Забудутся все ссоры и нападки,

Когда сгоришь в любовной лихорадке.

После обеда явился инспектор и попросил предоставить ему годовые отчёты о её работе. Сильвия усадила его работать в своём кабинете, чтобы не таскать папки в другую часть здания. Тут из города доставили пышный букет с пометкой «для мистера Грейстона» и термос с цветочным чаем для мисс Платт. Она не удержалась от улыбки. Миссис Уитклиф всё-таки выполнила свою угрозу. Выражение лица инспектора было бесценно, но Сильвия сжалилась над ним, налила ему чая из термоса и, прихватив букет, удалилась в лабораторию.

Юджин принюхался к чаю, сделал глоток, но, ощутив явный цветочный привкус, отставил чашку в сторону.

Поздним вечером Сильвия оторвалась от работы и потёрла глаза. Она уже отпустила аспирантов и Кэтти. Информацию о зелье пока не нашли. Химический и магический анализ не показал ничего нового. Город сходит с ума, репортёр наступает на пятки, а они ничего не могут сделать. Пора уже распылить над городом универсальный магнейтрализатор и надеяться, что это хоть как-то поможет.

На столе благоухал букет миссис Уитклиф. «Надо бы и его разобрать на пробы», — устало подумала Сильвия.

Она налила себе последнюю порцию чая из термоса, потянулась и посмотрела в окно. Жёлтый глаз луны сегодня как-то по-особому взывал к ведьминской крови. Ей вспомнилась вчерашняя ночь и последние дни. Несносный инспектор стойко и молча сносил все экзекуции, которым она его подвергала. Успокаивал и поддерживал её. Пожалуй, за эти дни он открылся перед ней с другой стороны.

Ей вдруг захотелось его поблагодарить. Повинуясь порыву, она быстрым шагом направилась в свой кабинет, надеясь, что он ещё не ушёл.

Дверь была приоткрыта, и она тихонько заглянула внутрь. Он работал при свете одной лишь настольной лампы и смотрелся в её кабинете так органично. Всегда безупречно уложенные волосы сейчас чуть взъерошены, галстук ослаблен. Рукава рубашки закатаны и обнажают красивые мужские предплечья.

Юджин заметил тонкий силуэт в дверях и тут же встал из-за стола.

— Простите, я заработался, — он прочистил вдруг охрипшее горло. — Вам нужен кабинет?

— Нет, я хотела увидеть вас.

Она смотрела на него, как всегда, прямо и с вызовом, но сейчас в её взгляде было что-то ещё. Что-то неясное, загадочное, как все женские души мира.

Она не спеша обогнула стол и подошла к нему. Близко. Слишком близко. Но он не отстранился.

Не говоря ни слова, безотрывно глядя ему в глаза, она подняла свою тонкую ладонь и потянула его за галстук. Их губы сближались очень медленно. Казалось, в тишине ночи оглушающе громко грохотали их сердца и сбившееся дыхание.

Тягучий, чувственный поцелуй пустил по телу сотни разрядов. Голова закружилась, и Сильвия ухватилась за мощные плечи. Его пальцы сжались на её талии, он провёл носом по её виску и мучительно вдохнул. Затем его губы продолжили жадно путешествовать по её лицу. Проложили дорожку поцелуев по скулам до её губ. И остановились. Она распахнула глаза и вопросительно посмотрела на него.

— Мисс Платт… Сильвия, — выдохнул Юджин. Он попытался собрать остатки разума и воспитания.

А она дотянулась губами до жилки на его шее, поцеловала, обожгла дыханием, слегка прикусила. И он, застонав, зарылся рукой в её волосы. С него слетела светская личина, и сейчас перед ней был опасный охотник. Она инстинктивно замерла, но и не думала убегать.

Он снова провёл носом от её скулы к виску и вдохнул колюче-щекочущий ведьминский запах. Её личный опьяняющий аромат. На других ведьм он никогда так не реагировал. И вообще, ни на кого и никогда он так не реагировал. Эта ведьма что-то делала с ним, отчего внутри разгорался пожар и лишал контроля и способности мыслить.

Не в силах больше сопротивляться самому себе, он впился поцелуем в её горячие губы. Она ответила с такой страстью, что он едва не взял её прямо здесь на столе.

Его пальцы ловко расстегнули её блузку. Как он и думал, она не носила корсет, лишь умопомрачительно маленькое новомодное бюстье. Это была последняя его связная мысль.

Сильвия сама не поняла, когда они успели переместиться в комнату с кроватью. Лишь на секунду мелькнуло осознание, что на них практически не осталось одежды, его горячие ладони поддерживают её за бёдра, а она бесстыдно обвивает его ногами.

Они рухнули на узкую кровать поверх одеяла и как-то умудрялись перекатываться на ней, попеременно оказываясь сверху. Наконец, она устала бороться и сдалась его власти. Он тут же оказался сверху и завёл её руки за голову. Впился губами в шею, прикусывая и вжимаясь бёдрами туда, где связался тугой узел из раскалённых молний. Она выгнулась на встречу и прижалась к нему ещё сильнее, отчего у обоих с губ сорвались хриплые стоны.

Строптивость маленькой ведьмы заводила до запредельных оборотов. Древняя кровь требовала наказать, показать, кто тут главный. Что-то ещё внутри взывало немедленно овладеть, не заботясь о её удовольствии. Но он сначала довёл её до исступления, а потом со стоном отпустил себя, пульсируя с ней в одном сокрушительном ритме.

Утомлённая Сильвия смогла уснуть лишь под утро. Мистер Грейстон оказался горячим и чувственным любовником. Они как ополоумевшие занимались любовью всю ночь. Кто бы знал, что под его внешней холодностью скрывается такая страстная натура.