— Потерпи немного, сейчас всё пройдёт, — донёсся до меня его голос.— А ты-то откуда знаешь? Не тебя насадили на кол, — сморщившись от боли, сказала я. Хоть отталкивай его от себя.

— Знаю. Читал, — смеясь, ответил он. Конечно, ему смешно; не он же насаженный и разодранный изнутри.Но вопреки моим мыслям о том, что нужно заканчивать это, боль и правда стала отступать. А когда он стал пальцами ласкать мой бугорок, то вообще улетучилась. Ох, а это даже приятно! Ещё хочу!— Как же хорошо, что я тебя тогда встретил и ты меня испачкала, — сказал мне Демид после нашего первого секса. Он лежал рядом и прижимал меня к себе.— Я думала про это. И знаешь, наверное, я тоже была виновата в том, что испачкала нас.— Тоже? — рассмеялся он.— Ну да. Или ты считаешь, что я одна виновата? — с возмущением спросилая.— Конечно, нет, что ты, — вот и правильно.Прошла уже целая неделя, как мы с Демидом вместе. Мне нравится! Он очень заботливый и такой нежный, постоянно говорит мне комплименты и целует, а ночуем мы то у меня, то у него. Но с первого нашего раза мы больше не расставались. Когда мы ночуем у меня дома, то я очень боюсь, что мама с папой неожиданно нагрянут в гости; у Демида дома я тоже боюсь, что родители приедут, а меня там нет...И вот я спускаюсь к себе в родной кабинет. Теперь и мне нужна бумага и папочки.— Семён Петрович, Инна Леонидовна, здравствуйте! — радостно поздоровалась я.

— Ой, Аврора! Давно не виделись. Как ты там? Справляешься? — спросил меня Семён Петрович.— Ага, — ответила я. И сказала, зачем я вообще пришла. Взяв всё, что мне нужно было, я направилась к выходу.— Ты на Маринку не обижайся; ревнует она Демида Егоровича, вот и недовольна твоей работой, — сказала мне Инна Леонидовна.— А она недовольна моей работой?— удивилась я. И что значит — ревнует моего Демида?

— Она говорила, что ты не справляешься. А я ей сказала, что это новое всё для тебя и ты обязательно во всём разберёшься. Да и если бы ты не справлялась, то Демид Егорович давно бы тебя обратно отправил. А ты у нас девушка видная, вот она и ревнует; у них же любовь, — улыбаясь, сказала она.— Понятно. Я пойду. До свидания, — сказала я и поспешно ушла, а точнее, почти убежала оттуда.Это что вообще такое? Как это — у них любовь? А я? А со мной тогда что?Не помня себя от злости, я ворвалась к Демиду.— Как это так произошло, что ты и Марина — пара и у вас любовь? А я? Ты просто развлекаешься со мной, что ли? — разреветься хотелось от обиды, но я держусь.— Малышка, ты чего? — растерянно спросил меня Демид.— Все вокруг говорят, что у вас любовь! — предъявила я.— Ну какая любовь? — он встал и подошёл ко мне, потом ласково меня обнял.

— Когда бы я успел? Я же с тобой постоянно. Чего ты? И где ты вообще такое услышала? — говорит со мной как с маленькой.— Инна Леонидовна сказала, — всхлипнула я и всё рассказала.— Слухи, наверное. Помнишь, я твои цветы ей подарил? Вот, наверное, оттуда и пошло всё. Но мы их развеем. Хватит прятаться; теперь будем вместе уезжать и приезжать. А не так, как сейчас: я забираю тебя от метро, — улыбаясь, сказал Демид.

Он ведь прав. Он постоянно со мной, а забирает он меня и правда от метро; мне почему-то неловко было уезжать с ним при всех.— Всё. Давай мы поедем знакомиться с твоими родителями. Прямо сегодня! — страшно то как...Я всё же предупредила маму, что сегодня я приеду не одна...

— Мама, папа, это Демид! Демид, это мой папа Алексей Алексеевич и мама Людмила Ивановна, — нервно сказала я.— Какие планы у вас, Демид, на нашу единственную и любимую дочь? — строго спросил папа, когда мы уже сели за стол, который мама подготовила просто шикарно; всё такое вкусное и любимое мной.— А планы у меня грандиозные, Алексей Алексеевич, — не отставал от папы Демид. — Поженимся, детей родим. Обеспечить Авроре хорошую жизнь я в состоянии. Обижать не буду; буду любить и баловать, — последнее предложение он уже мне сказал, повернувшись и улыбаясь. В любви мне признался! При родителях! Ох...— Такие планы меня устраивают, — одобрительно сказал папа.Когда мы с мамой пошли на кухню, чтобы помочь ей принести всё к чаю, я в нетерпении хотела с ней поговорить.

— Как он тебе, мамуль? — шепотом спросила я.

—Знаешь, ведь говорят, что дочери выбирают себе в мужья того, кто похож на отца. Демид очень похож, даже габаритами. Алексей меня так же от папы с мамой забирал. И держится уверенно и говорит хорошо.—И красивый! – добавила я.—И красивый, – смеясь, подтвердила мама.Два года спустя.

Аврора

Мне так нравится моя жизнь! Я домохозяйка! Правда, я стала ею не очень давно, всего шесть месяцев назад, как только узнала, что беременна.И вот я иду на работу к своему любимому мужу. Скучно стало дома, а родители на дачу уехали; они теперь часто туда уезжают, говорят, что теперь можно и отдохнуть, потому что за мной есть кому присматривать!Мама Демида, Людмила Ивановна (ага, так совпало, что наши мамы тезки), очень мне нравится; хорошая и добрая женщина. Как только Демид привёз меня к ней знакомиться, она сразу сказала, что её заговоренный кактус всё же сработал! Мы с Демидом переглянулись и рассмеялись. Знала бы она, как именно он сработал.Радуюсь солнышку и ем мороженое; шикарная у меня жизнь!Демид.Моя любимая пигалица не перестаёт трепать мне нервы! То она какого-то алкоголика спасает против его воли, то чужую собаку чуть не украла, решив, что её выбросили, и мы должны приютить её. Как же хорошо, что хозяева нашлись, а то у нас жила бы огромная собака. А когда её чуть не увезли под предлогом показать дорогу, я чуть с ума не сошёл. Это просто по чистой случайности я увидел, как она собирается садиться в машину к каким-то типам. Бежал к ней так, как не бегал никогда! Разговор у нас с ней серьёзный состоялся, и мне пришлось всяких ужасов ей рассказать, объяснял ей всё как ребёнку, а ещё и родителям её нажаловался, чтобы они тоже мозги ей вправили.Но любить её я не перестану никогда. Наоборот, ещё больше люблю с каждым днём. Наивная, как ребёнок, но такая она добрая и ласковая. Она только моя и останется только моей. А сейчас она носит нашу дочь. И я уже чувствую, что начинаю седеть! Ещё одна девочка будет, за которую я буду сильно переживать. Срочно нужно будет сына сделать, а лучше двух, чтобы поддержка мне была!Моя жизнь меня полностью устраивает, и я счастлив! Я люблю и любим, а что ещё нужно?

Уже пять месяцев я работаю в очень крупной строительной компании. Работаю в крупной компании на маленькой должности — помощником руководителя отдела внутреннего снабжения. Проще говоря, мы заведуем складом расходных материалов для всей компании и следим за его пополнением. Нас тут трое: Инна Леонидовна, я и наш босс, Семён Петрович, он чем-то ещё занимается, я не вникаю.

Мы на втором этаже, а на первом бухгалтерия и отдел кадров. Чем выше этаж, тем выше должность. Этажей всего шесть. На шестом этаже расположены самые важные люди: собственник компании, его заместители, секретари и, возможно, ещё кто-то — я там не была.

В штате около ста человек, работы хватает — каждые пять минут кому-то что-то от нас нужно.

Настал обеденный перерыв, и я пошла в ближайшую кофейню за вкусным кофе.

— Аврора, как вернёшься, нужно будет провести ревизию. Если что-то заканчивается — включай в список, — сказал мне Семён Петрович.

— Слушаюсь, босс! — улыбаясь, сказала я. Он очень позитивный мужчина, и мне это нравится. С ним можно даже пошутить, да и он очень часто шутит. У меня самый хороший начальник!

Вышла я из нашего здания и пошла в кофейню. Пока шла, решила ещё и мороженое себе купить — клубничное. Погода замечательная: можно и на улице посидеть, и насладиться кофе с мороженым.

Получив свой заказ, я направилась к выходу. Настроение было шикарное. Запах кофе — головокружительный. Горячий кофе я не люблю, как раз собираюсь съесть мороженое, и кофе успеет немного остыть. Открыла мороженое и блаженно откусила. Я чувствую его вкус и такое наслаждение от него, что даже прикрыла глаза.

Вот я уже у двери, прислонилась к ней плечом, чтобы её толкнуть, но меня опережают с другой стороны, и я просто вываливаюсь из кофейни. Не могу удержаться и врезаюсь в того, кто так не вовремя открыл дверь. От неожиданности сжимаю стаканчик — из крышечки выливается кофе, даже не сам кофе, а пенка.

На мои голубые брюки и на белоснежную рубашку того, кто открыл дверь. Это, мужчина какой-то. Я опускаю глаза и смотрю на это безобразие.

— Смотреть нужно, когда идёшь. — это он мне? Он сделал меня виноватой? Меня?

— Смотреть нужно, когда дверь открываете, могут выходить люди! — ответила я ему и подняла на него глаза. Пришлось высоко поднять голову — большой мужик или я такая мелкая. Не суть!

Вот наглый! Ещё и смотрит так на меня брезгливо, как будто я уже была в грязных брюках, а не испачкала их его стараниями. Я сделала такое же лицо, как у него, и посмотрела на его пятно.

— А я и посмотрел. Дверь открыл, чтобы помочь тебе. Если бы ты была более внимательной, то увидела бы это, — недовольно сказал он.

— А я помощи не просила. Особенно такой! — указала я на свои брюки, на которых уже появилось большое мокрое пятно.

Мужик стоит и уничтожает меня взглядом. А я — его в ответ. Пусть знает, что я его не боюсь!

— Что смотрите? Благодарности от меня ждёте? — съязвила я.

— Благодарности? Я жду извинений! — раздражённо сказал он.

— Ждите. Может, когда-нибудь дождётесь, но не от меня. — совсем уже. Сам виноват, а я должна извиниться. Ну... может, немного и я виновата. Я ведь и правда была занята тем, что мечтала о том, как сяду на лавочку и буду пить вкусный кофе, кусала мороженое, блаженно закрыв глаза. Из-за какой-то случайности так нервно реагировать не нужно. Я бы так не сделала!

— А ты борзая, да? — спросил он у меня.

— Не больше, чем вы.

— Когда разговариваешь со взрослыми дядями, нужно понимать, что и как говорить. Так ты можешь разговаривать со своими подружками в песочнице, девочка. Уяснила? — он сказал это тихо и угрожающе.

— Уяснила, дядя. — сказала я, и что-то в его лице изменилось. Как будто он стал злым. Вон и ноздри раздувает, губы сжал, весь как-то напрягся даже. — Пойду я, наверное...

— Иди, иди, девочка. Подальше с моих глаз, — тихо прорычал он. Нервный такой народ пошёл.

Я задрала нос повыше, хмыкнула и пошла. Настроение испорчено. Еще и пятно на брючках.

Я доела мороженое, выпила кофе и пошла обратно — в своё царство всякой фигни. Буду всё пересчитывать.

Проходя мимо кофейни, вижу, что тот мужик стоит около неё и говорит по телефону. Я снова задрала нос повыше и прошла мимо него. Иду, слышу шаги — повернулась, а он идёт следом. Немного ускорила шаг, он тоже. Что он прицепился ко мне? Взрослый мужчина, а ведёт себя как обиженный мальчишка.

Так мы и дошли. Я влетела в здание и по лестнице вбежала на наш этаж. Надеюсь, этот псих не станет меня караулить. Внутрь ему не пройти — нужен пропуск.

Рабочий день закончен, и можно идти домой! Самое мое любимое время.

Выхожу на улицу и вижу...его, того мужика который испачкал меня! Поджидает меня. Маньяк какой-то. Он меня тоже увидел. А мне идти к метро как раз мимо этого маньяка. Я даже растерялась — что же мне делать...

— Аврора! — раздался голос Семёна Петровича. — Давай до метро докину.

Он живёт в Подмосковье, и нам не по пути. До метро идти минут пятнадцать пешком, а он всё равно мимо едет и иногда меня подвозит, когда встречаемся, он обычно задерживается.

— Спасибо! — поблагодарила я его и запрыгнула к нему в машину. Моя жизнь на сегодня спасена.

Приехав домой и вспомнив, что у меня есть вкусный пирог от мамочки, я и думать забыла о том маньяке.

Я — поздний ребёнок у родителей. Маме было сорок два, а папе — сорок три, когда у них наконец-то родилась я. Поэтому я всегда была под гиперопекой. Сейчас мне уже двадцать два года. Почти. Двадцать один с половиной. Я отучилась в колледже на делопроизводителя. В институт я не пошла. Не хочу больше ничему учиться. Не хочу и всё! Я хочу взрослой жизни, самостоятельной. Я и так еле-еле выбралась из-под опеки. И теперь живу одна, в квартире, которую получила от дедушки. У нас есть ещё одна квартира, трёшка, родители её сдают, сами они тоже живут в трёшке. Так что квартирами я обеспечена!

За свою жизнь у меня было двое возлюбленных. Один в детском саду — Сашка Федосеев, а другой совсем недавно — Гриша Самсонов. Мы с ним познакомились в колледже, жили даже вместе! Правда, всего три дня. Он почему-то решил, что если мы решили жить вместе, то я сразу должна спать с ним в одной постели, хотя мы встречались всего месяц, а целовались и того меньше, первый поцелуй был был всего неделю назад. А я так не могу. И вообще, я позвала его к себе, потому что он поссорился с родителями. Отказала ему в близости, он обиделся и ушёл, сказав, что я никогда не найду себе никого. Потому что я скучная и совсем неинтересная, никакая я. И со мной даже на людях появляться страшно.

Обидел меня сильно. Я — нормальная. Не глупая и вполне симпатичная. Но спать с каждым встречным я не собираюсь. Я встречу ещё того, кому полностью достанусь. Тихого, скромного парня, который будет помогать и уважать меня. Да! Я хочу именно такого мужа. Хочу тихое семейное счастье.

Поужинала, поговорила с родителями и легла. Посмотрю сериал про любовь и — спать.

Демид

У меня сегодня важные переговоры, уверен, что смогу заполучить этот важный и очень прибыльный контракт. Уже давно пора расширяться и пустить свои корни в других городах.

Время перед встречей у меня ещё есть, и я решил сходить выпить кофе.

Настроение шикарное.

Подхожу к кофейне и вижу через стеклянную дверь мелкую пигалицу, которая витает где-то в облаках, а лицо у неё такое, как будто она только что получила оргазм. Я даже залюбовался ею и разврат всякий полез в мою голову.

Решил её пропустить и открыл ей дверь. А она со всего размаху в меня влетает и оставляет на моей рубашке пену от кофе. Другой у меня нет! Переодеться у меня просто не во что. Мне предстоит вести переговоры в грязной рубашке. Я злой!