Серёжа вяло гуляет по саду, к нему подходит очень красивая девушка, которую он раньше в саду не видел.

Даша. Здравствуйте, я Даша, волонтер. Мы можем поговорить с вами?

Серёжа. Да, в общем. Почему бы и нет. Здравствуйте, Даша. Я Сергей. Серёжа.

Даша. Мне порекомендовали с вами поговорить, пообщаться. Вы тут новый.

Серёжа. Ну так, относительно. А в каком смысле – пообщаться?

Даша. Я волонтер, мы добровольно общаемся с приговоренными к смертной казни. Я социолог, мне интересно…

Серёжа. Интересно поговорить… побазарить с приговоренным к смертной казни?

Даша. Ну да. Вы не сердитесь, пожалуйста.

Серёжа. Потыкать палочкой в умирающего жука. Жаль, что вы не биолог.

Даша. Сергей… вы напрасно так. Я уже давно тут работаю волонтером. Вы напрасно вот про это. Про тыкание палочкой.

Серёжа. Ну именно так это выглядит.

Даша. Вы можете в любой момент отказаться от общения со мной. Правда, я должна признаться, для меня это будет актом поражения. В профессиональном смысле.

Серёжа. Нет, ну почему. Можем и пообщаться. Мне-то, в общем, все равно уже. Да и вообще… что уж я так. Вы очень привлекательная девушка. Почему бы перед смертью не пообщаться с таким красивым социологом.

Даша. Спасибо… и не спасибо одновременно. Мне бы не хотелось, чтобы вы видели во мне только привлекательную девушку.

Серёжа. Ну простите, я пока про вас ничего не знаю, я вот только вижу, что вы красивая девушка, пока больше ничего. Если вы как-то себя еще интересно проявите, я буду к вам как-то еще дополнительно относиться. Типа, красивая девушка плюс еще выдающийся социолог или что-то еще в этом роде.

Даша. Ясно.

Даша как-то по-ученически кладет руки на колени и некоторое время так молча сидит. В ее облике есть что-то очень трогательное.

Серёжа. Даша… Дарья. Ну, если нам надо поговорить, давайте поговорим.

Даша. У меня по правилам волонтеров не должно быть вопросов. Я должна отвечать на вашу потребность в общении.

Серёжа. То есть предполагается, что у меня есть потребность в общении?

Даша. Ну да. Потребность в общении есть у всех.

Серёжа. А вдруг у меня нет?

Даша. Ну… значит, нет. Да, так тоже бывает.

Серёжа. Как-то вы быстро с этим согласились. Это ведь означает «ну ладно, тогда давайте, до свидания, будьте здоровы, не скучайте в ожидании смертной казни», да?

Даша. Нет. Нет. Я не хотела, чтобы вот так.

Серёжа. А что вы хотели? Что от меня требуется? Вы хотели обсудить социологические аспекты смертной казни в наше непростое время?

Даша. Нет. Я… мне важно было просто пообщаться с людьми… с человеком, который…

Серёжа. То есть возвращаемся к тыканию в жука палочкой.

Даша. Нет.

Серёжа. А что тогда?

Даша. Ну… мне бы хотелось, чтобы наше общение было для вас в том числе приятным. Не только для меня интересным, но и для вас приятным, каким-то сглаживающим, что ли.

Серёжа. Утешить?

Даша. Нет, я вас утешать не собиралась.

Серёжа. Ну слава богу. Я очень рад.

Даша. Сергей… простите… если мое присутствие вас раздражает, я могу и даже обязана немедленно уйти.

Серёжа. Да побойтесь бога, Даша! Да вы только представьте, как я тут живу. Каждый день могут расстрелять, ни с кем толком не пообщаться, только в интернете, гнию тут, как живой труп. И приходит со мной поговорить вот такая прекрасная Даша. Ну как же я буду отказываться от общения с вами? Нет уж, раз пришли, так давайте будем как-то коммуницировать. Я только за, со своей стороны.

Даша. Я тоже.

Серёжа. Ну отлично. Давайте. Расскажите о себе.

Даша. Я Даша.

Серёжа. Да, я уже в курсе.

Даша. Учусь на социологическом факультете МГУ.

Серёжа. Сами поступили? Бюджетный? Или родители?

Даша. Если честно, родители помогают. Оплачивают.

Серёжа. Ну ясно.

Даша. Вы меня теперь будете презирать? Вы ведь профессор.

Серёжа. Старший преподаватель. Нет, я вас презирать не буду, не в моем положении кого-то презирать. Для человека, который скоро умрет, презирать кого-то – очень глупо. А откуда вы? Кто родители?

Даша. Я из Мурома. Владимирская область. Родители… в общем, отец у меня прокурор города.

Серёжа. Ну круто. Повезло вам. Это хорошая жизненная позиция – юный социолог, дочь прокурора красивого исторического города.

Даша. Я знала, что вы будете меня презирать. Я к этому подготовилась.

Серёжа. Да я вас и не презираю. Господь с вами. Я вам совершенно искренне скажу, что нет ничего стыдного в том, чтобы быть дочерью прокурора, и в том, чтобы быть самим прокурором, тоже ничего стыдного нет. Это просто такая государственная должность. Ничего ни плохого, ни хорошего в этой должности нет. Но вот то, что эта должность дает дополнительные возможности таким девушкам, как вы, это хорошо.

Даша. Я хожу на митинги.

Серёжа. Избываете выдуманную вину отца?

Даша. Нет. Почему вину. Отец мой – честный человек. Такой, знаете, служака.

Серёжа. Да, это хороший русский типаж. Служака. И слово прекрасное. Хорошо, что ваш отец – служака.

Даша. Я просто… ну… за справедливость. Чтобы…

Серёжа. Чтобы что?

Даша. Ну, чтобы были свободные выборы… чтобы…

Серёжа. За всё хорошее против всего плохого?

Даша. Я знала, что натолкнусь на вашу иронию. Еще бы.

Серёжа. В смысле – еще бы? Вы имеете в виду, чего же ждать от старпера, да еще приговоренного к смертной казни?

Даша. Нет, простите. Нет. Нет, я не это имела в виду.

Серёжа. Ну и хорошо.

Даша. Вы извините, может быть, я…

Серёжа. Да нет, ничего. И? Что дальше? За свободные выборы? За что еще вы митингуете?

Даша. Да, за свободные выборы. За работу демократических механизмов. За сменяемость власти. Против фальсификации выборов в том числе.

Серёжа. И вам это действительно интересно?

Даша. Ну а что. Конечно. Я думаю, это важно для страны.

Серёжа. Да, нам трудно друг друга понять. Когда ты приговорен к смерти, вопрос честных выборов как-то отходит на задний план. Рад, что у вас есть возможность честно и чистосердечно интересоваться всей этой хренью. Это так свежо, по-юношески. Недоступно мне, увы.

Даша. А… а, Сергей. Да, я понимаю. А мы могли бы поговорить о вас? О вашем положении?

Серёжа. Да, могли бы. Давайте. Расспрашивайте меня, как хотите. Всё скажу, ничего не утаю. В конце концов, мне терять уже нечего. Почему бы и не поговорить. В скобках замечу – с такой красивой девушкой, но это всё в скобках, в скобках, вы не тревожьтесь и тем более не бойтесь.

Даша. Сергей… Сергей…

Серёжа. Да просто Сергей, ну что вы тут это.

Даша. Сергей, а можете рассказать… как вы сюда попали?

Серёжа. Это очень просто. Я – университетский преподаватель филологии, познакомился с одной хорошей девушкой, вступил с ней в близость, девушке оказалось меньше двадцати одного года, засекли по камерам при выходе из ее комнаты, приговорили к смертной казни. Вы в курсе, что у нас теперь за преступления в области нравственности и за экономические преступления полагается смертная казнь?

Даша. Да, я знаю.

Серёжа. Ну вот. Я попал под это всё.

Даша. Сочувствую вам.

Серёжа. Спасибо. Вот мой краткий ответ на ваш вопрос, как я сюда попал.

Даша. Сергей… простите… а как вы считаете, ваш приговор справедлив?

Серёжа. Даша, ну я не знаю… ну вы совсем, наверное, охуели? Или что? Ну какой это справедливый приговор? Я на добровольной основе был со взрослой, двадцатилетней девушкой, она меня любила, и я… ну, заинтересовался ей. Какая в этом может быть справедливость? Вы-то сами как считаете?

Даша. Сергей…

Серёжа. Я уже сказал, что можно просто – Сергей.

Даша. Сергей, не материтесь, пожалуйста.

Серёжа. Хорошо, не буду, простите. Это у меня такая интеллигентская привычка, а отвыкать уже немного бессмысленно. Простите. Так вы-то сами как чувствуете?

Даша. Я не знаю. Не хочу вас осуждать… Но…

Серёжа. Но, типа, законы надо соблюдать.

Даша. Да, я это хотела сказать, примерно.

Серёжа. Узнаю дочь прокурора.

Даша. Сергей, я сейчас говорю не как дочь прокурора. Я не хочу вас осуждать.

Серёжа. Ну, спасибо. Я рад.

Даша. Простите меня. Я, наверное, как-то не так говорю. Не умею.

Серёжа. Да ничего, Даша, не переживайте. Не каждому дается возможность поговорить с приговоренным к смерти. Так что ваша растерянность, ваше смущение понятны. Вы и на меня тоже не сердитесь. Знаете, не очень просто быть в моем нынешнем состоянии.

Даша. Я понимаю. Сергей, я вас очень понимаю.

Серёжа. Ну хорошо, я рад. Что еще сказать.

Даша. Сергей, у меня сейчас время уже заканчивается…

Серёжа. У вас тут ограничения по времени?

Даша. Да, мне уже сигнал приходит. Я пойду, хорошо? Я приду еще.

Серёжа. Когда вы придете?

Даша. Я точно не знаю, когда пригласят. Это ведь начальство тюрьмы… ну, Комбината решает, когда волонтеров звать.

Серёжа. А много вас, таких вот волонтеров?

Даша. Нет, не много. Сейчас я одна. Не хотят студенты, люди.

Серёжа. Не хотят общаться с приговоренными к смерти?

Даша. Да. Не хотят. Простите.