Приходили ко мне разговаривать разные люди.

Говорили все невпопад и всё о своём.

Говорили, что с ними было и что, может, будет,

только мало кто оставался со мной вдвоём.

Я их боли смывала по мере своих умений.

Циферблаты дел заменяла стуком сердец.

Так навадилась, что называть меня стали «гений»,

и в мою мастерскую заглядывал сам Отец.

И до самого часа, означенного природой,

я сплетала разные судьбы в единую сеть,

чтоб разверзлись однажды слёз библейские воды

и на землю явился Он – не плакать, а петь.