Выйдя на станции метро «Октябрьское Поле», вы увидите довольно обычную для старых районов Москвы застройку: микс из позднесоветского массового строительства с киосками по продаже газет и уютными кафе на первом этаже. Но стоит пройти к пересечению улиц Маршала Соколовского и Маршала Бирюзова, как перед вами откроется уникальный архитектурный ансамбль малоэтажной застройки для военных.

Квартал построен в 1947–1950 годах по проекту архитекторов Дмитрия Чечулина и Михаила Куповского. Он состоит из 11 домов низкой этажности, выстроенных по периметру прямоугольника, окружающего внутренний двор, проход в который ограничен оградой с входными арками. Угловые здания выстроены в виде ротонды с полукруглыми куполами.

Центральные здания соединены с боковыми ажурными аркадами. Внутри каждого дома по 12 квартир с высокими потолками – под три метра. Во внутренних дворах сохранились три фонтана и декоративные вазы. Чем вам не классическая усадьба XIX века?

Здесь и черные лестницы были, и лепнина по всем канонам усадебной архитектуры, и зеленые дворы для прогулок. На современных картах можно увидеть странное название этого места – «немецкий дворик». Иногда даже употребляют слово «слобода», что вносит большую путаницу и ассоциацию с Басманным районом. Этот квартал строили пленные немцы, но здесь не стоит переоценивать масштабы их участия: в качестве архитекторов и главных инженеров выступали наши соотечественники, а вот в рабочих бригадах действительно можно было встретить пленных.

«Немецкий квартал». Городок для военных

Вид на военный городок со стороны улицы Маршала Бирюзова

Внутренний двор с фонтаном

Парадный вход в «немецкий дворик»

Декор домов на улицах Маршала Конева и Маршала Рыбалко

Репатриации трудом применялись и на других объектах советской стройки в середине XX века. По воспоминаниям старожилов, после стройки военнопленных одели в чистую одежду, провели торжественную церемонию прощания и отправили домой в Германию. Довольно долго даже саму архитектуру зданий преподносили как творение немецких архитекторов, но здесь не стоит заблуждаться. Подобных кварталов в те ранние послевоенные годы строилось много, сохранилась полностью только «немецкая слобода». В 1990-х годах ее хотели уничтожить, однако местные жители смогли отстоять свои дома. Сначала в 1998 году кварталу был присвоен статус ценной исторической застройки советского времени, а в 2005 году ансамбль признали памятником истории и культуры. Проживание военных на территории района, наличие организаций военного ведомства было возможной причиной того, что многие улицы в 1960-х годах были названы в честь маршалов и героев войны, поэтому Щукино называют самым «военизированным» районом Москвы. До 1960-х местные улицы носили незамысловатые названия: 1-я, 2-я, 3-я и т.д. улицы Октябрьского Поля.

Но в 20-ю годовщину победы в Великой Отечественной войне Московский горсовет вспомнил о военном прошлом района и предложил сменить порядковые числительные на имена знаменитых полководцев. Сегодня эти улицы названы в честь маршалов Рыбалко, Бирюзова, Конева, Василевского, Мерецкова. В них довольно легко запутаться, но мы вооружимся картой и пойдем исследовать Щукино дальше.

Улица Маршала Бирюзова, 30

Помимо научных экспериментов на улицах района сконцентрировано целое научное пособие по советской архитектуре, которая в XX веке очень быстро и резко трансформировалась под нужды нового государства. Проекты малой застройки не могли удовлетворить растущий город, поэтому буквально на противоположной стороне улицы мы видим дом номер 24. Это 1952 год и одно из первых серийных строений II-03. Обратите внимание, как увеличивается высота.

Хотя на этом доме мы еще видим интересный карниз и декор чердачных окон. Довольно торжественно оформлен вход в подъезд, а третий и четвертый этажи разделены изящным карнизом, на котором помещены звезды и рог изобилия. Углубляемся в район массовой застройки, и картинка начинает сильно меняться. Прогуляйтесь по тихим дворикам между улицами Маршала Соколовского и Маршала Конева – начинает преобладать серый цвет, декора становится все меньше. Порой на фасаде проглядывают красные звезды, но уже через одну. В этом районе есть очень интересные образцы домов, которые наглядно показывают главный поворот в архитектуре страны XX века. Давайте продолжим нашу прогулку и дойдем до дома номер 30 по улице Маршала Бирюзова. Он расположен буквой П, и если обойти его со всех сторон, то можно увидеть обычный фасад первых пятиэтажек 1950-х годов, а с другой стороны – массивные эркеры, нарядные витрины первого этажа и колонный портик. Кажется, что дом буквально собран из разных частей.

Улица Расплетина, 19. Хрущевка с декором

После смерти Сталина началась резкая критика излишеств в архитектуре. На очередном совещании строителей 7 декабря 1954 года было высказано мнение о том, что советская стройка должна быть простой, строгой и экономичной. Еще через год постановление официально приняли, что повлияло на многие текущие проекты. Вспомним, например, гостиницу «Россия»: она стоит на фундаменте восьмой сталинской высотки, которая не прижилась в новых реалиях. Или Дом архитекторов на Ростовской набережной: какой размах с «цитированием» древнеримских классиков в интерпретации Алексея Щусева! Но резкий поворот 1955 года буквально разрезает это здание на две части, которые даже сегодня не считываются как единое целое. Наш с вами дом под номером 30 тоже из этой серии: он был построен в 1955 году, пока архитекторы еще не до конца понимали, какое направление выбрала партия. Приходилось сидеть на двух стульях сразу, чтобы не разделить участь Леонида Полякова. Даже первые панельные дома по инерции пытались украсить: пройдите чуть вперед к улице Расплетина – там стоит замечательный образец первой хрущевки 1957 года постройки.

Молочный цвет панелей в сочетании с красным орнаментом отсылает нас к южным хуторам. Даже швы пока еще прячут в специальные короба. Принцип экономичности взял верх, и этот простой декор стал излишеством. Параллельно с архитектурными экспериментами здесь шли гораздо более серьезные испытания: советский атомный проект родом из Щукина, где помимо института сохранилась невероятная атмосфера научного городка с соснами и извилистыми дорожками в парках. Держим путь на улицу Пехотную, а пока пара слов о ядерной программе.

Советская ядерная программа начала работать еще в довоенные годы. Ученые открыли спонтанное деление урана, провели теоретические расчеты цепной ядерной реакции. Война приостановила эти работы; они были возобновлены в 1942 году, когда стало известно, что в США и Германии работают над созданием ядерного оружия. В США он носил название «Манхэттенский проект». С фронтов отзываются ученые, специалисты, работавшие ранее над урановым проектом. Специальные задания получают разведчики. Уже к началу 1940-х годов СССР развернул в США масштабную агентурную сеть разведчиков-нелегалов, сумевших внедриться в самое сердце Манхэттенского проекта.

Начало советского атомного проекта совпало с тяжелым положением на фронтах, Сталинградской битвой. Академик Г. Н. Флеров вспоминал: «Начиная работу, мы были нищими, собирали по воинским частям и институтам необходимую аппаратуру». После взрывов атомной бомбы в Хиросиме и Нагасаки создание атомного оружия в СССР становится вопросом жизни и смерти. Сразу после этих событий был создан специальный комитет при Министерстве обороны СССР. Куратором ядерной программы назначили наркома внутренних дел Л. П. Берию, научным руководителем – И. В. Курчатова. Поначалу специальное подразделение было создано в Казани, но весной 1943 года его перенесли в Москву. На территории Покровского-Стрешнева – там, где перед войной строили Институт экспериментальной медицины, – начали возводить корпуса лаборатории № 2, будущего Курчатовского центра. (Корпуса института находятся слева от вас по ходу движения на Пехотную улицу, их окружает высокий забор и колючая проволока.) А физики-ядерщики жили пока в гостинице «Москва». Там в одном из номеров будущие создатели атомного оружия И. В. Курчатов, Ю. Б. Харитон, Г. Н. Флеров, Я. Б. Зельдович, И. К. Кикоин и А. И. Алиханов проводили совещания и распределяли обязанности. В результате огромных усилий в 1949 году в послевоенной стране с нуля была создана атомная промышленность. Конечно, оборудование было несовершенным, первые исследователи часто не понимали, какую угрозу для людей несет это производство, но атомная бомба была создана. 29 августа 1949 года под Семипалатинском успешно провели испытание изделия РДС № 1 (реактивный двигатель специальный). Ядерный паритет был создан. Миру стало понятно, что односторонняя бомбардировка, как в Хиросиме и Нагасаки, повториться уже не может. Сложился парадокс: ядерное оружие, способное уничтожить человечество, удерживает мир от глобальной войны.

Коттеджи ученых на Пехотной улице

В 1940-х вся информация была засекречена и даже добраться до лаборатории из других районов было непросто. Лаборатория № 2 в документах проходила как лаборатория измерительных приборов (ЛИП), и только в 1956 году ЛИП преобразовали в Институт атомной энергетики имени И. В. Курчатова, а в 2010 году он получил новое название – Национальный исследовательский центр «Курчатовский институт». Сегодня это большой научный центр, где работает около 5 тысяч сотрудников, 900 докторов и кандидатов наук. На вопрос, чем занимается институт, курчатовцы шутят: проще объяснить, чем они не занимаются и по какой причине, чем перечислить весь список исследований. Здесь изготавливаются интегральные схемы, расположен комплекс радиохимических лабораторий и белковая фабрика, проводится геномный анализ, а еще разрабатываются методики лечения ожогов[21].

Научная и творческая интеллигенция СССР должна была обладать условиями материальной независимости для работы. Это отлично сформулировал Горький применительно к городку писателей Переделкино, но тот же тезис подходит и для Щукина. Для руководящего состава института выстраиваются коттеджи, или «курчатовские дачи», на улице Пехотной. Сегодня чудом сохранились отдельные образцы домов, правда с недавних пор владельцы обновили заборы, и разглядеть архитектуру становится все сложнее. При первом же приближении вы встретите здесь довольно странную нумерацию: дому под номером 32 на нечетной стороне будет соответствовать дом под номером 1. Это последствия роста ГКБ № 52, которая достраивала и перестраивала здания на нечетной стороне улицы.

Пехотная улица. Высокие современные заборы

Даже при беглом осмотре домов мы уверенно можем сказать, что они и сегодня тянут на большой загородный коттедж с классическими пропорциями. Застройкой улицы, как и всего академгородка, занималась мастерская Ивана Жолтовского. Именно он вбил последний гвоздь в гроб конструктивизма, построив здание на Моховой. Жолтовский был одним из немногих архитекторов, кто не менял свой стиль, поддаваясь веянию времени. Еще с начала XX века он пронес свою теорию золотого сечения, которая базировалась на древнегреческих принципах. К 1940-м годам, когда в стране начал доминировать неоклассический стиль, Жолтовский становится законодателем мод. Его мастерская получает заказ на дома для научной интеллигенции и отлично с ним справляется. Посмотрите на эти изящные балконы, колонны и идеально правильную форму куба. Вокруг шумят сосны и даже сейчас почти нет машин. Такие коттеджи выдавались только руководящему составу, причем часто на две семьи. В 1990-х их приватизировали, но, за некоторым исключением, дома сохранили свою первоначальную архитектуру.

Прогуляемся по улице и вспомним участников самых драматических и радостных событий XX века. В доме номер 32 ранее размещалась гостиница, в ней останавливались физики и химики из других городов. Дом номер 30, пожалуй, самый легендарный: в нем проживала семья академика Анатолия Петровича Александрова, президента Академии наук СССР и директора Института атомной энергии имени И. В. Курчатова. Он начинал еще при Игоре Васильевиче и руководил программой создания атомного флота, разрабатывал реакторы для атомных станций и участвовал в формировании общей стратегии атомного развития страны. С 1960-х на его плечи легло управление всем Институтом атомной энергии, а с 1975-го – и всей наукой СССР: его назначают президентом РАН. Жизнью дома управляла жена Марианна Александровна. По воспоминаниям друзей, участок буквально утопал в цветах. По вечерам она собирала репетиции в домашнем театре, а по приезде Анатолия Петровича показывала готовые сценки. Глава семейства часто бывал в отъездах, но никто никогда не спрашивал место и цель его поездки. Порой он возвращался с очередной наградой или премией, однако все рабочие моменты оставались в институте, только тень больших сомнений и тревог лежала на лице Александрова.

Существует миф о том, что все засекреченные ученые были баснословно богатыми. Он опровергается жизнью семьи А. П. Александрова на Пехотной улице. За дом и участок отвечала Марианна Александровна. Она сама расписывала стены и мастерила вазы. Обстановка дома была предельно простой. Весной и осенью вся семья проводила на своей территории субботники, помощницы по хозяйству не было. Единственное, что отличало этот коттедж от других, – духи. Так называли в семье постоянную охрану А. П. Александрова, для которой к дому была сделана пристройка. До последнего времени в коттедже проживали потомки академика.

Пресс-центр Министерства иностранных дел СССР. Пресс-конференция для советских и иностранных журналистов, посвященная проблемам ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции.

Академик Валерий Алексеевич Легасов

(с) Борис Приходько / РИА Новости

Буквально по соседству жил физик Лев Арцимович, которого Курчатов пригласил в отдел по исследованию термоядерного синтеза. Под его руководством были разработаны установки для получения урана-235. Большую роль Лев Андреевич сыграл в изучении плазмы, о чем Хрущев даже разрешил поведать на весь мир. В 1956 году Курчатов был отправлен в Великобританию на конференцию, где рассказал о достижениях советской науки. Доклад произвел эффект взорвавшейся бомбы, его транслировали все радиостанции мира. Сам Арцимович, несмотря на всю опасность своей работы, был человеком с юмором. Его цитаты до сих пор гуляют в научных кругах: «Наука – лучший способ удовлетворения личного любопытства за государственный счет».

Следующий дом, номер 26, напоминает о том, что помимо величия атомная энергетика способна уничтожить сотни тысяч людей.

Валерий Легасов в последние годы жизни получил клеймо неблагонадежного человека. В начале пути ученый стремительно взлетает по карьерной лестнице: академик, кавалер трех орденов, заместитель директора Курчатовского института. Но в 1986 году его отправляют в Чернобыль, проверить станцию. Когда Валерий Алексеевич прибыл на место, четвертый энергоблок уже полностью сгорел, оставались считаные часы на принятие решения о тушении пожара и эвакуации людей. Легасов, не дожидаясь критических уровней радиации, отдает приказ покинуть город всем жителям, сам же остается на долгих 60 дней. Позже эта командировка сильно отразится на его здоровье, но не убьет. А убьет его собственное расследование причин аварии на Чернобыльской АЭС. Летом 1986 года Легасов едет в Вену на конференцию с отчетом об аварии: халатность персонала, недопустимые нормы строительства, жуткая экономия на безопасности. Такого доклада перед международной аудиторией ему не простили. Кандидатура Легасова была отклонена при выдвижении на звание Героя Социалистического труда, его лишили места в научном совете родного института. Он продолжал работать над повышением мер безопасности во всей атомной энергетике, но третья попытка суицида оказалась удачной. В этом доме его и нашли повешенным утром 27 апреля 1988 года.

Бывший детский сад на улице Маршала Бирюзова

Пехотная улица заканчивается домом академика Миллионщикова и Головина, номер 24. Он значительно переделан уже в наше время, но в основе его все равно лежит постройка мастерской Жолтовского. Люди на этой улице жили непростые, поэтому и условия для них предоставлялись исключительные. Если мы выйдем обратно на улицу Маршала Бирюзова к дому номер 38, то увидим послевоенный детский сад, построенный в 1946 году. Пару лет назад его стены покинула последняя образовательная организация, и эта милая двухэтажная усадьба тихо разрушается.

О детском саде напоминают старые разбросанные игрушки вдалеке и ржавые качели. Хотя заброшенные дома здесь скорее редкость, чем правило: сами же жильцы пристально следят за состоянием улиц.

Площадь Игоря Курчатова

Вид на НИЦ «Курчатовский институт»

Мы с вами выходим на главную площадь района, и она говорит сама за себя. Это географический и символический центр Щукина. По этому же адресу расположены сегодня здания знаменитого НИЦ «Курчатовский институт». В центре площади стоит необычный монумент в виде огромной головы. Это памятник Игорю Васильевичу Курчатову, первому руководителю ядерных проектов по созданию атомной бомбы, а затем и работ по мирному использованию атомной энергии. Под руководством гениального ученого был создан первый в Европе атомный реактор, первая АЭС на планете. Достижения и награды И. В. Курчатова можно перечислять долго, и займет это не одну страницу. А вот монумент в его честь был создан только в 1971 году.

Академик Игорь Васильевич Курчатов

(с) РИА Новости

И. В. Курчатов умер 7 февраля 1960 года, и тогда же было принято решение увековечить память ученого созданием мемориала перед Институтом атомной энергетики. Работу над памятником поручили скульптору И. М. Рукавишникову и архитекторам М. И. Богданову и М. Н. Круглову. Для постамента в карьерах Житомирской области был вырублен куб из лабрадора. По замыслу И. М. Рукавишникова, гигантская голова, высота которой составляет пять метров, должна символизировать необъятный интеллект академика и мощь его разума. Первоначально памятник предполагалось совместить с обелиском в честь всех ученых академгородка, однако прокладка Краснопресненской линии метро через Курчатовскую площадь заставила отказаться от обелиска и задержала установку монумента. Его торжественное открытие состоялось 20 сентября 1971 года, а в 2019-м он получил статус объекта культурного наследия.

Давайте оглядимся. Вот видна совершенно классическая постройка с колоннами – это первая проходная. Сейчас основной поток людей заходит через современное КПП справа. Попасть внутрь без пропуска невозможно, но можно попытаться записаться в Дом-музей Курчатова (запись по электронной почте, однако пускают далеко не всегда и не всех).

Курчатов жил прямо на территории института с 1946 по 1960 год, вплоть до своей смерти в возрасте 57 лет. Небольшой светлый коттедж с террасой был построен для семьи в сосновой рощице. Обустройством его занималась супруга Игоря Васильевича, Марина Дмитриевна. Ей удалось воссоздать уютную атмосферу старой усадьбы. Проходя по дому, думаешь, что это не столько музей И. В. Курчатова, сколько музей Марины Дмитриевны: здесь все прекрасно, со вкусом подобрана антикварная мебель, много цветов. Коттедж очень светлый и радостный, чем сильно отличается от безликого образа сталинских дач. Об Игоре Васильевиче напоминают телефоны правительственной связи, шведская стенка в библиотеке, чучело пингвина в зимнем саду и, конечно, его личные вещи: многослойная ионизационная камера, арифмометр, пистолет.

Сам хозяин шутя называл свой дом «хижиной лесника». По утрам он шел на работу через лес, протоптав к институту «тропинку лесника». Вообще, Игорь Васильевич крайне любил растения и высадил свой фруктовый сад. В народе бытует мнение, что приезжать в Щукино опасно: якобы около института зашкаливает радиация. Но посмотрите на эти цветущие сады Курчатова, Александрова, Головина. В хорошую погоду Игорь Васильевич принимал гостей и коллег в своем «летнем кабинете», ни на минуту не переставая думать о работе даже в уютной остановке собственного дома. В первые годы создания института ученые работали на чистом энтузиазме, причем все было сверхсекретно и Курчатов на бумаге возглавлял отдел оптических приборов. Это уже потом будут награды, коттеджи и международное признание. Борис Ванников вспоминал: «Из многих тысяч людей, решавших атомную проблему, не было в те годы на заводах, в институтах, на полигонах человека более популярного, более уважаемого, чем великан с медленной „косолапой“ походкой, вечно лучистыми глазами и теплым кратким именем „Борода“»[22].

В доме есть одна особенность – на стенах нет картин. Вместо них висят вышивки, поделки из сушеных цветов и веток. Их автором была знакомая хозяйки коттеджа. Ее мужа арестовали, и она осталась одна с двумя детьми. Марина Дмитриевна вместе с другими женами физиков стали покупать эти рукодельные пейзажи из цветов и веточек. А вышивки делала сотрудница лаборатории № 2 Елена Лосовская. Ей принадлежит авторство вышитого гладью портрета Курчатова. Вот так они и жили: вышивали и делали атомную бомбу. Музей в доме И. В. Курчатова был основан в 1962 году, но лишь в 1972 году его открыли для посетителей. Этому во многом способствовал Анатолий Александров, сделав директором бывшего охранника Курчатова Дмитрия Переверзева. Сегодня музей находится на закрытой территории, поэтому для посещения необходимо оформление пропуска.

Дома на улице Маршала Василевского

На территории Курчатовского института расположен еще один музей, который посвящен самому институту. Экспозицию открывает аллея славы в честь здешних выдающихся ученых. В музее воссоздан кабинет физиков 1940–1950-х годов, где представлены документы, фотографии и личные вещи И. В. Курчатова, А. П. Александрова, И. К. Кикоина, Л. А. Арцимовича. В других залах демонстрируются разработки института в разных направлениях атомной энергетики с 1950 года по настоящее время. Экскурсии здесь проводятся только по специальному разрешению и предварительной записи.

Конечно, не все сотрудники получали собственные коттеджи, Игорь Курчатов и жители Пехотной улицы были скорее исключением из правил. Если мы посмотрим правее Курчатовского института в сторону улицы Маршала Василевского, то увидим многоэтажные дома в стиле сталинского ампира.

Бывшая входная группа кинотеатра «Восток»

Квартиры в них давали сотрудникам близлежащих научно-исследовательских институтов. Классический пример такой застройки – дома по улице Маршала Василевского № 3 и 5. Отличительная их особенность – скошенные углы и эркеры со стороны улицы. Стены на скошенных углах украшает обильная лепнина со звездами, серпами и молотами, чашами изобилия. В доме № 1, выходящем на площадь Курчатова, располагался кинотеатр «Восток» – символ заботы о культурном досуге курчатовцев и военных.

Кинотеатр давно закрыт, но над входом сохранилась красивая вывеска «Восток». Сейчас жизнь в этом помещении начинает возрождаться. Появилась вывеска досугового клуба с символическим названием «Феникс», замок с двери снят, и прикреплена напечатанная на бумаге табличка «Вход». В доме № 13 по улице Маршала Новикова в 1950 году была построена школа по новаторскому для тех лет проекту архитекторов Л. А. Степановой и С. Д. Юдина. Фасад пятиэтажного здания украшен картушем с эмблемой здания.

Под картушем – декоративная полоса из красных и белых кирпичей, характерная черта зданий, построенных этими архитекторами. На их фасадах часто можно встретить медальоны с портретами Ломоносова, Пушкина, Горького и Маяковского.

Щукино – один из самых зеленых районов Москвы. Здесь много парков и скверов, утопают в зелени старые застройки. Справа от нас тянется огромный Щукинский лесопарк, к северу от него по улице Академика Курчатова расположена Всехсвятская роща. Оба этих лесных массива входят в состав природно-исторического парка Покровское-Стрешнево. И хотя основная территория Покровского-Стрешнева находится за пределами района Щукино, по ту сторону Волоколамского шоссе, местные жители, да и все москвичи любят там гулять, и нам нужно сказать несколько слов об этом уникальном парковом комплексе.

Расположен парк на территории усадьбы, принадлежавшей старинному роду бояр Стрешневых, стоявших у истоков династии Романовых. Первый царь этой династии, Михаил Федорович, был женат на боярской дочери Евдокии Стрешневой, которая стала матерью второго Романова, Алексея Михайловича. Построек тех давних времен не осталось, но сохранились главный дом, построенный в 1800 году в стиле ампир, и ансамбль приусадебных служб, выстроенный в виде подковы в 1880 году. В те годы усадьба принадлежала потомкам Стрешневых Глебовым, поэтому в названии парка часто используют и фамилию последнего владельца: Покровское-Стрешнево-Глебово. После революции в этих зданиях размещались дома отдыха и санатории для военных. Постройки постепенно приходили в упадок. Сейчас усадьба находится на реставрации.

Парк знаменит своими источниками целебной воды, поэтому местные жители в шутку называют его своим Карлсбадом. Бытует легенда, что Екатерина II мучилась язвами на ногах и, будучи в Москве, посетила усадьбу, омыла в источнике ноги и исцелилась. Так это было или нет, но и сегодня к источникам стоят очереди.

Важнейший для страны проект, лабораторию № 2, где проводилась разработка первого ядерного оружия, создавали ведущие физики СССР. Именно им предоставлялись все условия. Помимо коттеджей и многоквартирных домов, большой интерес сегодня представляет малоэтажная застройка на несколько семей. 15 мая 1945 года издается приказ за личной подписью Сталина о строительстве трех домов, расположенных на улицах Максимова и Маршала Новикова, в пяти минутах ходьбы от секретного объекта. Два дома были трехэтажными, а центральный – в четыре этажа. Возведены они по проектам архитекторов И. В. Жолтовского и Л. Б. Карлика. Куратором строительства выступал лично Лаврентий Берия.

Со стороны двора располагался большой парк, где можно было прогуляться и отдохнуть.

Академгородок для работников Курчатовского института. Отделка домов в академгородке

Здания богато декорированы в стиле ампир. В каждом подъезде на этаже две квартиры – двух-, трех- или четырехкомнатные. Высота потоков 3,4 метра. Квартиры предоставлялись с отделкой и мебелью. Первый этаж центрального корпуса занимал гастроном, который снабжался продуктами по высшему разряду, несмотря на полуголодное послевоенное время. В жилом комплексе жили известные ученые: академики А. Д. Сахаров, Е. К. Завойский, И. К. Кикоин, И. Н. Головин, И. С. Хлопонин, Л. А. Арцимович и др.

Сегодня в домах академгородка живут как сотрудники научных подразделений Курчатовского института, так и потомки создателей лаборатории № 2. В центральном корпусе на месте гастронома создан музей быта советских ученых «Академгородок». Его сложно назвать классическим – это большая коллекция вещей, которые находились в старых профессорских квартирах. Основали музей в 2005 году сами жильцы, идея его родилась случайно.

Наследники радиохимика Бориса Курчатова, брата И. В. Курчатова, продали квартиру, а личные вещи профессора раздали соседям или отнесли в подвал. И жильцы дома решили создать музейную экспозицию о жизни ученых в 1950-х годах. Здесь частично сохранен интерьер магазина, частично – квартиры, где собраны оригинальные вещи из старых профессорских квартир: мебель, посуда, игрушки, лыжи, хоккейный шлем – свидетельства того, как жили и отдыхали ученые с мировыми именами, сохранившие страну. В музее стоит письменный стол символического ученого-физика. На нем арифмометр, счеты, бумага, ручка и книги. И этого было достаточно, чтобы создать атомный реактор! На стене висят копии приказов за подписью И. В. Сталина о создании сверхсекретной лаборатории № 2. Текст, конечно, напечатан, но слова, выдающие деятельность лаборатории, – циклотрон, уран – вписаны от руки: машинистки не должны были знать государственные секреты!

Экспозиция Музея быта советских ученых

В начале 1990-х дома обветшали, капитальный ремонт не проводился. В 2001 году появились планы сноса и строительства на их месте элитного жилого комплекса. Но жильцы домов объединились и создали ТСЖ «Курчатовское», оформили право собственности на землю и подвальные помещения, которые стали сдавать в аренду. За счет этого ТСЖ получало основной доход для проведения ремонта зданий. Жильцы подали заявку на признание комплекса объектом культурного наследия. Для этого они даже сняли остекление балконов и убрали лишние решетки с фасадов. В 2007 году такое решение было принято. Охранный статус получили пилоны двух ворот, три жилых дома и сквер за домами. Историю удалось отстоять.

История Курчатовского института здесь тесно соседствует с военным ведомством. Мы продолжаем наше движение по улице Маршала Василевского к дому номер 13. За десятилетие до открытия лаборатории № 2 район Щукино стали заселять военные. Первый военный городок начали возводить в 1932 году на территории сегодняшних улиц Маршала Василевского и Маршала Новикова. Предполагалось строительство 28 жилых и общественных зданий по проектам архитектора Н. И. Рипинского с использованием новаторских технологий. Наружные стены были сложены из крупных шлакобетонных блоков на цементной основе. Проезд в городок осуществлялся через арки центрального пятиэтажного дома, построенного в стиле постконструктивизма: лаконичность фасада сочетается с балконами, уже украшенными лепниной начинающегося сталинского ампира.

Лифтовые шахты на фасадах дома навесные и пристроены в более поздние годы. Во дворе за проездными воротами центрального дома находился большой стадион, на месте которого сейчас возвышается многоэтажный элитный дом 1994 года постройки. Озеленение и декоративное оформление кварталов городка проводилось под руководством архитектора Е. П. Чаус. Стадион был окружен большими зелеными зонами, благодаря чему жители домов не испытывали дискомфорта от шума спортивных игр и соревнований. Вокруг стояли фигуры спортсменов, предположительно созданные скульптором А. Л. Степаняном и впоследствии широко растиражированные.

Улица Маршала Василевского, 13, к. 1

Во время строительства элитного дома все скульптуры были уничтожены, кроме одной – спортсмена-эстафетчика, которую местные жители называют «юношей с гранатой» (так выглядит эстафетная палочка). Интересна история спасения еще одной из скульптур, девушки-теннисистки.

Когда в 1994 году началось строительство нового дома и стали сносить скульптуры спортсменов, местные жители решили сохранить хотя бы одну из них – теннисистку, – закопав ее. Целых 30 лет она пролежала в земле, разбитая на части, но сохранилась. В июне 2024 года жители начали раскопки, пользуясь воспоминаниями старожилов. Появилась рука, за ней туловище и ноги. Голову пришлось изготавливать заново – в земле ее так и не нашли. Огромными усилиями местных активистов 9 мая 2025 года девушка вновь заняла свое место на радость «юноше с гранатой» и нам.

Уникальный сохранившийся комплекс на территории военного городка – старейший детский сад № 333, построенный в 1934 году на улице Маршала Новикова. Считается, что это самое старое дошкольное учреждение Москвы, построенное специально для детей: все остальные организовывались на первых этажах различных помещений.

«Эстафетчик» во дворе дома 13, к. 1 по улице Маршала Василевского

«Теннисистка» во дворе дома 13, к. 1 по ул. Маршала Василевского

Строение имеет интересную архитектуру, сочетающую элементы конструктивизма и сталинского ампира. Во дворе находился бассейн, украшенный четверкой бетонных слоников. В него подавалась вода, и ребят учили плавать. Первоначально детский сад предназначался для детей сотрудников военного ведомства. В 2011 году его передали на баланс Московского департамента образования и приготовились сносить, но на пути экскаваторов встали градозащитники. С 2019 года здание было включено в список объектов культурного наследия, однако реконструкция не проводится, и оно постепенно разрушается. В этом году комплекс был окружен чугунным забором, что хотя бы защитит его от вандализма. Горки, качели и слоники уже давно покрыты пылью, а краска живописно облезла. В марте 2025 года после проведенных торгов здание нашло нового владельца. В скором времени обещают реставрацию и создание в нем развивающего центра.

Закончить повествование о курчатовском академгородке хотелось бы рассказом о доме культуры для сотрудников института. Именно там создавался идеализированный образ ученых-физиков, покоривших космос и атомное ядро, сделавших таинственные слова «квантовая механика» символом будущего науки. Фильмы «Иду на грозу» и «Девять дней одного года» советские люди просматривали много раз. Молодые, талантливые, сильные физики стали идеалом для юношей и девушек того времени. Покоряла не только гениальность этих ученых, но и их умение проводить свое свободное время: горные лыжи, альпинизм, походы и сплавы по рекам – это было замечательно, однако малодоступно обычной молодежи. В походах зарождалась бардовская песня – феномен ранее неизвестный, но быстро ставший очень популярным. Физики превратились в символ человека будущего.

Купальня со слонами в детском саду, построенном в 1934 году

А строительство дома культуры для сотрудников секретной лаборатории № 2 было начато в 1946 году на улице Рогова. Руководил им архитектор Щусев. Здание выглядело как дворец, выполненный в стиле советского классицизма. Главный вход украшен портиком с четырьмя колоннами. Слева и справа расположены боковые лестницы, декорированные балюстрадами. Дом культуры тогда назывался просто клубом и служил местом отдыха ученых-физиков. Там проводились концерты, танцевальные вечера и лекции. Но все изменилось в дни хрущевской оттепели, когда сверхсекретность района уже уходила в прошлое. Клуб стал местом притяжения интеллектуальной и творческой элиты Москвы, знаменитого и модного в те годы взаимодействия «физиков и лириков». Здесь проходили концерты, выставки, премьерные показы фильмов и спектаклей, литературные встречи. На сцене клуба выступали Д. Ойстрах, С. Рихтер, А. Шнитке, А. Вознесенский, Б. Ахмадулина, В. Высоцкий и многие другие творческие знаменитости того времени. И конечно, проходили концерты бардовской песни, ведь многие барды – выходцы из среды физиков: С. Никитин, С. Крылов, А. Городницкий, Д. Сухарев и др. Юмор, свойственный научной среде, стал прообразом КВН: в 1972 году прошел День физика, где впервые встретились команды ученых и студентов МИФИ и МГУ.

В 2016 году местный дом культуры стал Домом ученых имени А. П. Александрова, возглавлявшего Курчатовский институт с 1960 по 1988 год. В 2019 году здание включили в реестр объектов культурного наследия. В настоящее время в концертном зале продолжают проходить концерты, фестивали и театральные постановки, но вход возможен только в составе экскурсий по предварительной записи или для участия в конференциях и других мероприятиях, на которые тоже требуется регистрация.

На этом мы завершаем нашу прогулку по Щукину – уникальному району, где ковался ядерный щит страны под руководством и при участии выдающихся ученых XX столетия. И сегодня это настоящий наукоград, где сосредоточены центры высоких технологий в различных областях. Гуляя по сохранившимся кварталам 1940–1950-х годов, поражаешься скромности быта гигантов, создавших невероятные по своим замыслам проекты. Идеальный советский город, где даже сегодня ощущается загородная атмосфера внутри мегаполиса. Но стоит помнить, что за всем этим «цветущим садом» скрывается деятельность, которая способна изменить мировой порядок в одночасье. Тому, что эти кварталы дошли до наших дней, мы обязаны прежде всего жителям Щукина, их высокой гражданской активности, позволившей сохранить для нас историю удивительного района. Гулять здесь лучше вместе с экскурсоводом – это поможет не только не заблудиться на улицах, но и попасть в музеи. Щукино раскрывает перед нами сразу несколько пластов: эксперименты в архитектуре XX века, научный потенциал страны и быт ученых. Приятной прогулки!