Тут ему пришлось несладко, потому что Лена никогда особенно не вникала в юридические тонкости жизни и была уверена, что сейчас участковый как-то заставит негодяя-Андрея пустить её домой, а так что же получается?

– Какое ещё постановление? Почему отказ? Мои права нарушены! Зачем мне ваша дурацкая бумажка? Сделайте так, чтобы он мне двери открыл! – заверещала она.

Попытки несчастного Филимонова объяснить, что вселение – это вопрос не yгoлoвного, а гражданского права, что постановление нужно как раз для того, чтобы в суде начали делопроизводство по её вопросу, что он не может вломиться в квартиру и силой кого-то туда вселить, были напрасны.

– Гррражданка! – рыкнул наконец-то участковый. – Или я вам выписываю постановление и ухожу, или, если вам оно не надо, просто ухожу! Больше ничем я вам помочь не могу.

– Ну хорошо же! – процедила Лена. – Давайте вашу бумажку, но знайте, я на вас буду жаловаться!

– Ваше право! – Филимонов заполнил документ, вручил фурии, протиснулся мимо сваленных чемоданов и покинул дом с мыслью о том, что мужику вообще-то и не повезло – ещё бы, жениться на такой Горгоне, и повезло – скоро он с ней разведётся!

А Лена, решив, что раз не вышло мытьём, можно попробовать катаньем, снова набрала номер Андрея.

– Слушай… ну давай просто поговорим! – усталым голосом начала она.

– Ты думаешь, что ещё не всё мне сказала? – удивился Андрей.

– Ты же всегда был… благородным, добрым, самым-самым!

– Лен, доброта не равняется глупости! А моё благородство не вынесло тяжести рогов, которыми ты меня щедро наградила. Оно того… закончилось! Поняла? – рассмеялся Андрей. – А теперь меня послушай! Я изо всех сил старался не выволочь тебя из дома силой. Причём старался вовсе не из-за тебя. Так что послушай доброго совета – я тебе из собственной доброты могу выделить только совет. Слушаешь?

– Андрей…

– Так вот, собирай свои манатки и катись отсюда так, чтобы я тебя больше не видел! Поняла? ВОН!

Глава 45. Можно, но не нужно

– Я всё равно войду внутрь! – завизжала она. – Я дождусь, пока ты свалишь, и опять сломаю замок!

Андрей только рассмеялся – он прекрасно понимал, что его почти бывшая супруга непременно вновь вызовет слесаря и попытается войти в его квартиру, но… она не знала об одном обстоятельстве, которое совсем недавно Андрея прилично расстраивало.

– Да кто бы мог подумать, что ремонт в офисном здании, из-за которого почти всех сотрудников переводят на удалёнку, меня так обрадует!

Нет, до этого момента он не очень-то хорошо воспринял эту информацию – Андрей предпочитал выполнять работу на рабочем месте, а дома благополучно о ней забывать, подозревая, что в противном случае эта самая работа расползётся во времени до глубокой ночи:

– Вряд ли моё начальство удержится от соблазна прибавить нагрузку под флагом «вы ж теперь дома работаете!» – примерно так он и рассуждал, возвращаясь из командировки, но теперь:

– У меня полтора месяца работы дома! – размышлял он. – Как раз хватит времени и на то, чтобы развестись, и на то, чтобы Ленка смирилась с тем, что я не собираюсь пускать её обратно в свою жизнь. А эти три недели до развода поживу на осадном положении: продукты – закажу, мусор вынести не проблема – тут баки рядом. Да, физической нагрузки будет не хватать, но это тоже решаемо – вон я ж Ленке покупал беговую дорожку, она так в кладовой и стоит… вытащу, подключу и буду двигаться. В любом случае, это выйдет дешевле, чем мне потом квартиру восстанавливать после этой мегеры!

В это время «мегера» продолжала что-то вопить в смартфон, так что Андрей сфокусировался и выяснил, что ведёт-то он себя, оказывается, очень не по-мужски!

– Интересно, а по-мужски я что должен был сделать? Квартиру ей уступить – Ленке-то нужно, а я ещё себе заработаю? Так, что ли? Благородство на грани слабоумия? – думал он, изумляясь, какие странные представления о мужчинах бывают у некоторых женщин.

– Прямо скажем – чистое фэнтези, а не представления! Похоже, с точки зрения Ленки, мир населён «благородными» идиoтами, которые что-то ей постоянно должны, даже после её бесконечного вранья, измен и мoшeнничества? Да, именно так можно назвать её бесконечное выманивание денег на «лечение бесплодия», когда она на самом-то деле принимала противозачаточные! А её эпохальный уход? И чего-чего я там опять не так сделал?

– Ты взял и подал на развод! – рыдала Лена, создавая звуковой фон. – Ты даже не дал мне шанса!

– Потрясающее самомнение! Я, оказывается, ещё должен был её ждать и беречь этот самый шанс, чтобы торжественно вручить его драгоценной жёнушке: вдруг она получит пинка от своего хахаля и не успеет схавать нового? – думал Андрей.

– Что ты молчишь? – Лена так и стояла под дверью, время от времени пиная её ногами. – Ты… трус и тряпка! Почему ты не выходишь и не скажешь мне в лицо всё, что думаешь?

– Лен, – Андрей только недавно прилетел с другого конца страны, а перед этим вкалывал так, что у него в ушах звенело от переутомления. – Я, конечно, могу выйти, но исключительно чтобы исполнить свою мечту – спустить тебя с лестницы вместе со всеми твоими сумками и чемоданами. Но скандалы у нас любила именно ты, а не я. Мне хватило твоего ухода к хахалю, так что не нарывайся и уходи!

Видимо, в голосе мужа было что-то такое, что заставило Елену заподозрить – её полёт с лестницы вполне-вполне реален.

– Да и ладно, я приду завтра днём! – утешила она себя. – Приду, мне вскроют дверь, и я ему устрою… У него там бабкин сервиз есть, какой-то старый… Одни черепки от него останутся! Альбомы с дурацкими семейными фотографиями – всё порву! Шмотки его на лапшу пущу! Короче, он сильно пожалеет, что со мной так обошёлся!

Лелея планы мести, Лена вызвала такси и, нагрузив несчастную машину кучей своих вещей, отправилась к матери, живущей в Подмосковье, не зная, что её провожают взглядами белая голубка, лиса, вороница и аккуратнейшая серая мышь, которая мышью-то вовсе и не является.

– А ведь он молодец! – потёрла лапы Шушана, покосившись на озадаченную голубку. – А ты чего такая задумчивая?

– Я не очень поняла, зачем он эти флаконы выставлял. Можно же было просто их сложить и оставить в сумке.

– Он не любит скандалы, а ещё, насколько я понимаю, очень волновался, что ты можешь прилететь и застать это выяснение отношений, поэтому сделал всё так, чтобы было максимально тихо, – пояснила Шушана.

– А с флаконами и вовсе ход гениальный, – кивнула Рууха, с удовольствием фыркнув старое лисье прoклятийное напутствие вдогонку волочайке. – Если бы она просто сумки увидела, то ни за что сама бы не вышла – надела бы рубашку мужа вместо халата, да так и ходила, и за вещи бы не волновалась – подъезд маленький, соседей почти нет, замок есть, то есть чужие не придут, её чемоданы никто не тронет. А так она увидела флаконы и возмутилась до такой степени, что ни о чём больше и думать не могла – кинулась их собирать, уходя всё дальше от двери. Знаешь, по принципу «одну ягодку беру, на другую смотрю, третью замечаю, а четвёртая мерещится». Это дало возможность Андрею спокойно закрыть и запереть дверь. Самообладание у него – как у умного лиса! Вообще о людях многое можно сказать по тому, как они расстаются…

Примечание автора: волочайка – это древнерусское ругательство, обозначающее женщину слишком лёгкого поведения. Происходит от слова «волочиться».

– Да? – удивилась Света.

– Конечно! Вот смотри – он мог вещи её не выставлять, а одними флаконами выманить. Мог вещи выставить, а паспорт забрать. Мог взять её за шкирку и выкинуть силой. А мог вообще свалить в гостиницу, оставив её в квартире!

– А почему так не сделал?

– Во-первых, потому, что оставлять свою нору на милость такой крысихи – это неразумно, а ещё, потому что ты могла прилететь! – Шушана помахала лапкой на смартфон, который уже устал принимать сообщения. – Вон, смотри, у тебя звонилка твоя аж подпрыгивает – наверняка он писал, чтобы ты пока не прилетала, потому что опасно!

Света быстро вернулась в людской вид и взяла гаджет.

– Да, так и есть! Именно это он мне и писал! И предупредил, что эта Лена голубей не любит, считает, что мы в доме – дурная примета, так что может попытаться ударить… Раз она уже ушла, я же могу к нему полететь, да? – заволновалась она.

– Мочь-то можешь, но пока лучше не надо! – мягко остановила её Рууха, мимолётно переглянувшись с Шушаной. – Пусть он успокоится. Сама понимаешь, он устал, нанервничался, ему подумать надо…

Норушь сосредоточенно покивала, она была уверена, что Андрею как раз очень даже надо подумать, а главное – сделать правильные выводы!

Нет, Света на сообщения ему ответила, конечно – зачем заставлять человека лишний раз переживать, написала, что с ней всё в порядке, что очень рада, что он вернулся, но пока прилететь она не может.

– Вот и правильно! – одобрила её Рууха. – А теперь пойдём оттянем Лёлика от новой компьютерной игры, которую он типа тестирует вместе с Враном, а на самом деле увлёкся так, что по уши там завяз, а потом будем пить чай и вкусно общаться!

Лёлик действительно сел за комп только «посмотреть, чем именно Вран занимается», а теперь едва-едва оторвался от экрана, и то благодаря бабулиной харизме и потрескивающему в её руке сгустку огня.

– Лёлик, счастье моё увлечённое! Или ты сейчас встаёшь сам, или ты падаешь под стол и прячешься там… – усмехнулась Рууха. – Выбирай! Враник, пошли лучше… Таня тебя ждёт!

Загнав Лёлика и Врана за стол грубой лисьей силой, Рууха озаботилась вопросом, а как там главный разработчик игры?

– А Иван ел?

– Куда ж он денется? – насмешливо фыркнула Басина. – Конечно, ел! Целых полтора раза!

– А почему полтора? – удивилась Рууха – её пушистая собеседница никак не выглядела как существо, которое позволило бы кому-либо филонить от еды!

– Потому что на завтрак я его пригнала, а вот обедал он не дома, так что я думаю, что обошлось полуедой – куснул что-то, и всё.

– Логично! Значит, ему полагается полтора ужина… для ровного счёта! – решила Рууха. – Где будем питать гения?

– Лучше всего за его мисками, – решила Басина. – Он сейчас заканчивает какие-то настройки, очень занят. К непривычным перемещениям относится агрессивно, сразу нервничает и теряет аппетит. А к своим мискам он привык – смирился, наверное!

Рууха только глазами сверкнула от восторга – очень уж ей понравилась степенная и логичная особа, классифицирующая привычки и навыки Ивана так, словно он был домашним котом.

– Сработаемся! – решила она, выбирая, что именно положить в Ивановы «привычные миски», спешно доставленные Шушаной.

– Смотри-ка… еду нашёл по запаху! Прогресс! – одобрила Рууха поведение Ивана, машинально подтянувшего к себе появившуюся у локтя тарелку. – Даже не смотрит, что ест, но действует активно и с аппетитом!

– Да, он очень удобный! – глубокомысленно заметила Басина. – Никакой критики, никакого фырканья, но чутьё есть! Я тут ему немного кошачьих консервов положила… витаминизированных, кстати.

– На пробу? – понимающе кивнула Рууха.

– Именно. Так он с аппетитом съел, и даже ещё вилкой потыкал в пустое блюдце – искал, значит…

– Качественные консервы?

– Оказалось, очень даже! – призналась Бася, машинально облизываясь. Она не стала говорить, что сначала испытания проводились на крысе, которая почему-то бегала за карбышем, потом на Терентии, а уж только после этого на Иване. Бася, как очевидный венец творения, сняла пробу последней.

За столом у Тани было шумно, много… многолюдно не скажешь, потому что из людей только Татьяна и присутствовала, а вот всех остальных хватало.

Иван ел у себя, то вооружаясь вилкой, то увлечённо стуча по клавиатуре.

Анна и Никита были в своём номере, причём Аня беседовала со свекровью, изо всех сил убеждая последнюю, что с Никитой всё в порядке, что она сама это слышала в половине шестого, а вот сейчас её сын с мамой никак поговорить не может! Сам Никита, уже принявший ночные крылья, переживал рядом, переступая с лапы на лапу.

Сшайр мрачно осматривал вычищенные вороницами до блескучего сияния подвальные трубы, размышляя, куда бы их ещё отправить, чтобы они там ничего не сломали и никому ничего не повредили.

А в первом подъезде, в позе роденовского «Мыслителя» на неудобной скамеечке в собственной кухне сидел Андрей и думу думал.

Хочешь не хочешь, он вспомнил все «прелести» Елены. Нет-нет, о тех прелестях, которые совсем недавно были обёрнуты полотенцем, и речи не было! Размышлял Андрей совсем о другом:

– Они же прямо противоположны друг другу! Ленка и Света! С первой я чуть не сдох, а Света… да я просто её сообщение прочёл, и мне уже дышать легче стало! То, что для Ленки нормально и привычно, для Светы может быть неприемлемо… И что? Я готов рисковать тем, что она просто откажется со мной общаться в… привычном современном формате? А если вовсе решит, что я ей такой и не нужен? В конце-то концов, при такой разнице, разве можно сравнивать брак с Ленкой и эту же возможность со Светой?

Шушана, на всякий случай заглянувшая к Андрею, довольно кивнула сама себе – она вообще любила, когда люди думали в правильном направлении! А для того чтобы убедиться в этом, она заторопилась к Крылане, которая только недавно вернулась в Москву после полёта к родным.

– Посмотрреть, чего он надумал? Да запрросто! – согласилась она, выслушав предысторию, а вернувшись после коротенького перелёта к распахнутому окну Андрея, доложила:

– Сообрражает, как бы ему с голубкой прро важное поговоррить. Прризнаться, а потом замуж позвать, если она не будет пррротив.

– Ну вот! Додумался наконец-то! – обрадовалась Шушана, чувствуя себя немножечко норушной свахой. А что? Они ничуть не хуже лис! – Правда, неизвестно, как сама Светлана на это среагирует, она же привыкла к папиному руководству. Да, уже становится на лапы поувереннее, но в таком важном деле как брак может и отступить назад – к понятиям «папавсегдаправ». Ладно, я что могла сделала, а дальше – сами-сами!