1765–1812
Предок Петра Багратиона царь Вахтанг вместе с семьей покинул Грузию во время очередного турецкого нашествия и переехал в Россию.
Воинский путь Петра Багратиона начался в Астраханском пехотном полку по рекомендации Г. А. Потемкина.
В 1788 году его полк оказался под Очаковом, где Екатеринославская армия генерал-фельдмаршала Потемкина-Таврического вела подготовку к штурму. В 23-градусный мороз войска пошли на штурм, который продолжался пару часов и был успешен. Отвага Багратиона, в числе первых ворвавшегося в крепость, был отмечена самим Суворовым.
Багратион шаг за шагом прошел армейские ступени от сержанта до капитана.
В марте 1794 года в Польше вспыхнуло восстание. В мае этого года на подавление мятежа был отправлен крупный отряд под руководством Суворова. В его состав входил и Софийский карабинерный полк, в котором к тому времени служил премьер-майор Багратион. В этом походе Петр Иванович проявил себя незаурядным командиром, выказав не только исключительную храбрость в сражениях, но и редкостное хладнокровие, решительность и быстроту принятия решений.
Суворов относился к Багратиону с доверием и нескрываемой симпатией, ласково называя его «князь Петр».
В октябре 1794 году двадцатидевятилетний Багратион получил звание подполковника.
В 1798 году Петр Иванович командовал шестым егерским полком.
В ноябре того же года сорокатысячный корпус русских воинов двинулся в Италию. Командующим объединенными русско-австрийскими силами был назначен Александр Суворов.
Вскоре почти вся Северная Италия была очищена от французских войск. Однако на соединение с Моро выступила вторая французская армия под командованием Макдональда. Австрийский отряд Гогенцоллерна был разбит, и престарелый фельдмаршал поспешил на выручку союзникам.
Несмотря на изнуряющую жару, суворовцы не идут, а бегут. Суворов, опасаясь окончательного разгрома австрийцев, подгонял: «Вперед, вперед. Голова хвоста не ждет». И прямо с марша, без отдыха вступил в бой. Французы, не уступавшие нашим ни численностью, ни мужеством, оказали ожесточенное сопротивление.
На второй день сражения, окончательно измотанные боями и жарой, русские войска держались с большим трудом. В это время к сидящему в тени большого камня Суворову подъехал Розенберг с предложением начать отступление. «Видите это камень? – спросил Александр Васильевич. – Сможете его поднять? Не можете – вот и русские отступать не могут».
Следом приехал и Багратион. Он сообщил, что войска падают от усталости и даже ружья уже не стреляют из-за перегрева. В ответ Суворов помчался на коне к войскам. Он застал их отступающими. Тогда он закричал солдатам: «Заманивай, заманивай, ребята». И когда солдаты, узнав своего командира, остановились, Суворов повел их снова в атаку. Вечером Макдональд приказал своей армии отступить.
Следующим серьезным препятствием стал Чертов мост. Он был переброшен через глубокую пропасть, высотою в двадцать метров, шириною в обычную повозку.
Суворов послал в обход отряд под командованием князя Багратиона. Как они взобрались по отвесным скалам без какой-либо страховки в тыл противника, понять невозможно, но в назначенный час началась общая атака на французов с обеих сторон.
Однако в самый разгар наступления противнику удалось взорвать мост. Заметив стоящий невдалеке дом, Суворов приказал разобрать его на бревна и перекинуть их через провал. Русские солдаты ринулись через бездну по восстановленному мосту.
В Итальянском походе Багратион был незаменимым помощником легендарного фельдмаршала. Во главе авангарда русско-австрийского войска он принудил сдаться защитников крепости Брешиа, овладел городами Лекко и Бергамо, отличился в трехдневной битве на берегах рек Треббии и Тидоне, дважды был ранен.
В августе 1799 года французская и союзная армии сошлись у города Нови. В этом бою Суворов доверил Петру Ивановичу нанести главный удар, в конечном итоге решивший исход битвы.
За победу Суворов подарил Петру Ивановичу шпагу, с которой тот не расставался до последних дней жизни.
Австрийцы настояли на отправке русских войск в Швейцарию на соединение с корпусом Римского-Корсакова. Одновременно союзники вывели из страны свои силы, оставив русских одних перед превосходящими силами врага. Уже на марше выяснилось, что путь через Сен-Готардский перевал практически непроходим – дорогу удерживали значительные силы неприятеля. Бойцы Багратиона пробрались через скалы в тыл оборонявшихся и заставили их, бросив артиллерию, поспешно отступить.
В дальнейшем Петр Иванович неизменно руководил авангардом, первым принимая на себя удары противника и прокладывая сквозь французские заслоны дорогу в горах.
Когда русские войска вышли в Мутенскую долину, то оказались в окружении противника в каменном мешке практически без боеприпасов и продовольствия. Посовещавшись, генералы приняли решение прорываться на восток. Возглавивший арьергард генерал-майор Багратион прикрывал выход из окружения. В составе 6-го егерского полка, ставшего ядром его отряда, в живых осталось лишь шестнадцать офицеров и не более трехсот солдат. Сам Петр Иванович получил очередное ранение.
В 1805 году авангард французских сил под командованием маршала Мюрата взял Вену и постарался отрезать пути отхода Кутузову. Петр Иванович получил приказ любой ценой остановить Мюрата. Выставив шеститысячный отряд русских воинов против тридцатитысячного противника, Михаил Илларионович прекрасно понимал, что отправляет его на верную гибель. В течение восьми часов Багратион отражал яростные атаки французов у селения Шенграбен. Русские не бросили своих позиций, даже когда враг, обойдя их, ударил в тыл. Лишь получив известие, что основные войска находятся вне опасности, Петр Иванович во главе отряда штыками проложил дорогу сквозь кольцо окружения и вскоре присоединился к Кутузову.
В 1807 году Петр Иванович получил от Беннигсена приказ выбить французов из городка Прейсиш-Эйлау. По обыкновению, князь лично повел свою дивизию в бой, враг был отброшен, а на следующий день две армии сошлись в генеральном поединке.
Во время русско-шведской войны П. И. Багратион командовал пехотной дивизией. Войска под его командованием заняли Вазу, Христианштадт, Або и Аландские острова.
П.И. Багратион. Гравюра 1812 г.
Составленный Александром I план решительного удара по шведам включал в себя зимний поход к Стокгольму по льду Ботнического залива. Когда присланный императором для организации похода граф Аракчеев обратился за консультацией к Багратиону, то получил ответ: «Скомандуете – пойдем». Встав во главе одной из трех колонн, Петр Иванович успешно достиг шведского берега и занял местечко Гриссельгам поблизости от Стокгольма.
В результате долгих и упорных боев в Финляндии и героического перехода русских армий под предводительством Багратиона и Барклая по льду Ботнического залива русские войска вступили на шведскую землю.
На подступах к Стокгольму корпус Каменского нанес шведам серьезное поражение. Швеция запросила мира. В сентябре 1809 года был заключен Фридрихсгамский договор, согласно которому Финляндия и Аланские острова вошли в состав Российской империи.
Петр Иванович стал любимцем всей русской армии и пользовался у солдат и офицеров безграничным доверием. Уважение своих людей князь заслужил не только редкостной храбростью на поле брани, но и чутким отношением к нуждам солдат, постоянно заботясь о том, чтобы его воины были здоровы, хорошо одеты, обуты и вовремя накормлены. Согласно суворовской науке побеждать.
В 1811 году П. И. Багратион был назначен командующим расквартированной в Малороссии Подольской армии.
К началу войны с Наполеоном силы русских оказались раздробленными и насчитывали всего 210 тысяч воинов против 600 тысяч Великой армии, вступившей в пределы России.
Петр Иванович на свой страх и риск принял решение отводить силы к Минску, где намеревался объединиться с 1-й армией. Этот поход представлял собой сложный фланговый маневр, выполненный в непосредственной близости от противника. Французы угрожали тылу и флангу. Корпус Даву отрезал пути отхода 2-й армии с севера, заставляя Багратиона постоянно изменять направление движения. Бои с превосходящими силами французов грозили огромными потерями.
К середине июля корпусу Даву удалось перекрыть путь стремившейся переправиться на противоположный берег Днепра армии Багратиона. В районе Салтановки произошла ожесточенная битва, после которой русские вышли к Смоленску и успешно объединились с основными силами. Марш 2-й армии по праву вошел в число выдающихся деяний военной истории.
Однако соединившиеся русские армии Багратиона и Барклая-де-Толли все еще значительно уступали Великой армии. Отступление продолжилось. В этом критическом положении командование объединенной армии было доверено М. И. Кутузову.
Петр Иванович одним из первых осознал, насколько мощным является эффект совместных действий вооруженного народа и регулярной армии. Во второй половине августа в Колоцком монастыре состоялась встреча Багратиона и Дениса Давыдова. Вскоре партизаны при поддержке главнокомандующего сражались на всей оккупированной территории. Помимо отряда Давыдова были сформированы партизанские группы под руководством генерала Дорохова, капитана Сеславина, капитана Фишера, полковника Кудашева.
В Бородинском сражении наиболее слабое место главнокомандующий доверил защищать армии Багратиона, приказав укрепить фланг земляными сооружениями. У деревни Семеновской было устроено три полевых укрепления, впоследствии получившие название Багратионовых флешей.
Западнее деревни, в километре от русских позиций, находилось передовое укрепление Шевардинский редут. Бой за него, разыгравшийся 24 августа, стал кровавой и грозной прелюдией к сражению. Наполеон бросил тридцать тысяч пехоты и десять тысяч конницы против оборонявшего укрепление двенадцатитысячного русского отряда. Жестокий картечный и ружейный огонь в упор продолжился рукопашной схваткой. Под напором противника русские организованно отошли, однако в семнадцать часов дня Багратион лично повел гренадерскую дивизию в контратаку и выбил французов из редута. Схватка продолжалась до темноты и лишь поздно вечером, согласно приказу Кутузова, Петр Иванович оставил позицию. Бой за редут выявил намерение Наполеона нанести основной удар по левому крылу армии русских. На этом направлении он сосредоточил главные силы.
Французы двинулись к деревне Бородино, однако то был отвлекающий удар. Главные силы направились на батарею Раевского и Багратионовы флеши. Первая атака началась в шесть часов утра. Войска «железного» маршала Луи Даву были остановлены ураганным артиллерийским и ружейным огнем. Спустя час последовал новый штурм, в ходе которого французы добрались до левой флеши, однако вскоре были оттуда выбиты контратакой.
Неприятель подтянул резервы, и в восемь часов была организована третья атака. Несколько раз флеши переходили из рук в руки, но в итоге русские удержали их. В течение четырех последующих часов корпуса Нея, Мюрата, Даву и Жюно еще пять раз предпринимали отчаянные попытки добиться успеха. Самой яростной стала восьмая атака, которую русские войска встретили штыковым ударом.
Военный историк Дмитрий Бутурлин, участник этого боя, отмечал: «Последовала ужасная сеча, в коей с обеих сторон были истощены чудеса сверхъестественной храбрости. Артиллеристы, конные и пешие обеих сторон, перемешавшись вместе, представляли ужасное зрелище громады воинов, препирающихся с бешенством отчаяния».
В ходе восьмой атаки осколок ядра раздробил Багратиону левую ногу, но генерал остался на поле боя, пока не удостоверился в том, что кирасиры отбросили французов.
С большим опозданием из раны полководца были удалены осколки. Рана была чрезвычайно опасной и причиняла князю нестерпимую боль, однако от ампутации Петр Иванович наотрез отказался. В одном из последних писем императору он говорил: «Я ни малейше не сожалею о сем ранении, всегда быв готов пожертвовать на защиту отечества и последнею каплею моей крови…»
Через семнадцать дней после ранения Петр Иванович Багратион, всю свою сознательную жизнь проживший на полях сражений, скончался в имени князя Голицына.
Денис Давыдов предложил императору Николаю I перенести прах генерала на Бородинское поле. С тех пор на Курганной высоте стоит простое надгробие – могила Петра Ивановича Багратиона, имя которого стало символом русской воинской доблести.