, общается в чатах и онлайновых играх.

Все идет прекрасно, пока она не замечает, как из настенной розетки вылезает маленькое насекомое. Еще несколько обнаруживается в постельном белье. Лайза понимает, что в квартире завелись постельные клопы, и пытается их истребить. Она заказывает ловушки и наматрасники, заклеивает все отверстия, перестирывает одежду и постельные принадлежности в самой горячей воде и выдерживает шторы и подушки на балконе, чтобы солнце истребило личинки насекомых.

К концу недели Лайза истощена. Она почти не спала и отстает с работой, но все эти потери окупятся, когда насекомые будут выведены. К сожалению, они не поддаются. Лайза уже столько мыла, скребла и пылесосила квартиру, но все равно продолжает их замечать.

Представим теперь, что домовладелец приходит сообщить Лайзе, что ей придется временно выехать, потому что в доме будут травить клопов.

При одной мысли о том, чтобы выйти из квартиры, спуститься в лифте и очутиться на улице, у Лайзы скручивает внутренности и тошнота подступает к горлу. Нет, ни за что! Это невозможно. Ее мысли лихорадочно мечутся, воздуха не хватает. Она со всей определенностью заявляет домовладельцу, что не покинет квартиру и дезинсекторам придется найти какой-то другой выход.

Домовладелец знает о ее состоянии и проявляет понимание. Возможно, бронирует для нее номер в отеле буквально через дорогу, чтобы ее пребывание на открытом воздухе свелось к минимуму. Или же он деликатно указывает ей на ее подпись под соглашением, согласно которому она обязана впускать в квартиру наемных работников для необходимого ремонта и обслуживания.

В подобной ситуации агорафобия становится для Лайзы последней каплей в ее неспособности справиться с клопами. Ее подавляет не психическое состояние. Наоборот, Лайза научилась с ней сосуществовать. История как таковая не про агорафобию – это лишь одна из составляющих личности Лайзы. И только дополнительная проблема, усиливающая трудности, связанные с ее заболеванием, выводит агорафобию на первый план в этой сцене.

К сожалению, художественная литература изобилует болезненными стереотипами о состояниях здоровья и об идентичности. Мы, современные писатели, должны признать свою вину в этом и исправиться. Важно правильно показать явление, и наша цель – раскрыть перед читателями всю полноту жизненного опыта. Для этого мы должны изучать материал, чтобы понимать людей, о которых пишем. Выбор характеристик персонажа должен быть осознанным, а описание деликатным. Тогда читатели увидят подлинность и смогут соотнести себя с героем на основе его сильных сторон и индивидуальности.

Если вы решили показать персонажа с психическим или физическим отклонением, придайте ему глубину, не сводите все к диагнозу. Уделите созданию его образа столько же внимания, сколько любому другому действующему лицу. И если история не посвящена конкретно его опыту взаимодействия с его нарушением, не выпячивайте его и не ставьте во главу угла.

Используйте эти усилители эмоций обдуманно и осмотрительно. Прежде всего помните: люди – больше, чем их анамнез, и персонажи тоже должны быть больше, чем просто набор характеристик.