После подавления Польского восстания 1830–1831 годов император Николай I в августе 1832 года приказал начать в Брест-Литовске строительство постоянных укреплений. 1 ноября 1832 года утвержденный еще в 1830 году генеральный план расположения Брест-Литовских укреплений был лично откорректирован императором, который также утвердил строительный комитет из коменданта, строителя укреплений и ответственного за финансовые расходы и правильность смет. Составлением смет и детальных чертежей должны были заниматься генерал-майор (с ноября 1833 года – генерал-лейтенант) Михаил Никитич Клименко (1783–1840), директор Инженерного департамента, и полковник Александр Иванович Фельдман (1790–1861), в декабре 1833 года произведенный в генерал-майоры, а закончивший службу инженер-генералом. Фельдман пользовался особым доверием Николая, чьим флигель-адъютантом, а потом генерал-адъютантом он состоял. Александру Ивановичу поручали пересмотр ряда проектов, планов и смет вновь строившихся крепостей по Западному округу, причем более сложные проекты составляются им лично. Комендантом будущей крепости был назначен генерал-лейтенант Алексей Федорович Ляхович, который занимал эту должность до 1839 года. Сбором сведений о возможностях заготовления строительных материалов для возведения крепости был командирован инженер-полковник Шестаков. Начальником строительства крепости был утвержден генерал-фельдмаршал светлейший князь Варшавский, граф Иван Федорович Паскевич-Эриванский (1782–1856), один из наиболее близких императору сановников[5].
Инженерными вопросами строительства крепости занимался начальник инженеров действующей армии генерал-майор Иван Иванович Ден (1786–1859), закончивший службу инженер-генералом. Строителем крепости был назначен инженер-полковник Евгений Иванович Маслов (1787–1861), закончивший службу инженер-генерал-лейтенантом. Инженерная команда капитана Карла Августовича Вильмана в Бресте была повышена до 1-го класса. Кроме того, на строительство крепости была отряжена из Риги военно-рабочая рота № 50 и специально сформирована арестантская рота № 37[6].
Проект крепости на месте центра старого города и Брестского замка был разработан инженер-генералом графом Карлом Ивановичем Опперманом (1766–1831), генерал-инспектором по инженерной части и директором Инженерного департамента, который не дожил до начала строительства крепости. Проект был основан прежде всего на опыте осады крепостей во время Наполеоновских войн. 30 марта 1833 года император утвердил исправленный генеральный план проекта Брест-Литовской крепости и детальные планы казематов Кобринского и Тереспольского укреплений. После осмотра разбивки всех укреплений и полков 9-й пехотной дивизии генерал-фельдмаршал Паскевич приказал начать строительные работы с привлечением к ним солдат 9-й дивизии. Официальной датой начала работ стало 6 июня 1833 года, в связи с чем был отслужен торжественный молебен. Работы начались на Кобринском и Тереспольском укреплениях. Кроме того, строители приспосабливали для казарм здания Базилианского, Бригитского и Августианского монастырей. К концу 1833 года монастыри были перестроены. На все работы в первый год строительства потратили 227 842 рубля[7].
В 1836 году было произведено изменение проекта согласно представлению генерал-лейтенанта И.И. Дена об усилении обороны при помощи рва или обводного канала вокруг крепости. Первый камень в основание крепости был заложен в стене северо-западной части оборонительной казармы Цитадели 1 июня 1836 года. Одновременно возводилась северо-западная часть оборонительной казармы и были закончены Александровские и Михайловские ворота и Катенборгский госпиталь. Помещения бывшего Иезуитского монастыря решили перестроить под квартиру императора, где он мог бы остановиться при посещении крепости, и под комендантское управление. Бернардинские мужской и женский монастыри были перестроены под постоянный военный госпиталь на 600 человек. Были построены два крепостных моста перед Михайловскими и Николаевскими воротами.
В 1838 году построили Николаевские ворота и завершили перестройку бывшего женского Бернардинского монастыря. Начались работы по внутренней отделке юго-западной оборонительной казармы и отсыпка Волынского укрепления и кавальера, названного «замковым укреплением». Был возведен мост из цитадели через правый рукав Мухавца к «арестантской» казарме[8].
В 1839 году новым комендантом крепости был назначен генерал-лейтенант Василий Гаврилович Пяткин (1780–1847). В том же году были завершены работы на Кобринском укреплении и все земляные работы на Волынском и Тереспольском укреплениях и отсыпка замкового укрепления. Была проведена чистовая отделка части юго-западной оборонительной казармы и зкончена перестройка Иезуитского монастыря. Начались работы по постройке северо-восточной оборонительной казармы и внутренней отделке Бернардинского мужского монастыря. На кавальере в Волынском укреплении был установлен флагшток для крепостного флага[9].
14 августа 1840 года крепость посетил император Николай I вместе с наследником цесаревичем Александром Николаевичем. Император в сопровождении начальника инженеров армии И.И. Дена, виленского военного губернатора Фёдора Яковлевича Мирковича (1789–1866), И.Ф. Паскевича на следующий день провел инспекцию возводимых укреплений и выразил свое недовольство коменданту Брест-Литовска: «…вчера твой вечерний рапорт был наполнен ошибками и вздором, и даже вместо от 1-го батальона у тебя написано от 6-го эшелона; откуда ты это взял? Это доказывает, что ты подписываешь, не читавши». Ф.Я. Миркович вспоминал: «Сперва мы отправились в новый редюит. Государь изволил осматривать оный и часть зданий сам определил для хранения пороха. Обратившись в мою сторону, Государь сказал: „Где мой военный губернатор? Тебе надо смотреть, чтобы комендант не ставил лишних часовых. Комендант здесь довольно бестолков. И чтобы он не смел прибавлять посты без сношения твоего с генералом Деном; а то у нас все так: где надо двоих поставить, там не пожалеют десятка…“ Внимательно осматривая работы, он останавливался несколько раз, чтобы проверить правильность линий, указывал на сильные и на слабые места крепости и хвалил чистоту и отделку земляных работ. Потом император обратил внимание на оборонительные казармы и изъявил свое удовольствие за все, что было сделано со времени последнего его пребывания в Бресте»[10].
Император также осмотрел склады комиссариатской комиссии в оборонительной казарме и остался доволен, поскольку, по словам Мирковича, «управляющий комиссией Нейнгард с такой роскошью разместил склады и канцелярию, что можно было думать, что находишься в самом нарядном магазине». Николай осмотрел устроенный в казарме арсенал, где было оружия на 20 000 человек. Во время этой инспекции он решил использовать построенное здание госпиталя для нужд нового Брестского кадетского корпуса. В 1840 году также были ликвидированы серьезные повреждения крепостных валов бурями и наводнением[11].
25 мая 1841 года командиром инженерной команды назначается инженер-подполковник Сергей Дмитриевич Наседкин (около 1803 – после 1869), закончивший службу генерал-лейтенантом, а в сентябре командиром артиллерии крепости стал капитан артиллерии Булатов. Была начата постройка Тереспольского висячего моста на проволочных канатах через Буг, который стал самым большим мостом вантово-подвесной конструкции в Российской империи. Мост обошелся всего в 44 331 рубль. Приходилось экономить, так как император признался генералу И.И. Дену: «Жаль, я на будущий год не смогу продолжать постройку – у меня денег нет». С начала строительства долговременных укреплений Брестской крепости только на строительные работы уже было потрачено 2 806 883 рубля[12].
30 августа 1842 года на территории крепости был открыт Александровский кадетский корпус. В том же году строителем крепости был назначен инженер-полковник Карл Петрович Ганзен (1796–1878), закончивший службу генерал-лейтенантом. 26 апреля 1842 года состоялось освящение флага крепости и окропление святой водой оборонительных казарм в присутствии Паскевича. Но строительство крепости еще продолжалось. 16 сентября 1843 года крепость вновь посетил император. После этого последовало решение об отселении за пределы крепости евреев, а также всех прочих владельцев домов на ее территории. Продолжалась выемка передового рва на Тереспольском укреплении и перестройка бывшего военного госпиталя для нужд кадетского корпуса. В строениях для директора корпуса, штаб-офицеров и для 10 женатых обер-офицеров были добавлены вторые этажи. Была завершена постройка висячего проволочного канатного моста через Западный Буг[13].
24 июня 1844 года строителем крепости назначен инженер-подполковник Осип Гедеонович Дзичканец (1803–1868), закончивший службу генерал-лейтенантом. И в этом же году были снесены все частные дома на территории крепости[14].
В 1846 году комендантом крепости стал генерал-лейтенант Федор Федорович Ольденбург (1791 – после 1859), закончивший службу генералом от инфантерии. 29 мая 1846 года в результате пожара сгорели три новых сарая в Кобринском укреплении. Ущерб был оценен в 70 000 рублей. 8 января 1848 года в крепость была доставлена артиллерия. Охранительное и оборонительное вооружение укреплений должно было состоять из 443 орудий и 110 крепостных ружей калибра от 1 до 1,29 дюйма (от 25 до 33 мм), в том числе на Кобринском укреплении – 73 орудия и 50 крепостных ружей, на Волынском укреплении – 40 орудий и 30 ружей, на Тереспольском – 34 орудия и 30 ружей, и в Цитадели – 36 орудий. Запас пороха должен был составлять 492 000 пудов[15].
На валах и батареях установили охранительное вооружение, а перед Кобринским, Белостокским, Волынским и Тереспольским выездами из крепости – палисад с барьерными воротами и блокгаузами для караулов. Палисадами с барьерными воротами были прикрыты все выходы при оконечности укреплений, примыкающих к берегам рек. Для маскировки дорог и укреплений были посажены деревья по шоссе и около валов[16].
17 января 1849 года комендантом крепости был назначен генерал-лейтенант Федор Федорович Бартоломей (1800–1862), остававшийся на этом посту до 1861 года. 9 мая 1850 года крепость посетил цесаревич Александр Николаевич, а 10 мая – сам император. С 1851 по 1860 год в крепости проходили вспомогательные работы. После начала Крымской войны, летом 1854 года, Александровский кадетский корпус был переведен в Москву, так как опасались австрийского и прусского вторжения в Польшу, что могло сделать Брест-Литовск прифронтовым городом, и помещения кадетского корпуса могли пригодиться для размещения войск[17]. Тогда же Брест-Литовская крепость была переведена на военное положение и дополнительно укреплена блокгаузами и рвами, а на обратных скатах валов устроили палисады. В связи с возможностью вторжения Австрии в русскую Польшу Николай I лично разработал план военной кампании. Неприятеля собирались встретить на реках Вепш и Висла и, опираясь на крепости первой линии, дать ему генеральное сражение. В случае неудачи русские войска должны были левым крылом отойти к Брест-Литовской крепости, где император собирался разместить свою Ставку, пополниться людьми и снаряжением и занять оборону по линии реки Буг, угрожая флангу и тылам австрийцев, если бы те стали наступать на Варшаву. В связи с этим Николай писал Паскевичу: «Здесь можем выждать безопасно, на что решится неприятель. Не могу думать, чтоб он отважился перейти Буг, чтоб нас атаковать под стенами крепости, ибо столь дерзкое предприятие могло бы дорого ему стоить, и неудача – повлечь изгнание его из царства, с опасностью иметь нас на фланге и быть прижату к Висле ранее, чем достигнет своей границы… Из сего, кажется мне, ясно вывесть можно, что во всяком случае Брест для нас единственный и важнейший пункт сбора. Отсюда мы можем со всем удобством действовать, как укажут обстоятельства. Прямой путь вовнутрь России нам остается свободным, и потому все, что оттуда мы получать должны: продовольствие, снаряды и даже резервы, могут достигать до армии вполне свободно»[18]. Этот план не был реализован, поскольку Австрия и Пруссия так и не решились вступить в Крымскую войну.
9 мая 1856 года новый император Александр II посетил крепость и осмотрел неоконченную православную церковь и вновь отстроенный госпиталь 3-го класса. Всего на строительство крепости было затрачено 4 599 839 рублей[19]. Рассказывают, что во время одного из своих посещений крепости Николай I поднял кирпич и спросил у одного из сопровождавших его:
«– Из чего сделан этот кирпич?
– Полагаю, из глины, Ваше Величество.
– Нет, из чистого золота, по крайней мере, я так за него платил»[20].
Николай сознавал, что в стоимости строительства крепости присутствует значительная коррупционная составляющая, но ничего не мог поделать с коррупцией.
Крепость состояла из цитадели и трёх защищавших её укреплений общей площадью 4 кв. км и периметром главной крепостной линии в 6,4 км. Цитадель представляла собой замкнутую двухэтажную казарму из красного кирпича 16 м высотой 1,8 км в окружности и имела стены двухметровой толщины. Она была возведена по проекту русского архитектора Александра Егоровича Штауберта (1780–1843). Имелись 500 казематов, рассчитанных на 12 тысяч человек. Ниши стен с бойницами и амбразурами были приспособлены для стрельбы из ружей и пушек. На внешней стене казармы полукругом выдавались вперед четыре полубашни, из которых должен был вестись фланговый обстрел атакующего противника. Во внутренний двор укрепления можно было попасть только через четверо ворот, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга. Цитадель находилась на острове, образованном Бугом и двумя рукавами Мухавца. С этим островом подъёмными мостами были связаны три искусственных острова, образованные Мухавцом и рвами. На них размещались укрепления: Кобринское (ранее Северное, самое большое), с 4 куртинами и вынесенными 3 равелинами и капонирами; Тереспольское, или Западное, с 4 вынесенными люнетами; Волынское, или Южное, с 2 куртинами и 2 вынесенными равелинами. В крепости было 8 ворот. Она имела 10-метровый земляной вал с казематами[21].
С прилегающей к крепости территорией предмостные укрепления соединялись мостами с каменными Александровскими (ныне Северными), Михайловскими (Восточными) и Николаевскими (Южными) воротами, встроенными в земляные валы, и Варшавским проездом. Сводчатые проходы ворот закрывались массивными створками, в стенах с обеих сторон были устроены узкие вертикальные бойницы[22].
В связи с созданием Брестской крепости, в городе Бресте, заново отстроенном за пределами крепостных стен, каменные здания разрешалось возводить только в порядке исключения, причем их высота не должна была превышать два этажа, чтобы они не закрывали обзор и сектора стрельбы гарнизону крепости и не служили ориентирами для противника. Позднее по тем же причинам в городе было запрещено возводить высокие фабричные трубы[23].
В период с начала 1840-х до начала 1860-х годов количество военнослужащих в Бресте и крепости составляло 5–6 тысяч человек, и постоянного гарнизона в крепости не было. На вооружении крепостной артиллерии имелись гладкоствольные 24– и 36-фунтовые пушки, полупудовые единороги и мортиры, стрелявшие ядрами, чугунными бомбами и картечью на дальность до 3500 метров. В крепости также размещались арестантские роты для провинившихся солдат. Их содержали в Бригитской казарме и использовали на строительных и хозяйственных работах[24].
В 1862 году Брест-Литовская крепость вошла в состав Варшавского военного округа. После подавления Польского восстания 1863–1864 годов в крепости появился крепостной пехотный полк, для размещения которого использовали здание арсенала. В 1867 году гарнизон крепости состоял из одного генерала, 20 штаб-офицеров, 79 обер-офицеров, 32 военных чиновников, 2 священников и 3588 нижних чинов. Здесь также находились 672 арестанта. Комендантом крепости с 1861 года был генерал от артиллерии Иван Евстафьевич Штаден (1803–1871)[25].
В 1862 году директор Главного инженерного управления генерал-адъютант, инженер-генерал-лейтенант Эдуард Иванович Тотлебен (1818–1884), закончивший службу графом и инженер-генералом, представил военному министру генерал-лейтенанту и генерал-адъютанту Дмитрию Алексеевичу Милютину (1816–1912), будущему графу и будущему последнему российскому генерал-фельдмаршалу, записку, в которой предлагал модернизировать крепости в европейской части России, обеспечив их дополнительными мерами защиты от артиллерийского огня, особенно навесного. Это стало актуальным в связи с появлением нарезных орудий, что повысило точность и скорострельность артиллерии. Тотлебен предупреждал, что высокие каменные казармы и многоярусные башни являются хорошими целями для осадной артиллерии, против которой долго не продержатся. Эдуард Иванович рекомендовал прикрыть каменные постройки гласисами – пологими земляными насыпями, разобрать верхние ярусы казематов и укрыть их толщей земли. Для реализации этой программы требовалось в течение 16 лет выделять по 3 миллиона рублей ежегодно. Но таких денег в казне не было, и поэтому рассматривавший предложение Тотлебена особый комитет военного министерства постановил новых работ в крепостях не предпринимать, а лишь исправить существующие сооружения и привести в боевую готовность. В результате все российские крепости перед Первой мировой войной оказались морально устаревшими, не способными выдержать длительный обстрел осадных нарезных орудий[26].
С весны 1864 года началась реконструкция Брест-Литовской крепости. Главный земляной вал был укреплен дополнительными казематами, насыпаны внутренние траверсы (поперечные валы), построены два пороховых погреба на 5000 пудов каждый и укреплены булыжниками берега Буга и Мухавца. В 1864–1868 годах по проекту Тотлебена в горже (тыльной части укрепления) I и III бастионов Кобринского укрепления возвели Западный и Восточный казематные редюиты (внутренние укрепления). Каждый редюит состоял из контрэскарповой галереи подковообразной формы, рва и вала, в котором размещались двухъярусная казарма, цейхгауз, два пороховых погреба, пекарня, кухня и столовая для нижних чинов. Ров перекрывался капонирами «для ружейной обороны». Гарнизон укрепления состоял из батальона пехоты. Восточный редюит был построен на месте снесенной Тринитарской казармы. Позади редюитов вдоль правого рукава Мухавца были возведены две отдельные батареи, прикрывавшие северную часть оборонительной казармы Цитадели[27].
В конце 1860-х годов севернее крепости проложили железную дорогу Москва – Варшава, из-за насыпи которой образовалась мертвая зона перед Кобринским укреплением. Чтобы ее контролировать, в 1869 году начали строить форт «Граф Берг» и возводить земляную батарею. Это был первый форт Брест-Литовской крепости, вынесенный на 850 м от главной оборонительной линии. Пятиугольный форт состоял из контрэскарповой галереи на напольном и боковых фасах, рва и главного вала, в котором размещались два фланговых капонира, двухэтажная казематированная казарма, соединявшаяся с капонирами аппарелями. В горжевой части находились полукапонир, два пороховых погреба и кухня. Строительство форта «Граф Берг» было в основном завершено в 1872 году. Мощеная дорога связывала его с Кобринским укреплением через Александровские ворота, переименованные в Белостокские. Крепость тогда имела 757 орудий, около половины из которых составляли нарезные 24-фунтовые и 8-дюймовые пушки и мортиры образца 1867 года с дальностью стрельбы до 7000 м. В 1876 году в южной части Кобринского укрепления была построена сводчатая артиллерийская лаборатория с двумя мощными казематами, а на Волынском – «машинное здание» для снабжения водой госпиталя. Архитектурным центром Цитадели стала возведенная в 1878 году гарнизонная Свято-Николаевская церковь, строительство которого обошлось в 300 тыс. рублей золотом[28].
Опыт Франко-прусской войны 1870–1871 годов показал невозможность крепостям противостоять огню нарезной артиллерии. Выход виделся в том, чтобы построить сильные артиллерийские форты, удаленные от центрального укрепления и приспособленные к длительной обороне. Такие форты должны были затруднить обстрел самой крепости. В 1873 году по предложению Тотлебена было решено усилить фортами ряд крепостей, включая Брест-Литовскую. Из-за Русско-турецкой войны 1877–1878 годов работы по укреплению крепостей были отложены. Только в конце 1878 года был утвержден план строительства 7 фортов на расстоянии в 3,5–4 км от Цитадели Брест-Литовска, к которым позднее добавились еще 2 форта. Строительство было закончено в 1888 году. Каждый форт имел гарнизон численностью 250 человек и до 20 орудий. Форты I, II и III имели сухие рвы, а рвы фортов IV–IX были заполнены водой. На Тереспольском укреплении засыпали внутренний ров, а в валу первого бастиона Кобринского укрепления построены Северо-Западные ворота с мостом. Общая длина оборонительной линии крепости достигла 30 км. На обновление и ремонт всех укреплений Брест-Литовской крепости с 1833 по 1882 год потратили 14 миллионов рублей[29].
Летом 1913 года было начато строительство второго кольца укреплений периметром 45 км. На расстоянии 6–7 км от крепости создавалась линия из 11 новых фортов, получивших литерное обозначение А, В, Г, М, Е, Ж, З, И, К, Л, О. В состав этой позиции вошли и старые форты I, VIII (теперь Б) и X (теперь Д), который начали строить в начале XX века. Между фортами собирались возвести опорные пункты, казармы и артиллерийские погреба. В форту «Граф Берг» возводили здание холодильника крепостного типа объемом на 100 тысяч пудов мяса и 2 миллиона порций мясных консервов. До начала Первой мировой войны завершить строительство не успели. Из 16 фортов, которые хотели построить или модернизировать, 5 так и не были начаты, 6 построили наполовину, 2 – на две трети. Только форты А и Ж построили полностью[30].
Во время Первой мировой войны комендантом Брест-Литовской крепости был генерал артиллерии Владимир Александрович Лайминг (1854–1920). 7 ноября 1914 года на территории крепости взорвалась лаборатория зарядки боеприпасов. На воздух взлетело 60 тыс. снарядов. Погибло 120 рабочих, пострадали склады и жилые дома[31].
К тому моменту, когда фронт приблизился к Брест-Литовску, крепость не имела гарнизона и была разоружена. 13/26 августа 1915 года в ходе общего отступления русских армий крепость из-за угрозы окружения была оставлена без боя и частично взорвана русскими войсками. Но при этом номерные форты внутреннего пояса и Цитадель пострадали незначительно. Население Брест-Литовска было принудительно эвакуировано при отступлении, а две трети домов в городе были сожжены или взорваны. В ночь с 12 на 13 августа (н. ст.) 1915 года город и крепость были заняты австро-венгерской 12-й пехотной дивизией[32].
После завершения Первой мировой войны и воссоздания независимого Польского государства 9 февраля 1919 года польские отряды из 22-го пехотного полка полесской группы генерал-майора Антония Листовского (1865–1927) и уланы из Виленской самообороны ротмистра (в дальнейшем – подполковника) Ежи Домбровского (1889–1941) с боем вошли в Брест-Литовск. 1 августа 1920 года части 2-й и 10-й стрелковых дивизий 16-й советской армии бывшего полковника Николая Владимировича Соллогуба (1883–1937) после упорного боя вытеснили из Брест-Литовска 32-й польский пехотный полк Полесской группы генерал-майора, в дальнейшем – генерала брони, Владислава Сикорского (1881–1943). 19 августа в ходе контрнаступления под Варшавой польские войска отбили Брест-Литовск, который по Рижскому миру 18 марта 1921 года остался в составе Польского государства[33].
В 1923 году Брест-Литовск был переименован в Брест-над-Бугом. В межвоенный период крепость использовалась в Польше как казарма, военный склад и политическая тюрьма. Церковь Святого Николая, сильно поврежденная в годы советско-польской войны, в 1924–1928 годах была перестроена в костел Святого Казимира по проекту архитектора Юлиана Лисецкого (1881–1945). В северо-западной части Центрального острова поляки построили гаражи для 25 танкеток 4-го бронетанкового батальона[34]. В западной части Северного острова в 1933–1935 годах были построены две двухэтажные серого кирпича казармы 30-го полка легкой артиллерии, пороховой склад и орудийная и конюшни на четыре батареи[35]. Внутренние форты использовались как войсковые склады, а внешние форты, в подавляющем большинстве своем разрушенные, – для учений гарнизона[36]. В крепости постоянно проживали около 4000 человек, в том числе 250 семей офицеров и кадровых сержантов[37].