Татьяна, конечно, видела одну из лис-сестёр Итаффа, ничего хорошего от неё не ожидала и удивилась, когда Соколовский, пригласивший её в гостиничную кухню, представил ей темноволосую девушку:– Танечка, это Ииатина, самая младшая сестра Итаффина.– Очень приятно, – кивнула Таня, покосившись на начальство.– Мне тоже, очень! – пискнула девушка. – Только меня можно просто Тина называть.И тут Таня сообразила, что Тина её… натуральным образом боится. Причём боится так, что даже губы дрожат.– Тина хочет поискать работу в Москве, в кафе или ресторане, – пояснил Филипп Иванович. – Если она вам подойдёт, я бы хотел нанять Тину как помощницу по хозяйству.– В гостиницу? – уточнила Таня.– В первую очередь вам – всё равно у вас столуются практически все мои подчинённые, да и я временами тоже. Вы – ценный специалист, и нагружать вас постоянной готовкой на множество едоков, это… неразумное использование вашего времени. Да, вам периодически помогает Карина, но она сейчас всё больше занята с Уртяном да занимается записью клиентов в стоматологический кабинет, так что я решил предложить вам Тину. Если она вам не подойдёт, будем искать вам помощницу дальше!Таня только тихонько вздохнула – во-первых, ей категорически не хотелось связываться с женской частью семьи Итаффина – ничего хорошего про них она сказать не могла. Во-вторых, всё, что высказал сейчас Соколовский, можно было сказать ей лично, да и спросить, а она-то как к этому относится, не помешало бы. А в-третьих, если помощница будет крутиться в её личной кухне, то лучше она сама всё готовить будет – зачем ей посторонние на её территории?Но… что делать, если перед ней стоит и дрожит мелкой дрожью совсем молоденькая особа? Если начальство, как мужчина, никаких таких нюансов в принципе не разумеет, и злиться на него вообще никакого смысла не имеет – это примерно так же, как злиться на… стол! Да и если она не хотела посторонних в кухне, то надо было веником отбиваться от всех-всех, начиная с Врана.Филипп Иванович покосился на своё доверенное лицо и весело усмехнулся – всё-таки он был гораздо старше, чем можно было себе представить, женат был давно, и если он что-то понимал в женщинах, то на него явно позлились слегка, но решили, что это бесполезно.– Когда женщина умеет держать себя в руках – это великое дело! – подумал он, технично удаляясь из кухни. – Теперь уж пусть лисичка постарается…Таня посмотрела на закрывшуюся за начальством дверь, мимолётно пожалев о том, что вслед руководству не принято бросать тяжёлые предметы, а потом повернулась к кандидатке на должность повара. Хочешь не хочешь, а как-то надо было начинать с ней общаться, пусть даже для того, чтобы отказать в найме на работу.– Тина, – обратилась она к девушке, замершей, как суслик у норы. – Ты готовить умеешь?– Я? Я умею, да! – закивала Тина, а потом испуганно захлопала глазами. – То есть, я готовила… Меня иногда нанимали наши соседи... Они такие же, как и мы. Всем нравилось.Татьяна понятия не имела, что могло понравиться соседям-лисам, поэтому с некоторым сомнением решила уточнить:– А какие блюда ты умеешь готовить?– Я умею… – Тина глубоко вдохнула воздух и…Перечень впечатлял: первые блюда, всевозможное мясо, гарниры, салаты, выпечка…– Или она просто заучила кулинарную книгу, – подумала Таня, ещё больше затосковав – она не хотела заниматься какой-то подозрительной лисицей, а хотела спокойно провести свой выходной, пусть даже и за готовкой!Видимо, на её лице отразилось какое-то недоверие, так что Тина запнулась, уставилась на Таню огромными светло-карими глазищами, а потом неожиданно всхлипнула:– Я… я понимаю, вы мне не верите! Мама и сёстры тоже мне не верили, когда я начинала пробовать что-то на кухне. И соседи мне не верили… и… и наверняка в ресторанах и кафе тоже так будет! Но что же мне делать? Я не хочу жить дома! Итафф теперь точно от нас уйдёт! Ему обязательно надо уходить – мама его в покое не оставит, а я… как я без него? Я не хочу замуж за какого-то богатого лиса, которого найдёт мама! Я не хочу быть украшением, я же не вещь! – она тёрла глаза тыльной стороной правой руки, стараясь не разрыдаться окончательно, но получалось плохо – ей стало понятно, что она не нравится этой светловолосой девушке, которая уже так много умеет и знает, которая так уважаема, что с ней советуется о найме этот важный актёр!Татьяна растерялась – то, что говорила эта плачущая лисичка, как-то не сочеталось с ролью младшей сестрички-нахлебницы.– Погоди… я думала, что тебе так нравится! Нравится, что Итафф приносит деньги…– Он оставил деньги на моё обучение в институте – я в пищевой хотела поступить, но мама их забрала себе, мне запретила о глупостях думать. А Тафу сказала, что всё потратила. Если он ещё деньги принесёт на это, она опять заберёт себе! Он и так едва не погиб из-за этих денег! Я… я так не хочу! Я его люблю – он самый хороший и лучший!Вот как объяснить незнакомке, что ей не надо было ни дорогих подарков, ни роскошных обновок, ни даже института, если брат за это должен был платить такую цену!– Он сказал, что если я вам понравлюсь, то я смогу тут остаться, но я не нравлюсь. Я понимаю. Я… я тогда пойду, – Тина тёрла глаза уже двумя руками, потому что всё было совсем плохо, и скрывать это у неё не получалось – всё-таки лет ей было не очень много, а терять надежду было ужасно трудно.– Так, погоди немного! Уйти ты всегда успеешь! – остановила её Таня. – Понимаешь, это предложение было для меня… неожиданностью, я никогда не думала о помощнице по хозяйству, но, возможно, это неплохая идея. У меня дома и правда собирается много… всех. Может быть, ты покажешь мне, как готовишь? Только давай что-нибудь простое и привычное?Залитые слезами глаза сверкнули такой неприкрытой надеждой, что Тане даже как-то неловко стало.– Я… я, конечно, покажу! Простое и привычное?– Да, вот тут есть продукты… что ты можешь из них приготовить? – Таня открыла холодильник и кивнула на охлаждённое мясо, овощи, масло и молоко, а потом открыла кухонный ларь для картошки.Тина стала похожа на настоящую лисицу, которая принюхивается к следу – она нырнула в холодильник, вытащила продукты, осмотрела, покосилась на Таню, увидела её одобрительный кивок и ринулась готовить.И тут выяснилось, что у неё есть забавная особенность – она тихонько проговаривает свои действия, словно диктуя себе, что именно нужно:– Чистим картофель, моем, заливаем холодной водой, ставим на огонь… – рассказывала кастрюльке с картофелем Тина.– Моем овощи на салат… – сверкала она глазами над огурцами, редисом и зеленью.– Берём свинину – мясо чистое с умеренным количеством жирка, пахнет отлично, режем на куски средней толщины, разогреваем сковороду и кладём мясо на её сухую поверхность, – бормотала она, не замечая, как Татьяна начинает улыбаться – Тина выглядела так, словно учёный, который делает важнейший опыт.– Солим, посыпаем приправами, – мурлыкала с мясом лисичка, принюхавшись к приправам и на секунду замерев над ними, прежде чем сделать выбор. – Да, вот так! С одной стороны подрумянилось, переворачиваем.Взбитое пышное пюре с молоком и маслом уютно устроилось в кастрюльке, радовал взгляд салат, уложенный в стеклянную миску, а на тарелку легли идеально приготовленные куски мяса.– Вот, попробуйте, пожалуйста! – Тина последний раз улыбнулась блюдам, а потом повернулась к Татьяне и… разом превратилась из уверенного в себе мастера в перепуганную, совсем молоденькую девушку, которая отчаянно волновалась.Татьяна отрезала кусочек мяса, положила себе немного пюре, салат, попробовала и удивилась – всё было мало того, что очень хорошо сделано, но и так, словно это она сама готовила!– А знаешь, это – очень вкусно! Спасибо большое! – улыбнулась Татьяна дрожащей от волнения Тине.– Правда? Вам правда понравилось?– Да! Это отлично! А теперь скажи, пожалуйста, все те блюда, которые ты перечислила… – Таня попыталась сформулировать, как бы сказать так, чтобы не обидеть, но Тина поняла без слов:– Я правда-правда умею всё это готовить! Я не вру и не преувеличиваю. И могу делать так, как скажете вы. Я умею… как это по-людски… А, вспомнила! Мимикрировать под повара.– Как это? – удивилась Таня.– Иногда рецепт блюда может быть идеальным, но тому, кто это ест, хочется не как идеально, а так, как ему нравится. Я же пробовала ту еду, которую вы приносили Итаффу, немножечко совсем, только чтобы понять, как сделано… Вы добавляете в пюре немножко молока, и оно становится ароматнее и пышнее. Я так и сделала. И кроме соли туда ничего не кладёте из приправ… И мясо тоже – я унюхала вашу приправу тут, – она кивнула на стойку с приправами, – и её добавила. И салат…туда ведь каждый добавляет свои ингредиенты…– Но ты скопировала мой салат? – кивнула Таня.– Да. Нет, я много их знаю, я могу готовить как скажете. Могу как в ресторане, могу по-домашнему, могу…– Я поняла! – рассмеялась Татьяна. – Не волнуйся ты так! Мне действительно сложновато готовить на столько едоков каждый день, я буду рада помощнице! Но…Тина, несмело улыбнувшаяся было, замерла и вытянулась в струночку.– Да не пугайся ты! – вздохнула Таня. – Садись, я просто хочу тебе пояснить, кто у нас может присутствовать за столом… Все же разные, вкусы разные. Иногда они едят в истинном виде, иногда – как люди.– Я могу на любой вид готовить! Я даже лисью подливку пожилой соседке как-то делала…– А это что? – удивилась Таня.– Это… это из рыбы. Такой… не очень свежей. У пожилых лис иногда слабеет нюх, и им хочется что-то такое… поострее.– Ну, если ты и с этим справилась, то наши каши с мясом, печёнкой или мучным червём для воронов ты точно освоишь! – решила Таня.– Я да… я освою! Всё-всё, что угодно, освою! – Тина прижала руки к груди.– И ещё – если ты будешь тут работать, то, может быть, придётся готовить и на гостей. Раньше-то мы всех просили пользоваться доставкой…– Ой, нет, зачем? Зачем доставкой? – испугалась Тина. – Кто их знает, как там приготовят, да какие продукты возьмут, да какими лапами уложат в контейнеры… Мало ли, может, их плохо мыли, эти лапы… Я с удовольствием буду готовить и вам, и в гостинице. Я очень, просто очень люблю готовить!– Я уже поняла, – рассмеялась Таня. – Тогда я скажу Филиппу Ивановичу, что мы тебя берём!– Счастье какое! – выдохнула Тина. – Я так рада! Спасибо вам! Спасибо!Татьяна, увидев такое ликование, подумала, что не только у Итаффина жизнь в этой семье была не очень-то хорошей, но и у этой лисички, похоже, тоже.– Ты сама-то сегодня ела? – остановила она восторженную Тину.– Я… я завтракала, – не очень уверенно ответила она, припомнив кусочек хлеба и прозрачный ломтик сыра, неуверенно взятые ею у Геннадия в гостях.– Так, понятно. А давай-ка мы сейчас позовём сюда Итаффа, вы поедите как следует, а я пока схожу и поговорю с Филиппом Ивановичем о твоём трудоустройстве. Договорились?– Договорились!! – Тине и в голову не приходило, что кого-то может интересовать вопрос, а ела ли она и если да, то достаточно ли?Итафф сидел на подоконнике напротив кабинета Соколовского – видимо, после разговора с ним вышел, но идти к себе в номер не решился. Увидев Татьяну, выглянувшую в коридор, разом насторожился, ожидая новостей про младшую сестру.– Иди сюда, – окликнула его Таня.Нос Итаффа унюхал упоительные запахи еды, которые действовали на голодного лиса так, что даже идти стало легче:– Но это мне нравится, а вдруг этой не понравилось? – думал он, прихромав к кухне. – В любом случае, Тину надо будет у матери забирать! Займу денег у Тяна, сниму ей комнату, буду искать для неё работу…Правда, стоило ему только увидеть сияющие глаза сестры, спешно накрывающей на стол, как он облегчённо выдохнул:– Меня взяли, Таф, представляешь? – Тина встретила его радостной новостью.– Твоя сестра очень хорошо готовит. Вы поешьте пока, а я пойду к Соколовскому, – улыбнулась ему Татьяна.– Я приготовила, и Тане понравилось! – щебетала Тина, накладывая брату еду на тарелку. – А ещё… ещё она спросила, не голодная ли я сама. Таф… меня никогда об этом никто из соседей не спрашивал. А ведь она – человек. Разве такое бывает?– Видимо, да, – немного растеряно ответил Итафф. – Чего только на свете не бывает! И, знаешь, мне кажется, что работать с Татьяной в любом случае будет спокойнее и безопаснее, чем в кафе или ресторане!Таня решительно прошагала по коридору к начальству, постучала в дверь его кабинета, а услышав:– Входите, Танечка! – вошла и сказала:– Тина отлично готовит! Только я не очень представляю себе, как мы сможем добыть её у матери… Насколько я понимаю, она там кашеварит и на семейство, и на соседей, да ещё не бесплатно.– Конечно. И все деньги забирает мать, – кивнул Соколовский. – Но нам повезло – Тине уже исполнилось восемнадцать, и её документы умный Итафф прихватил, пока его мать и сёстры ходили в гости. Впрочем, свои документы и вещи он тоже эвакуировал из номера – говорит, что опасается за их сохранность, что очень разумно!– Думаете, будут скандалить?– Пренепременно, Танечка! – обрадовал её Соколовский. – Обязательно будут! Так что, когда возникнет такая необходимость, вы уж запустите Тину к себе… Мне кажется, что Итафф уже почти дозрел, осталось совсем чуть-чуть, и четыре чернобурых лисы отправятся домой!